Читаем без скачивания Смерть за кулисами (в сокращении) - Питер Ловси

— Изучаю столешницы. Да, я был прав: пыль с них не смахивали уже давно.

Даймонд завершил осмотр и отступил.

— Итак, мы имеем девять пыльных столов, и на одном из них, — он указал на самый дальний от двери стол, — пыль с краю стерта довольно характерным образом. Слышали об отпечатках пальцев? А здесь у нас, похоже, отпечаток задницы.

5

Чистый тальк. Без каких-либо примесей.

— Обидно. А я надеялся, что примеси обнаружатся.

Вернувшись в отдел, Даймонд, Холлиуэлл и Лимен застали там констебля Пола Гилберта с заключением о содержимом банки с пудрой, найденной у Дениз. Результат разочаровал всех.

— Если пудра Дениз была безвредна, — заговорил Даймонд, — каким же образом на лицо Клэрион попала каустическая сода? Если ее нанесла не Дениз, то кто?

— Над этим вопросом мы уже ломали голову, шеф, — подала голос с другого конца комнаты Ингеборг.

— Да, но с тех пор я познакомился кое с кем из этих персонажей.

— И с дублершей? — без особой надежды уточнила Ингеборг.

— Всего за четыре дня, пока идет спектакль, она научилась вести себя как заправская примадонна. А еще я встретился с исполнителем главной мужской роли Престоном Барнсом — сразу после того, как он расквасил нос директору театра, который разрешил Джону Лимену обыскать гримерные. Оказалось, Барнсу есть что скрывать. Он, как выяснилось, торчок.

— На чем сидит?

— По его словам, на метадоне.

— Но зачем ему вредить Клэрион?

— Возможно, она, как и я, видела, в каком состоянии его руки, и догадалась, чем он занимается. Он боится, что про его зависимость узнают в театре.

— Поэтому изуродовал ей лицо? И где здесь логика?

— Он хотел отделаться от нее. И теперь она выведена из игры.

— Пожалуй, да, — с сомнением отозвалась Ингеборг.

Даймонд невозмутимо продолжал:

— Еще одна фигура в той же компании — Хедли Шерман. Он утверждает, что Клэрион ему навязали.

— Навязали? Кто?

— Фрэнсис Мелмот, глава совета попечителей. Мелмот — поклонник Клэрион. Это ему пришло в голову предложить ей главную роль и пригласить погостить в Мелмот-холле.

— Да бросьте! — с сальной улыбкой встрепенулся Холлиуэлл. — По его словам, она провела в гостях пару дней.

— И пару ночей, — хмыкнул Холлиуэлл.

— Сомневаюсь, — ответил Даймонд. — Мелмот живет вместе с доминантной матушкой. Дамой с характером.

— Значит, от буржуазных ценностей она далека, — сделала вывод Ингеборг. — В семьях, принадлежащих к сливкам общества, мамаши зачастую поощряют амурные похождения сыновей.

— Мелмот и вправду под подозрением? — спросил Холлиуэлл. — А мотивы у него есть?

— Появились, когда на репетициях стало ясно, что Клэрион ждет провал. На карту была поставлена репутация самого Мелмота. Ему требовалось найти способ остановить ее.

— Можно и мне высказать свое мнение? — произнес голос рядом с Даймондом. — Касательно развлечений и утех.

— Фред, если вам есть что сказать — выкладывайте.

— Здесь дамы.

— Речь пойдет про секс? — спросила Ингеборг.

— В целом — да.

— Тогда говорите смело.

Докинз одернул свой кожаный пиджак.

— А если эти ночи в Мелмот-холле не оправдали ожиданий мистера Мелмота? Если секс оставлял желать лучшего, он мог запаниковать, боясь, что Клэрион разболтает об этом всем и каждому?

— Очень может быть, — кивнул Даймонд.

Вмешался Лимен:

— А этот гей — как его? Тайтус? Театр он знает как свои пять пальцев. У него была возможность пройти за кулисы и снова уйти так, чтобы никто его не заподозрил.

— Все это верно, но не объясняет, зачем ему понадобилось уродовать Клэрион лицо.

Ингеборг считала, что и эта версия достойна рассмотрения.

— Если судьба театра небезразлична Тайтусу, он мог попытаться помешать Клэрион участвовать в спектакле.

— И все-таки это маловероятно, — возразил Даймонд.

Докинз прокашлялся:

— Я тут подумал, шеф… та банка с тальком в сумке у Дениз оказалась безобидной. А если была вторая?

Даймонд нахмурился.

— По крайней мере, в сумке Дениз второй банки не оказалось.

— Я имею в виду банку, тальком из которой она пудрила актеров в последнюю минуту перед выходом. А если Дениз держала ее где-то за кулисами? Может, банка и сейчас там.

— Вполне возможно, — согласился Даймонд. — Во всяком случае, стоит проверить. Инге, вы не против? Возьмите с собой Фреда.

