Я убрал локоть от глаз, которым прикрывался от пыли, и посмотрел на свою ладонь, в которую что-то положила Альбина. Когда разглядел, что именно, то левая рука сама собой потянулась к затылку: в правой лежали три «ядра». Три «ядра», по моим ощущениям, A-ранга…
***
Глава 16
* * *
Есть время, когда стоит подумать, ибо, если не подумать, то потом будешь жалеть. Есть время, когда думать некогда. А есть время, когда думать вообще — нельзя. Запрещено и противопоказано думать. Нужно просто делать, не думая… так и так потом жалеть будешь.
Вот сейчас именно такой момент и наступил. Момент, когда, думай не думай, а жалеть потом всё одно придётся. А раз так, то лучше уж сделать и пожалеть, чем жалеть потом, что не сделал… хотя, это не точно. Блин!
Три A-ранговых «ядра»! Да я с одного, в той долине чуть не кончился! И в себя приходил потом несколько дней! А тут — три! Ну, Альбина!..
— Ну, Альбина! Ну, еб твою на лево! Что б, я тебе ещё хоть раз помощь предложил! — не сдержался и ругнулся в слух я, падая на одно колено и уже доставая из сумки свой «Баррет» и заготовки «пуль» для него. Укладывая на скинутый с плеч "халат-хитон".
Думать… нельзя думать о том, что, и зачем я собираюсь сделать. О том, что делаю. Мысли надо занять совсем конкретной, узкой, предметной задачей.
Три «ядра» A-ранга. По тысяче золотых каждое… бля! Об этом тоже нельзя думать! А то, не дай Творец, Жаба моя проснётся — удушит ведь, на фиг. Она и в прошлый раз-то не сразу успокоилась, когда я цену потраченного на улучшение сумки материала узнал. А уж когда в той же лавке выяснил то, что сумка, аналогичная моей получившейся "улучшенной", и даже лучше неё, всего пятьсот золотых стоит… Думал, пена изо рта прямо там, в магазине пойдёт, так меня накрыло приступом жадности.
Но нет, не пошла. Справился я и с собой, и с пеной, и с жабой. Заодно выяснил несколько интересных моментов и нюансов, почему оно так получилось, когда свою сумку Мастеру Артефактору показал, которого ко мне продавец, уставший от моих бесконечных расспросов, всё же позвал.
Мастер долго вертел мою поделочку. Щупал, смотрел, даже понюхал пару раз. Единственное, что только не лизнул. А потом сказал, что везучий я сукин сын! Такой раритет отхватить по дешёвке умудрился!
Эта сумка, которую я в «нижнем городе» за пятьдесят золотых в лавке диковинок купил, она старая очень. Ей уже лет сто, если не сто пятьдесят. И в то время, когда её сделали, была мода у Артефакторов на эксперименты с локальным замедлением времени во вложенных пространствах. Вот и в моей такая функция имелась. И именно на усиление этой функции и ушла немалая часть ресурсов «впаянного» мной «ядра». Притом, что я о том — ни сном ни духом.
Почему раньше такую функцию делали, а сейчас не делают? Мода прошла. А фактической, существенной, практической пользы от этой функции, кроме понтов, не получали. Ну толку-то, к примеру, от замедления времени внутри сумки на четверть? Продукты чуть дольше не портятся? Ну, разве только. При этом, цену готового изделия, за счёт использованных материалов, это поднимает не на ту же четверть, а раза в два, а то и три. Кому оно надо?
Вот и сошла постепенно мода.
А я вот, по неопытности, даже и не знал, что у «моей прелести» такое вообще есть. Как и хозяин лавки диковинок не знал — иначе бы десяток золотых сверх тех пятидесяти содрал бы точно.
В результате: сумка, сделанная Мастером с использованием B-рангового «ядра» и соответствующих материалов, оказалась с внутренним объёмом большим, чем моя, которую я A-ранговым «ядром» усиливал. А с того, что внутри моей сумки время в половину медленнее идёт — мне что? На практике, что мне это даёт? Да ничего. Блин… неприятно вспоминать о моментах, где ты лохонулся.
