Читаем без скачивания Брахот - Пинхас Талмуд

Согласно Талмуду Иерушалми, замечание школы Шамая относится к предыдущему утверждению: "[произнес] БЛАГОСЛОВЕНИЕ НАД ХЛЕБОМ — ИЗБАВИЛ ЗАКУСКУ", и она считает, что благословение над хлебом не избавляет от отдельного благословения "варево" — и уж тем более "закуску". Однако все согласны в том, что благословение, произнесенное над "закуской", не избавляет от благословений хлеб и "варево". Впрочем, в Талмуде Бавли вопрос о том, по какому именно пункту мнение школы Шамая расходится с мнением мишны, так и остается неразрешенным (см. Брахот 426). Наше объяснение — что замечание школы Шамая относится к концу мишны — следует за комментариями Рамбама и р. Овадьи Бартануры, наиболее близкими к буквальному смыслу слов мишны.

мишна шестая

[Если люди] СЕЛИ ЕСТЬ — КАЖДЫЙ [произносит] БЛАГОСЛОВЕНИЕ ДЛЯ [самого] СЕБЯ; [ЕСЛИ ЖЕ ОНИ] ВОЗЛЕГЛИ — ОДИН [из них произносит] БЛАГОСЛОВЕНИЕ ДЛЯ ВСЕХ. ЕСЛИ ПОДАНО ИМ ВИНО ВО ВРЕМЯ ТРАПЕЗЫ КАЖДЫЙ [из них произносит] БЛАГОСЛОВЕНИЕ ДЛЯ СЕБЯ [самого]; ПОСЛЕ ТРАПЕЗЫ ОДИН [произносит] БЛАГОСЛОВЕНИЕ ДЛЯ ВСЕХ, И ОН [же произносит] БЛАГОСЛОВЕНИЕ НАД ВОСКУРЕНИЕМ, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ВОСКУРЕНИЕ ПОДАЮТ ТОЛЬКО ПОСЛЕ [окончания] ТРАПЕЗЫ.

Сказали мудрецы Торы: "Если двое ели вместе — один произносит благословение за обоих" (Брахот 456), и такова галаха. Однако для того, чтобы долг в отношении произнесения благословений был выполнен полностью, необходимо соблюдение трех условий: 1. Тот, кто произносит благословение, должен думать о том, что это благословение он произносит для всех, кто обязан его произнести; 2. Все те, для кого произносится благословение, должны слышать его от начала до конца; 3. Они должны сознавать, что это благословение произносится ради них.

В этом отношении есть различие между благословениями, произносимыми при получении пользы или удовольствия, и другими благословениями. Обычно даже тот, кто уже исполнил свой долг, произнеся нужное благословение, может повторить его ради других. Что же касается благословений, произносимых в случае получения удовольствия или пользы, то здесь это невозможно: тот, кто уже произнес благословение за себя, не может сказать его для других (Рош гашана 29а). Раши объясняет, что различие это проистекает из принципиальной разницы между заповедями Торы и делами этого мира: по отношению к заповедям Торы все евреи находятся в совершенно одинаковом положении — все одинаково обязаны их исполнять. Поскольку "все евреи ручаются друг за друга", тот, кто произносит благословение за других, делает это с полным правом, поскольку он тоже обязан — как все — исполнять данную заповедь. Что же касается благословений, произносимых в случае получения удовольствия, то никто не обязан получать удовольствие только для того, чтобы произнести благословение. Наоборот, благословение произносится лишь тогда, когда человек стремится к получению удовольствия или извлечению пользы. Следовательно, принцип "все евреи ручаются друг за друга" здесь не имеет значения, никто не ответственен за удовольствие, получаемое другим, и, таким образом, никто не может произнести благословение вместо того, кто наслаждается (Энциклопедиа гаталмудит).

В этой мишне говорится еще об одном условии, касающемся благословений за получаемое удовольствие, — а именно: только в том случае, если несколько людей решили объединиться для совместной трапезы, один из них может произнести благословение от имени всех.

Во времена мишны сотрапезники не сидели, а возлежали на специальных ложах, опираясь на левую руку, и эта поза была признаком участия в общей трапезе: те, кто сидели или стояли, тем самым демонстрировали, что не принимают в ней участия. В наше же время, когда этот обычай исчез, СИДЕНИЕ СОТРАПЕЗНИКОВ ЗА ОДНИМ СТОЛОМ ЕСТЬ ПРИЗНАК УЧАСТИЯ В ОБЩЕЙ ТРАПЕЗЕ. Основание для этого есть в гемаре: там сказано, что если люди сказали друг другу: "Пойдемте туда-то и пообедаем вместе" — этого достаточно для того, чтобы все они считались принимающими участие в общей трапезе даже в том случае, если они сидят, а не возлежат.