Его новый подчиненный пришел в восторг:

— Вы отправляете меня на задание?

— Да, но все переговоры предоставьте вести Ингеборг.

Вдвоем они вышли, а Холлиуэлл заметил:

— Он так и рвется в бой.

— Рвется — во всяком случае, отсюда, — согласился Даймонд. — Итак, что у нас нового? Беспокойное выдалось утро?

Послышался голос одной из гражданских сотрудниц отдела:

— Было несколько звонков. Сержант Докинз принял их и переслал сообщения вам по электронной почте. Еще одно известие было от заместителя начальника полиции.

— От Джорджины?.. Он не говорил.

К счастью для Докинза, к тому времени он уже покинул здание.

Добравшись до цитадели Джорджины на верхнем этаже здания, Даймонд, уже привычно извиняясь за опоздание, заметил, что его начальница в хорошем расположении духа.

— Ничего срочного. Я, по-моему, ясно дала понять это Горацио.

Даймонд не сразу вспомнил, о ком речь. Почему это, интересно, заместительница начальника полиции зовет Докинза по имени?

Но Джорджину занимали другие вопросы.

— Вся эта каша, которая заварилась в театре… вам удалось докопаться до сути?

— Пока нет, мэм, — ответил Даймонд. — Не так все просто.

— Самоубийство?

— Не могу поручиться. Покойница не оставила записки.

— Видимо, потому, что была не в себе.

— Вдобавок связь между инцидентом с каустической содой и этой смертью до сих пор не доказана. По-видимому, Дениз Пирсолл ничего против Клэрион не имела.

— Хотите сказать, она погибла в результате несчастного случая?

— Ее могли столкнуть с высоты. Я еще раз побывал за кулисами. Раньше я полагал, что попасть на рабочий мостик под потолком театра можно только по вертикальной лестнице, а сегодня узнал, что есть и другой путь наверх.

— А это важно?

— Да — для того, кто задумал убийство Дениз.

— Убийство? Питер, вы серьезно?

— Наверху есть большая гримерная, которой в настоящее время не пользуются. Я нашел явные свидетельства тому, что недавно там кто-то побывал. В гримерной легко мог спрятаться тот, кто решил подкараулить Дениз.

Джорджина недвусмысленно дала ему понять, что предпочла бы более убедительные доказательства.

— Но какой смысл убивать Дениз? Насколько я слышала, она была милой и дружелюбной, все в театре относились к ней с уважением. И потом, если бы на нее напали, она наверняка начала бы отбиваться. На теле остались бы следы борьбы, их заметили бы при вскрытии. Патологоанатом ничего не упоминал?

— Нет, сказал только, что в организме Дениз был алкоголь.

— Она могла выпить для храбрости.

— Или кто-то угостил ее коктейлем из спиртного и снотворного.

— Снотворное тоже нашли?

— Пока неизвестно, ждем результатов анализа крови.

— А если результаты окажутся отрицательными?

— Перейду к гипотезе, что убийца действовал не в одиночку.

Джорджина прищелкнула языком.

— Смотрите, Питер, так и до одержимости докатиться недолго.

— Если помните, вы сами поручили мне заняться этим делом.

— Только потому, что театр могли закрыть. Но теперь, видимо, это маловероятно, даже если Клэрион подаст в суд. Судебные разбирательства затягиваются надолго.

— Правильно ли я понял, что вы не прочь прикрыть это дело?

Она отвела взгляд.

— Нет, можете закончить работу. Теперь я чувствую себя увереннее, чем прежде. — Она обернулась, ее глаза ярко вспыхнули. — Вчера вечером меня взяли в постановку «Суини Тодда».

— Поздравляю, мэм. Какая роль вам досталась?

— Не самая главная. Голос у меня есть, но я новенькая, так что большую партию получу разве что в следующем году. Я помогаю труппе укрепить позиции.

Что в переводе означало «буду петь в хоре».

— Горацио вообще не поет, — продолжала Джорджина, — но в такой постановке, как «Суини Тодд», он незаменим.

— Сержант Докинз состоит в БЛОГе?

— А он вам не говорил? Он наш главный хореограф, на нем постановка всех действий, происходящих на сцене: танцев, драк, трюков, фехтования. Знаете, он ведь опытный танцовщик.

— Да, он рассказывал. И давно он этим занимается?

— Гораздо дольше, чем я пою в хоре.

Так выяснилась причина, по которой именно Фред Докинз был выбран из числа рядовых полицейских.

— Я точно знаю, о чем вы сейчас думаете, — продолжала Джорджина, — поэтому должна особо отметить, что перевела Докинза к вам в отдел за заслуги. Да, порой его манера выражаться выглядит странно, но это вовсе не значит, что он тугодум. Не умея работать головой, такой мюзикл, как «Суини Тодд», не поставишь. Если кто и поможет вам в расследовании, так в первую очередь Горацио.