сторон.
— Слушай, не видел кого-то рядом долгое время. Даже не могу понять, какой у тебя вкус. Блондинок вроде любишь. Помню парочку. Помоложе. Да? Искуситель юных дамочек?
— Верни ее в целости, будь добр, — прерывает его рассуждения Танис, укладываясь в кровать. — Если продолжит мне спать мешать, то останешься без десерта завтра.
И эта угроза не нравится метаморфу. Веселье мгновенно заканчивается.
Он бредет к окну, недовольно махая своим хвостом и всем видом пытаясь показать, что Тан переходит грани.
— Потом поговорим, — бросает Роршарх и сигает в ночную пустоту, вырастая на глазах.
Ящерица несется к земле со скоростью света, увеличиваясь и постепенно принимая облик огромной птицы. Через секунду грифон взлетает ввысь, пролетая над поверхностью земли буквально в нескольких сантиметрах.
Сделав пару кругов на главным корпусом, птица подлетает к Лаванде, которая уже не кричит, а лишь недовольно бурчит, содрогаясь от холода. Она замечает его появление и недовольно косит глаза, но ничего не говорит. Молча на него таращится, удерживаясь руками за железную пику.
Ее ясные огромные глаза все говорят за нее. Тут даже не ненависть, а ярое желание испепелить на месте.
И Роршарх ощущает ее воинственность. Он надеялся, что ее спесь успела поубавиться, пока он отсутствовал. А тут, все наоборот.
Извиняться что ли, даже придется?
Ее злобный взгляд так и бродит по нему, что его передергивает.
Не за что извиняться! Его попросили ловить шпионов! Он поймал. Теперь требуют отпустить! Еще и без десерта оставить хотят! Никакого уважения!
Еще и за дракона перед всеми выдают, чтобы не пугались. А ему каково? Хоть кто-нибудь подумал? Эксплуататоры!
Перепрыгнув на горгулью поближе, и схватившись за макушку своими лапками, тот замер в одном положении, наблюдая за девушкой
— Ну, в общем. Я поговорил с Таном, — крякает птица, раскрывая свой клюв. — Кхе. Кхе. — Прочищает он горло. — Говорит, что ты не шпионка. Вот.
Лава не реагирует. Она обиженно отворачивается от него, надувая губки, и делает вид, что вообще его не замечает.
Грифон перепрыгивает на выступ, оказываясь прямо перед Лавой.
— Я извиняюсь, — говорит тот. — Виноват. Моя задача выискивать и ловить шпионов, а от тебя пахнет, как от иномирянки.
Лава все еще всхлипывает. Глазки и щечки красные, но слез уже нет.
И видно по глазам и трясущимся плечам, что ей все еще страшно и холодно.
— Я вещь нашла из другого мира, — говорит она, отворачиваясь вновь. Подбородок дрожит.
— Ну, прости, — говорит метаморф ласковым голосом. — Давай спущу.
Лаве очень хочется послать его лесом и полем, но она понимает, что по-другому ей не спуститься. Через минуту, усмирив свой пыл и желания, она все же кивает и перебирается к нему на спину.
Руки трясутся. Мало того, что все затекло от неудобного сидения, так еще и конечности подмерзли и не слушаются.
Жутко страшно. Голова кружится. Ватные руки и неживые пальцы не дают нормально зацепиться за шею грифона и она соскальзывает. Руки хватаются за воздух, ноги, охватившие корпус птицы съезжают ниже.
— Мамочкаа! — орет она во весь свой севший голос, сползая со спины грифона и улетая вниз. — Неееет!
Лава машет руками, пытаясь затормозить свой полет, устремляясь бешеным взглядом в сторону не спешащего и наслаждающего жизнью грифона.
Он спохватывается слишком поздно. Через несколько секунд только замечает, что ноша куда-то делась с его спины и прекращает свои пространственные разглагольствования.
Мимо быстро проносятся этажи. Один за другим. Темные завешенные окна, подсветка, горгульи. Все сменяется так быстро, что она даже не успевает зацепиться за что-то взглядом. Нужен выступ или ветка. Все что угодно. Пожалуйста!!
Секунда. Другая. Она летит спиной вниз, успевая заметить лишь грифона, летящего за ней и набирающего скорость. Недостаточную, чтобы ее поймать. Он летит в метре. Не успеет развить скорость, как она уже шмякнется вниз.
Девушка тянет руки к нему в надежде, что он ускорится и схватит ее. Но птица даже не сильно стремится ей помочь.
Это что же получается? Они решили с Таном от нее так избавиться? Или это план Роршарха?
Он не успевает!
За спиной буквально пара этажей… Миг и будет лепешка…
«Пожалуйста! Я не хочу так…» — проносятся последние мысли, перед тем, как она приземляется спиной на…
Что-то мягкое подхватывает ее снизу в последний момент, не давая разбиться. Словно мягкий уютный матрас окутывает ее, опуская на траву. И растворяется прямо под ней, оставляя лежать на твердой земле.
— Ты что же…. Не успел? — не верит она, поглядывая на птицу, которая приземляется рядом и сейчас, как ни в чем не бывало начинает чистить свои перышки.
— Нууу… ты слишком быстро летела, — ухмыляется тот, качая головой.
Полное помутнение сознания. Прострация.
— А что же меня тогда поймало?
Лава смотрит за спину, отмечая, что там ничего нет. Она возлежит на земле. Но точно ее что-то подхватило. Иначе бы…
Глаза грифона устремлены в пустоту и провожают невидимое летающее нечто своим взглядом.
— Тану скажи потом спасибо, — ухмыляется он.
Грифон поворачивается к ней огромным задом, который на ходу трансформируется в драконий и продолжая видоизменяться на ходу, неспешно идет к центру привычного ложа, посреди двора, на котором возлежит всегда.
— То есть ты из-за него не спешил? — догоняет его ее окрик.
Как будто его ответ сейчас что-то изменит. Но судя по ее взгляду, девушке он важен.
— Ага. Увидел его. Был уверен, что он тебя поймает, — отвечает тот утвердительно. Максимально искренне. Он не планировал ее убивать. Пусть знает, что это правда.
И Лава кивает, принимая его ответ.
"Ну ладно, на первый раз поверим" — Лава дергает ножкой.
— Но ты все равно еще ответишь за свои издевательства! — кричит она ему вслед.
Глава 12 Разоблачение
Плечо аккуратно подталкивают и приятный голос шепчет ей на ушко о необходимом пробуждении. Он вытаскивает ее на самую поверхность, окутывая своей бархатностью и чарующей нежностью.
— Еще чуть-чуть, — просит Лаванда незнакомца немного повременить, утопая обратно в сладостную пучину многообразных фантазий.
— Нет, моя дорогая, ты уже все, что могла, проспала, — говорит ей мужской голос со всей нежностью, проявляя легкую издевку.
Лава приоткрывает глаза, выныривая из того Средневековья с прекрасными принцами, которые были в ее услужении только что…. оказываясь в другом Средневековье со клонившимся над ее кроватью красавцем.
Ухмыляющийся Танис обнаруживается в ее комнате, смиренно ожидая ее пробуждения, пока за ним открыто шушукаются девочки, половина которых вообще не с этой комнаты.
В нее тыкают пальчиками и открыто обсуждают, совершенно не стесняясь ни Тана, ни ее.
Голова с запутанными волосами