Пока гнал от себя эти мысли, руки уже доставали из сумки увесистый такой кожаный мешочек, в который я пепел, оставшийся от Босса долины, собрал. Жаль, правда, что его там не так уж и много после него осталось. Зачем? Так «ядра» то A-ранга. А кости умертвий, из которых винтовка и пули сделаны — только B. Не выдержат преобразования. Это у сумки «запас прочности» ещё был, который я и почувствовал. Здесь же… такой запас можно создать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Эту фишку я в той же лавке, в Камише, от того же Мастера Артефактора узнал, пока «голову пеплом» под его насмешливым взглядом посыпал. В какой-то момент даже буквально попытался, достав этот мешочек. Но Мастер остановил. И предложил выкупить у меня его. Цену даже предлагал приличную… но не для материала A-ранга. Пока торговались, удалось раскрутить его на куцые пояснения, в чем фишка этого порошочка.
А фишка оказалась в том, что, если использовать его вместе с «ядром» A-ранга, то можно поднять «класс» изделия до уровня «ядра». Не выше.
Но, какой же дурак будет A-ранговое «ядро» за тысячу золотых на низкоранговое изделие тратить? Если можно использовать его же вместе с соответствующего уровня материалами, и получить S-ранговый предмет?!
Есть такой дурак: здравствуйте, Иван, приятно познакомиться. Я Иван, и я дурак…
Нельзя думать.
Надо просто делать.
Я разделил весь пепел на три равных части (специально не стал на будущее оставлять, что бы даже соблазна повторять подобное непотребство не было), положил к этим частям две «пули» и саму винтовку. Потом закрыл глаза, выдохнул. Открыл глаза и схватил первое «ядро»…
А! Сказать, что это было больно — ничего не сказать. Но это, ска, было больно!!!
А ещё, это было стрёмно и страшно: видеть, как обугливаются пальцы, а за ними и кисть руки… И знать, что впереди ещё два повторения!
Объективно, на всё про всё, ушла лишь минута. Субъективно… нет, не думать!! Потом все мысли! Нельзя тормозить и останавливаться, раз уж начал, раз уж оттолкнулся от края горки, то остаётся только держаться и рулить, рулить и держаться, стараясь не сдохнуть, врезавшись в очередной камень или не войдя в поворот…
Через минуту от того момента, как Альбина сунула мне в руку «ядра», я уже лежал с заряженным, «прокачанным» «Барретом», выцеливая в небе красной точкой прицела глаза Виверны. Держал винтовку за пистолетную рукоять правой рукой. Левая не работала. Нечему там было работать: одни кости обугленные остались. Хорошо, что ещё в долине сообразил нормальные сошки к нему приделать, а то бы никак теперь с ним бы не смог управиться.
Лежал, залившийся сразу «лечилкой» и «тоником» по десять золотых за штуку — жалко денег, конечно, но «снявши голову по волосам не плачут»: на две пули и винтовку только что три тысячи золотых потратил!
Болевой шок «зелья» сняли, отходняк ещё не успел начаться. Идеальное время — стрелять. Жаль, только, что его очень мало. Минута, может две, и меня накроет. Так накроет, что не то что стрелять, держать винтовку не смогу. Даже лёжа.
Мысли ватные.
Уже даже нет необходимости заставлять себя не думать. Оно само получается. Осталась только цель: глаза Виверны. И зачем-то надо их поразить.
Зачем, для чего, как — уже из головы выдуло. Спроси кто — не ответил бы. Да и вопроса бы даже не понял. Просто тупил бы, продолжая ловить точкой прицела зрачок рептилии.
«Комета» Пламенной очередной раз врезалась в Виверну, в воздухе, отбросив её в сторону и оставив заметный ожог на чешуе. Отбросила очень удачно — голова ящерицы оказалась повёрнута в удобную мне сторону. Палец дёрнулся уже практически сам собой — щёлк.
Не дожидаясь попадания, снова ловлю в прицел второй глаз — щёлк.
Всё, я пуст. Теперь уже ничего не важно: попал — не попал, всё равно, больше ничего не сделаю.
Вот только — попал.
Оба раза.
Виверна противно и истошно завизжала, забилась в воздухе, дёргая головой и разбрызгивая из глазниц кровь. Альбина упускать момент не стала, и тут же бросилась к ней. Удар, удар, удар, удар… я уже не видел, что там происходило дальше. Тушу добиваемой Виверны скрыли от меня дома. Но почему-то не сомневался — добьёт. Альбина — точно добьёт. И не сбежит гадина, и рука у Пламенной не дрогнет.
