по имени Берта, с её удивительным нюхом на ловушки. А ещё меня порадовало, что они тщательно, теряя при этом время, с большим запасом обходили патрули моей гвардии, не пытаясь их ликвидировать. Убивать они никого не хотят, значит, дам им шанс остаться в живых.
Пятёрка шла дальше, а я сидел на террасе, попивал кофе, и посматривал на часы.
— ВТОРЖЕНИЕ!!! — прогудел у меня в голове голос Папы всех големов.
А вот и накладочка. Берта проворонила голема, который превратился сейчас в прекрасную даму с… гхм… большими глазами, что украшала наш лазурный бассейн. В общем, это была идея Призрака. На ночь големы превращались в статуи, и создавали своеобразную дополнительную систему оповещения, да и не только. В обычном режиме, при появлении непрошенных гостей, голем оживал и мог устроить вторженцам большие неприятности.
— Вижу, спасибо. Ничего не предпринимать, — ответил я папашке. — Ситуация под контролем.
— ПРИНЯТО! — загудело у меня в голове.
Голем-охранник как был, так и остался сисястой русалкой. Я задумчиво подумал, что, наверное, чуть-чуть переборщили, и грудь надо на следующую ночь сделать поменьше. Хотя… и так красиво. А вот пятёрка бойцов замерла вдалеке в кустах, обнаружив меня, сидящего у включённых магических обогревателей, и спокойно потягивающего кофе. Меня сложно было не заметить.
— Ганс, старый пердун, — повысил я голос. — Выходите, я вас вижу.
Я увидел, как задёргалась пятёрка, вскидывая в руках оружие. На всякий случай, напитал свой доспех. Хрен его знает, может ребята перенервничали. Как бы не шмальнули в меня чем-то смертоносным. А ещё они встревоженно начали переговариваться между собой.
— Выходи уже, хватит прятаться! Да и вообще, земля холодная, не май месяц. А в твоём возрасте нужно простату уже поберечь, — повысил я голос.
Ганс что-то кивнул и вышел вперёд, при том, что его четвёрка осталась на месте.
— Не, не, не… Ребят тоже забирай. Кто там у тебя? Берта, Фриц, Вайс. О, а четвёртого я не знаю. Молодая кровь? — всё это я вещал при полном молчании старого бойца, который неторопливо и вполне миролюбиво шёл ко мне. Тем не менее, он коротко бросил в рацию, и вышла остальная четвёрка.
Ганс подошёл первым и уважительно кивнул головой.
— Здравствуй, Алекс!
— И тебе привет, верный пёс рода Годартов…
Да, это был Ганс Шнайдер — бессменный командир сил специальных операций Рода Годартов. Ещё он являлся, по факту, заместителем командира гвардии тех же Годартов. Но сколько я себя помню, он и его пятёрка всегда выполняли некоторые щекотливые дела для Рода. Конечно же, всё это должно было сохраняться в полном секрете. Но у меня был Шнырька, а у них не было. И да, раньше Ганс неплохо ко мне относился. В юности он даже преподавал мне основы рукопашного боя, когда ещё до двенадцати лет сохранялась надежда, что во мне проснётся родовой Дар Галактионовых. Это потом, по приказу отца, он махнул на меня рукой, как и весь Род, но это была не его вина.
— Значит, твой отец оказался прав, — покачал головой пожилой немец.
— Ну, смотря в чём, — улыбнулся я. — И да, Ганс, мне кажется, ты потерял хватку. У меня кофе остыл. Ты мог бы дойти до усадьбы, по моему мнению, на пятнадцать минут раньше, как минимум.
— Да о чём ты говоришь, — взъерепенился Ганс. — Что ты понимаешь… — он сбился.
— В незаметном проникновении в расположение врага? Абсолютно ничего, ты прав. Так что не бери себе в голову, и продолжай гордиться своими навыками.
Ганс, видимо, понял, что он ляпнул что-то не так. Потому что его обнаружили. Непонятно как, но очень позорно, как для старого профессионала. Его бойцы стояли рядом, стволы винтовок опущены, оружие на предохранителях, пальцы вдали от спусковых крючков. Идиллия.