[Если люди] сели есть — но не возлегли на ложа, что показывает отсутствие намерения устроить совместную трапезу, каждый [произносит] благословение для [самого] себя. Никто не может произнести благословение от имени всех, и каждый в отдельности говорит благословение "выращивающий хлеб из земли" за себя одного. [Если же они] возлегли — на специальные ложа для совместной трапезы, один [из них произносит] благословение для всех — и тем самым избавляет их от необходимости благословлять.

Если подано им вино во время трапезы — то, несмотря на соучастие всех в совместной трапезе, когда один имеет право произнести благословение за всех, каждый [из них произносит] благословение — "творящий плод виноградной лозы" — для себя [самого]. Причину этого объясняет гемара: "Потому что рот у них занят" — то есть каждый занят своей едой и не имеет возможности уделить необходимое внимание тому, кто станет произносить благословение (Раши). Это высказывание гемары — что "рот у них занят" — Рамбам объясняет по-другому: если сотрапезники ответят "амен" с полным ртом, то есть опасность поперхнуться с риском для жизни.

После трапезы — однако же если вино подано на стол после окончания еды (но до заключительного благословения), один произносит благословение для всех. Поскольку все уже перестали есть, они могут прослушать благословение с должным вниманием и ответить на него "амен". И он [же] произносит благословение над воскурением. Тот, кто произнес благословение над вином, поданным на стол после окончания трапезы, произносит: "Благословен Ты, Г-сподь, Б-г наш, царь вселенной, творящий благовонные деревья". В те времена было в обычае после окончания трапезы наслаждаться ароматом благовоний, воскуряемых на горящих углях. Мишна сообщает, что один и тот же человек произносит благословение над вином перед чтением заключительного благословения и над воскуряемыми благовониями. Несмотря на то, что воскурение подают только после [окончания] трапезы — то есть после прочтения благословения после еды. Несмотря на то, что "воскурение" не оказывается, таким образом, составной частью трапезы, тому, кто удостоился произнести благословение над вином после окончания трапезы, оказывают честь прочтения благословения над воскуряемыми благовониями.

мишна седьмая

[Если] ВНАЧАЛЕ ПОДАЛИ ЕМУ СОЛЕНЬЕ И ХЛЕБ ВМЕСТЕ С НИМ ПРОИЗНОСИТ БЛАГОСЛОВЕНИЕ НАД СОЛЕНЬЕМ И ИЗБАВЛЯЕТ ХЛЕБ, ПОТОМУ ЧТО ХЛЕБ НЕ ИДЕТ В СЧЕТ. ВОТ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО: ВСЯКИЙ РАЗ, КОГДА ЕСТЬ ОСНОВНОЕ И ВТОРОСТЕПЕННОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ ПРОИЗНОСИТСЯ НАД ОСНОВНЫМ И [тем самым] ВТОРОСТЕПЕННОЕ ИЗБАВЛЯЕТСЯ [от благословения].

В мишне пятой говорилось о том, что хлеб является основой всякой трапезы, и потому его благословение — благословение обобщающее, распространяющееся на все виды пищи, из которых состоит трапеза. Эта же мишна учит, что бывают случаи, когда хлеб оказывается лишь дополнением другого блюда и избавляется от своего собственного благословения.

[Если] вначале — то есть как основное блюдо, а не как приправу к хлебу, подали ему — участнику трапезы, соленье — например соленую рыбу или соленые маслины, и хлеб вместе с ним — немного хлеба для того, чтобы смягчить остроту соленья и сделать вкус его более приятным. Гемара объясняет, что речь идет о случае, когда человек перед тем съел много очень сладких плодов и теперь хочет уничтожить ощущение приторности. Впрочем, согласно Раши оказывается, что "соленье", о котором говорится в мишне, это и есть фигуральное название плодов, произрастающих в районе озера Кинерет, которые благодаря своим исключительным качествам считались пищей более ценной, чем хлеб (см. "Хидушей Рашаш"). Как бы там ни было, в данной ситуации "соленье" является самой желанной пищей, а хлеб — лишь дополнением к ней. Произносит благословение над соленьем — участник трапезы произносит над соленьем соответствующее благословение и избавляет — от благословения — хлеб, потому что хлеб не идет в счет. Хлеб играет здесь лишь вспомогательную роль, облегчая еду соленья, и поэтому благословение, произнесенное над соленьем, распространяется и на хлеб.

Вот общее правило: всякий раз, когда есть основное и второстепенное — когда человек намеревается съесть разные виды пищи, один из которых является основным продуктом питания, самым желанным сейчас для этого человека, благословение произносится над основным видом пищи, и [тем самым] второстепенное — тот вид пищи, который сейчас является лишь дополнением к главному — избавляется [от благословения]. Потому что благословение, произносимое над основным видом пищи, подразумевает и дополнение к нему.