Читаем без скачивания Сердца Хаоса - Виктор Милан

Изображение эмблемы тайного общества на экране расплылось, и перед зрителями предстало свободное пространство, насыщенное звездным светом.

– Не буду вдаваться в историю распада Федерации Солнц. После того как Катрин Штайнер заявила о суверенитете Лиранского Содружества, руки у Виктора Дэвиона оказались связанными. К тому же надо учесть, что нейтралитет Катрин заметно перекошен в сторону Сан-Цзу и Томаса Марика. Она отдала приказ частям, имеющим отношение к Лиранскому Содружеству, вернуться на родину. В результате «южный» фланг Федерации Солнц практически оголился.

На экране высветилась пограничная линия, разделившая звезды.

– Проводя свою политику, Катрин была вынуждена согласиться с появлением в районе Львиного Пальца частей Синдиката, чье присутствие должно помочь восстановить мир в этой части пространства.

По аудитории вновь пробежал легкий шумок. Многое становилось понятным. Теперь они почувствовали личный интерес к новому заданию. Дело в том, что большинство офицеров полка проходило службу в вооруженных силах Лиги Свободных Миров. В общем-то с годами забылись старые обиды, перестало иметь значение, как они были уволены – с соблюдением всех необходимых формальностей или без объяснения причин. Практически весь личный состав Семнадцатого легкого полка с детства был воспитан в неприязни к Синдикату. В среде наемников, в общем нейтральных в политическом отношении, существовала давняя стойкая приверженность к Федерации Солнц, которая казалась единственной силой, способной обуздать «этих ненасытных самураев из Синдиката». Только по прошествии нескольких лет, проведенных на службе у дядюшки Чанди, они в конце концов скрепя сердце оценили его деловые качества, провидческий взгляд и заботу о Всадниках. Как, впрочем, и мудрость его двоюродного племянника Теодора Куриты – единственного из всех руководителей Внутренней Сферы, сохранившего в этих сложных условиях ясный взгляд и чувство перспективы. Руководство крупных наемных соединений с тревогой поглядывало в будущее. Внутренняя междоусобица мешала им куда сильнее, чем крупным государствам. Политика Виктора Дэвиона и Теодора Куриты была их политикой – только постепенное объединение усилий могло иметь будущее и обеспечить их работой. Понятно, какое удивление вызвало у них заявление Мирзы, что драконы собираются сражаться за целостность федерации Солнц.

От подобных откровений у многих офицеров голова пошла кругом. Чего только в жизни не бывает!

– Наша разведка, – дождавшись, когда в зале наступит тишина, продолжил Мирза, – сумела установить, что руководство Черного дракона на этот раз решило не ограничиваться агитацией и дозволенными средствами политической борьбы. Они поставили цель в союзе с Мариком и Сан-Цзу отхватить добрый кусок у Федерации Солнц. Там Кокурю-каи намерено разместить свои базы и продолжить дальнейшую работу по переориентации Синдиката. В случае успеха у них в руках появится такая увесистая дубина, которая станет веским аргументам в борьбе за власть в самом Люсьене. Этот вопрос можно считать решенным – в округе Диерон они уже развернули подпольный военный центр. Вот здесь, в префектуре Аль-Наир, командующий военным округом, недавно назначенный таи-шо, Джеффри Кусуноки перешел на их сторону и возглавил предполагаемый мятеж. В местах сосредоточения идет усиленная подготовка экспедиционного корпуса, который вскоре будет направлен на завоевание планет в сторону вектора Хаос Марч.

– Почему же Координатор не может своей властью остановить их? – воскликнул командир Третьего батальона Питер Пони, по прозвищу Певец, что соответствовало его прежней мирной специальности – на гражданке он был капелланом. – Они же с Виктором Дэвио-ном нынче союзники.

– Теодор Курита, возможно, наиболее популярный среди населения Синдиката Координатор за всю его историю, – ответил Абдулсаттах. – Определенно, один из самых способных и дальновидных. Но нет правителя, который не был бы ограничен в своих действиях. Даже самый отъявленный тиран – и тот вынужден оглядываться на свое окружение. Что уж говорить о Синдикате! Кусуноки прославился во время кампании 3039 года, отлично проявил себя и во время отражения агрессии Кланов. Очень популярен среди простого народа и, что хуже всего, в военных кругах. Смещение Кусуноки на руку только Черному дракону – в этом случае они получат общенационального, овеянного славой лидера. Снять Кусуноки с поста можно лишь за какое-то очевидное и крупное прегрешение. Здесь Теодор просто не может рисковать. Слишком многим в Синдикате его союз с Виктором Дэвионом что кость в горле. Теперь о самом главном – захват миров в Львином Пальце не представляет больших трудностей. На всю операцию Кусуноки потребуется около месяца. В случае успеха он поставит Куриту перед неразрешимой проблемой в отношениях с Виктором Дэвионом. С другой стороны, отказ царствующего дома от завоеванного сразу накалит страсти до предела, а попытка отмолчаться, умыть руки опять же окончательно рассорит Теодора с Федерацией Солнц.

