— Я возьму это с собой, — сказал он, собирая письма. — Верну, когда прочту все.
Почему ему захотелось оградить ее от чтения этих посланий? Ведь это всего-навсего милые письма молодого влюбленного солдата.
Брэнду захотелось удостовериться, что любовная история Синклера и Сары закончилась счастливо. В противном случае он не отдаст ей эти письма.
У него появилось подозрение, что желание защитить Софи создаст ему массу неприятностей. Особенно теперь, когда стало очевидно, что его миссия намного сложнее, чем он изначально предполагал.
Следует защищать ее от него самого.
— Увидимся завтра, — спокойно повторил Брэнд. — Ты по-прежнему любишь ванильное мороженое?
— Ты считаешь меня скучной, — заметила Софи.
Поцелуи уже приоткрыли перед ним тайную сторону ее натуры, которую не назовешь скучной. Но Брэнд решил не заострять на этом внимания.
Он вспомнил о том мире, в котором провел четыре — года, где запрещено когда-либо скучать, где существуют всевозможные развлечения, которые можно купить за деньги. И люди так привыкают к этому миру, что готовы пойти на все, дабы удержать при себе незаконно, заработанное и приобретенное.
В его руке — письма, написанные молодым мужчиной, который, вероятно, скучал по тому, что дома считал скучным.
— Не смей думать, что «скучный» означает «плохой», — сурово приказал он Софи и ушел.
Глава 6
Софи, не удержавшись, подошла к окну и увидела, как Брэнд вскочил на старый велосипед и умчался прочь. Велосипед был женский. Вероятно, он принадлежал его матери.
Даже на велосипеде Брэнд выглядел рыцарем на боевом коне.
Как же он хорош! Софи видела его без рубашки. Тугие мускулы, обтянутые гладкой кожей с недавними царапинами от шипов. Брэнд — дьявол во плоти — знал о своей привлекательности и о том, как на него реагируют женщины.
Этот человек может свести с ума кого угодно! Это он виноват, что Софи поцеловала его. Она жаждала доказать ему следующее: пусть она наивная и влюбленная провинциалка, но ему — самодовольному здоровяку — не удастся вторгнуться в ее мир и установить там свои порядки.
Ха! Она еще покажет ему. Поцелуй — это только начало.
Однако Софи пришлось признать, что она не вполне готова справиться с нахлынувшими на нее ощущениями. При одном воспоминании о поцелуе молодая женщина поднесла руку к губам, которых касались губы Брэнда, и вздрогнула от страсти.
Вот что значит — ходить по краю.
Нет, в дальнейшем она будет поражать Брэнда иначе, с меньшими последствиями для себя.
Однако Софи понимала, что, ощутив однажды вкус губ Брэнда, она лишается шансов стереть его из памяти.
«Наверное, я никогда не изменюсь», — подумала она, покорно вздохнув.
Следующим вечером Софи старательно нарядилась для их с Брэндом выхода в люди. Она долго перебирала одежду: то шорты задирались слишком высоко, обнажая бедра больше обычного, то вырез нового топа с завязками на шее чересчур открывал грудь.
Ей не хотелось, чтобы он думал, будто она старается выглядеть сексуально ради него. Поэтому Софи не стала краситься и затянула волосы в строгий хвост на затылке.
Бабушка одобрила ее наряд, но не сочла поедание мороженого и поездку на велосипеде чем-то романтичным.
— Он любит мороженое, бабуль, и всегда любил.
— Фу! Ты поедешь на велосипеде? Ты вся взмокнешь. А твои волосы?!
В дверь позвонили. Фрау Хильда отправилась открывать дверь, продолжая говорить по-немецки:
— Твои волосы! С такой прической ты похожа на женщину, у которой я покупала рыбу. Привет, Брэнд, — перешла бабушка на английский, затем снова по-немецки обратилась к Софи: — Та торговка умерла в девках.
— Вероятно, потому, что от нее воняло рыбой, — парировала Софи.
Неужели ее прическа действительно ужасна? Разве не так укладывают волосы уверенные в себе женщины?
Вошел Брэнд, и Софи задалась вопросом, как он выглядит: как беспечный соседский парень или как новый Брэнд — утомленный воин?
Что-то в его облике едва заметно указывало на то, что перед ней воин. Брэнд улыбался, но взгляд его был суровым.
«Иного ждать и не приходится, ради меня он меняться не станет», — подумала Софи, сдергивая с головы резинку для волос.
— Все в порядке? — тихо спросила она, беря сумку и быстро выходя через дверь, которую Брэнд придерживал для нее.
Брэнд изобразил изумление:
— Да, в порядке.
Софи снова посмотрела на него, на сей раз дольше. Что-то не так. Она понадеялась, что со временем все выяснится.
— Как поживает твой отец? — поинтересовалась Софи, когда они спускались по ступенькам. Похоже, с Брэндом произошло нечто неприятное в конференц-зале, но не следует списывать со счетов и его отношения с отцом.
— Почему бы тебе самой не рассказать об этом? Как поживает мой папа? Хорошо ли ему одному в большом доме?
Брэнд явно старался сбить Софи с толку, словно почувствовал ее желание всколыхнуть запретную и страшную тему.
— Твой отец прекрасно со всем справляется.
— Вот и ответ на твой вопрос, верно? Мой папа отлично поживает.
Брэнд уселся на старый женский велосипед и ждал, когда Софи сядет на свой. Она не упустила из виду, что он долго и пристально пялился на ее ноги. Вот он вздохнул и отвел взгляд.
— Если только забыть небольшой факт: он едва не поджег дом, — тихо продолжил Брэнд, когда они поехали бок о бок по тихой улочке. — Почему ты не сказала мне, что знаешь об этом?
Опять ему удалось сделать ее виноватой. Брэнд — настоящий инквизитор.
— Я не собираюсь шпионить за твоим отцом.
— Тебе известно, что произошло, — произнес он, пристально глядя на нее.
Ну да, Софи знала. Но доктор Шеридан очень просил ее не рассказывать Брэнду, что он и Хильда оказались в весьма щекотливой ситуации, когда пламя охватило дом. Он также просил Софи вчера вечером, как раз накануне совместного ужина с Хильдой, не упоминать о том, что у него и ее бабушки настоящий роман.
— А вы не думаете, что он догадается? — спросила Софи, обеспокоенная тем, что снова придется лгать.
— Я рассчитываю, что ты отвлечешь его, — мило улыбнулся доктор Шеридан.
— Почему бы вам откровенно не признаться ему?
— Он сочтет это предательством по отношению к его матери. Брэнд из тех, кому нравится одиночество.
Теперь, глядя на холодно-отстраненное выражение лица Брэнда, Софи понимала, что отчасти доктор прав. Брэнд старается держаться особняком.
Кто он, этот новый Брэнд Шеридан? Нет даже намека на то, что когда-то этот человек защищал и дразнил ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
