готовился ударить Макса и унижал Еву, я не видел другого выхода, кроме как действовать. Похоже, возвращение силы слегка помутило мой разум. Я изголодался по магии, вот и наделал глупостей.
— Этот урок я усвою, — ответил я. — Обещаю.
Кабо в ответ лишь осуждающе покачала головой и велела мне выбирать оружие. Глефы, которой я сражался с мертвыми карликами, не обнаружилось, так что на сей раз я решил взять огромную, но удивительно легкую палицу с длинными металлическими шипами. Они слегка светились, будто были раскалены, а при каждом взмахе воспламенялись.
— Неплохо, — отметил я, ощущая исходящую от оружия силу.
— Да, — сказала Кабо и приблизилась к стене. Провела перед ней рукой, открывая проход в Темные Угодья. — А сейчас тебе пора отправляться, Пайн. И я очень надеюсь, что ты вернешься.
— Разумеется. Задача у меня прежняя? Убивать тварей, собирать Слепки и сокровища?
— Да, — повторила Кабо, вручая мне уже знакомую сумку.
Кивнув и повесив сумку на плечо, я наконец прошел в затянутую клубящимся зеленым туманом арку.
***
— Итак, он на месте? В топях? — впервые за долгое время в дребезжащем голосе чувствовались едва уловимые нотки любопытства.
— Да, господин, — тихо ответила Кабо и поклонилась. — Как вы и приказывали.
— Что ж, хорошо. Посмотрим, на что способен этот твой Пайн. А что насчет него? — когтистый палец указал на здоровяка в спортивном костюме. Тот стоял на карачках и трясся, глядя на хозяина костяного трона. Время от времени парень жмурился и что-то шептал. Затем открывал глаза, после чего всхлипывал и дрожал еще сильнее. — Он обычный смертный, даже не маг. Для чего ты притащила его сюда?
— Он чуть было не лишил Пайна жизни, господин, — голос Кабо стал жестким. — И за это его следует наказать. Думаю, служение вам будет для него справедливой карой.
— Возможно. Давай посмотрим, что из него может получиться.
Здоровяк взвыл от ужаса, когда тело против его воли выпрямилось и пошаркало к трону и сидящему на нем кошмару. Он обливался потом и слезами, со свистом втягивал воздух и больше всего на свете желал проснуться. Однако в то же время бедняга понимал, что все происходит наяву, и от этой мысли отчаяние еще сильнее стискивало его горло.
— Хм, — сидящее на троне существо заставило парня остановиться и стало внимательно его разглядывать. — А он ничего, крепкий. Пожалуй, я знаю, как его использовать.
Прекрасно понимая, что будет дальше, Кабо закрыла глаза. Мерзости за свою безумно долгую жизнь она навидалась достаточно.
Почти тут же зал наполнился истошными воплями, сквозь которые временами слышался влажный хруст. Вонь разложения стала сильнее, воздух словно загустел и нагрелся. А парень, чуть не прикончивший Пайна, продолжал орать и меняться.
Успокоился он лишь спустя пару минут. Стоило ему замолкнуть, как девушка открыла глаза и увидела, во что ее хозяин превратил пленника.
Как и ожидалось, тот стал монстром. Ростом под три метра, неестественно развитая мускулатура, огромная голова с чудовищных размеров челюстями. Кожа посерела и покрылась длинными клочьями шерсти, руки удлинились, пальцы обзавелись длинными и острыми когтями. Клочья окровавленной одежды лежали у мускулистых ног измененного.
— Неплохо, неплохо, — произнесло существо на троне и пальцем поманило монстра к себе. Тот рыкнул, но повиновался и вскоре замер по левую руку от хозяина, уставившись на Кабо красными горящими буркалами. — Ну а теперь давай вернемся к Пайну. Пора проверить, справится ли он с топями.
***
Хм, интересное место…
На сей раз заполненная туманом арка вывела меня на дно исполинского котлована. Высоко над головой клубились тучи, то и дело озаряемые красными всполохами. Пологие склоны скрывались за длинными и толстыми отростками. Не то лианами, не то щупальцами. Приглядевшись, обнаружил, что некоторые из них шевелятся. Ну а само дно котлована представляло собой паутину узких тропок, меж которыми бурлила густая буро-зеленая жижа. Горячий и влажный воздух с трудом лился в легкие, а вдыхать глубоко не хотелось — запашок здесь был не из приятных.
Закинув палицу на плечо, я сделал несколько шагов вперед. Еще раз огляделся и заметил неподалеку нечто длинное, закрученное спиралью. Первый трофей.
Двинулся к нему, но вскоре пришлось остановиться. Жижа передо мной забурлила сильнее, и спустя мгновение из нее вырвалась тварь.
Длиной под три метра, она напоминала рыбу-пилу, только с мощными и когтистыми лапами вместо плавников. Оказавшись на тропе, чудовище на секунду замерло, а затем, со свистом рассекая воздух длинным зазубренным носом, устремилось ко мне.
Отскочил в сторону. Палица уже была наготове, и когда башка твари оказалась на доступном для удара расстоянии, я атаковал. Оружие обрушилось на голову монстра, объятые пламенем шипы пробили серую шкуру, оставив на ней черный узор ожога.
Тварь замерла, но тотчас замотала головой с удвоенной силой. Мне чудом удалось освободить палицу и ударить вновь. На сей раз куда удачнее — прямо в основание пилы, растущей из башки чудовища, и оно лишилось своего главного оружия. Следующие несколько ударов довершили дело.
Завалившись на бок, тварь стала таять, и вскоре от нее остался только Слепок. Я убрал его в сумку, огляделся и направился к трофею-спирали.
При ближайшем рассмотрении это оказалось мумифицированное щупальце. Я подошел к нему и хотел подобрать, но стоило пальцам прикоснуться к сокровищу, как все тело скрючило от жуткой боли. В глазах потемнело, я рухнул на колени и только чудом не потерял сознание. А еще обнаружил, что жижа неподалеку снова забурлила. Плохо дело…
Стиснул палицу, тряхнул головой, избавляясь от темени в глазах, и стал ждать появления очередной ползучей рыбины. Однако на сей раз из топей вырвалось нечто иное.
Несколько огромных шишковатых щупалец бурого цвета почти что выстрелили вверх и зависли над моей головой. Из нацеленных на меня концов показались жала, каждое длиной не меньше метра.
— Ишт-илхо, — вырвалось само собой, и почти тут же первое щупальце атаковало.
Мне чудом удалось уклониться. Жало воткнулось в рыхлую почву, я махнул палицей, и та рассекла склизкую плоть. Брызнула черная кровь, обрубок задергался и спустя пару мгновений убрался под слой бурлящей мерзости. Я в это время уже сражался сразу с тремя другими щупальцами.
Те по-змеиному пытались ужалить меня, вынуждая уворачиваться. Так могло продолжаться очень долго и, что хуже всего, стремительно отнимало силы, поэтому я решил отступить. Черт с ним, с трофеем, тем более что даваться в руки он не торопился.
Шаг за шагом я пятился. Щупальца тянулись за мной, продолжая попытки пронзить жалом. И в какой-то момент из жижи показалось нечто, которому и принадлежали отростки.
Я увидел склизкую бугристую плоть