Мирза слабо улыбнулся.

– Конечно, все последствия такого шага трудно предугадать заранее, однако согласно нашему анализу Черный дракон ведет дело к тому, чтобы поставить Теодора перед выбором: либо гражданская война, либо разрыв с принцем Виктором, чьи войска спасли Люсьен во время нашествия Кланов. В любом случае Теодор попадает в полную зависимость от верхушки Черного дракона… Понимаете – это я говорю уже от себя, – Кокурю-каи готовы путем решительного ослабления государства добиться своих, во многом умозрительных целей. Если это называется патриотизмом, тогда что называется изменой? Гражданская война не может закончиться в один день, без поддержки Дэвиона нам не устоять против нового наступления Кланов. Как они собираются отбиваться от них? Какие средства использовать? Героизм? Камикадзе?..

Он замолчал. В зале повисла напряженная суровая тишина.

– Куда же смотрел Корпус Внутренней Безопасности? – Бар-Кохба задал вопрос, который вертелся у всех на устах. Собравшиеся были солдатами и без особой чувствительности воспринимали сообщения о покушениях, терактах, диверсиях, политических убийствах, о которых кричали тридивизионные новости.

Несмотря на возраст, Бар-Кохба был известен в полку своими кулаками. Кроме того, лучше него среди Кабальерос никто не сражался в ближнем бою.

– Неужели они не могли ничего поделать с этим бравым Кусуноки до того, как он набрал такую силу? – добавил командир батальона.

Мирза глянул в сторону хозяина. Этот взгляд насторожил Касси. До сих пор Мирза спокойно встречал каждый вопрос. Даже те, в которых ощущалась некоторая подковырка, не выводили его из себя. Теперь разговор получал новый оборот.

Дядюшка Чанди неторопливо дожевал очередную дольку фрукта, запил ее вином, приложил к губам салфетку. Затем подал голос:

– Сама Улыбка в прошлом применял к членам «Общества Черного дракона» меры, если можно так выразиться, драконовского характера. Но в дальнейшем он и его приемный сын Нинью Кераи, – тут хозяин сделал паузу и некоторое время смотрел на Кассиопею Сатхорн, которая не знала, куда деваться от стыда, – начали пренебрегать этой опасностью. Почему они так поступили, не знает никто, даже мой несравненный Мирза. То, что обсуждают эти двое, – тайна за семью печатями.

В практическом смысле их можно понять. На сегодняшний день главным противником считаются Кланы, против них и сосредоточены основные усилия Корпуса. Кроме того, нельзя ослаблять внимание и по отношению к террористической организации «Маскировка», деятельность которой заметно усилилась. Прибавьте сюда взбесившегося Сан-Цзу, которому взбрело в голову организовать союз потомков выходцев из Азии, направленный против Федерации Солнц, то есть против Европы и Северной Америки. Кстати, этот призыв был активно поддержан в недрах Черного дракона, хотя они сами прекрасно понимают всю вздорность и бесперспективность идеи. Абдулсаттах изложил свою версию развития обстановки, и я склонен согласиться с ним. Понимаете, даже наличие объективных, уже сложившихся условий еще не означает, что то или иное движение приобретет размах и мощь. Здесь очень важны субъективные факторы. Не только «Черный дракон» повлиял на Кусуноки, но и тщеславие фельдмаршала, неутоленные амбиции привели его к измене. Здесь совпали два важнейших условия – желание и возможности. Это страшное сочетание…

– И в каком именно месте мы должны лишить его всяких надежд, дон Чандрасекар? – неожиданно спросил полковник Камачо. Взгляд его был куда печальней, чем обычно. Он вел свой род от колонистов, прибывших в Новую Гренаду из Мексики, и, как утверждают семейные легенды, в его жилах текла кровь последних ацтекских правителей. В поклонении традициям Камачо и Чандра секар были очень схожи, как, впрочем, и жители Синдиката, и личный состав Всадников.