— Как ты нас обнаружил?
— Щас, разбежался и рассказал. Хотя… — я задумчиво почесал подбородок. — Скажи мне, как художник художнику. Можно же открывать тайны врагу, который в скором времени умрёт?
У молодого члена Звезды, которого я не знал, не выдержали нервы. В наступившей тишине оглушительно щёлкнул предохранитель винтовки.
— Даже не думай, парень, — погрозил я пальчиком ему. — Кстати, тебя как зовут?
— Карл его зовут, — рявкнул Ганс, и хмуро посмотрел на подчинённого. — Не надо.
Тот виновато опустил голову, и вернул винтовку на предохранитель.
— Я еще не закончил, — оживился я. — Так как убивать вас не собираюсь, то и тайны Рода вы тоже от меня не дождётесь.
— При всём уважении, Алекс, — лицо старого воина исказила улыбка. — Ты нас собрался убивать? Всех пятерых? Чем? Кружкой кофе? Серьезно?
— А вот сейчас обидно было, — покачал головой я. — И мне резко захотелось рассказать вам тайны Рода. Но раз я тренирую самообладание, то делать этого не буду. А вместо этого вы ответите на все мои вопросы. Какого хера вы здесь устроили?
Ганс задумчиво оглядел своих бойцов, не торопясь мне отвечать, а как будто о чем-то размышляя, а потом кивнул головой и открыл рот.
— Сейчас я осторожно засуну руку за пазуху и достану оттуда письмо от твоего от… гхм… господина Годарта, — поправился он.
— Ну, валяй! — разрешающе махнул я.
И он действительно засунул руку и достал оттуда письмо, протянув его мне.
— Ну, что ты застыл, как статуя? Сказали доставить, так давай, доставляй, — я даже не думал поднять задницу, а просто протянул руку.
Старый вояка нахмурился, но тем не менее поднялся по ступенькам и протянул мне письмо.
— А теперь будь таким добреньким, спустись обратно. Нечего тут маячить. Ты мне обогреватель закрываешь, — махнул я небрежно рукой в сторону.
Я прямо услышал, как заскрипели его зубы, но он молча спустился вниз. Судя по всему, действительно, не было приказа наносить мне вред. Я знаю Ганса, он ни за что не ослушается своего господина. Не зря я его назвал «псом Рода». Дело в том, что для него это было не оскорбление, он сам себя так называл. Да и позывной у него был «Пёс», так что всё нормально.
Прежде, чем открыть письмо, я помахал в воздухе конвертом.
— Что вы должны были сделать, и как его доставить? Я так подозреваю, вы были в курсе, что меня здесь нет, — махнул я на поместье.
— Да, в курсе, — угрюмо кивнул Ганс, и вопросительно посмотрел на меня. — Поэтому мне интересно, почему ты всё-таки здесь? Как? Ты же вчера вечером был на территории Ханства?
— На этот вопрос я, конечно же, вам не отвечу, — улыбнулся я. — Поэтому давайте послушаем тебя.
— У меня был приказ проникнуть в усадьбу и оставить письмо у тебя на столе, — сказал Ганс и… замолчал.
— И? — не выдержал я.
— Что «и»? Я же сказал, доставить письмо и оставить его на столе.
— И всё? — нахмурился я. — Никого не убить, ничего не взорвать, ничего не украсть?
— Нет, — отрицательно покачал головой Ганс. — Только доставить письмо.
— Ну, зашибись! — рассмеялся я. — Нет, я знал, что мой милый папенька ещё тот консерватор, но не настолько! Он что, пропустил тот момент, когда изобрели мировую паутину, и появились электронные письма? Ладно, хер с ней, с паутиной — я сам ее не очень люблю. Но уже несколько сотен лет существует бумажная почта, которая тоже неплохо работает. Да и с этим бы тоже хер! Взял бы почтового голубя и послал!
— Алекс, при всём уважении, ты говоришь о моём господине. И говоришь о нём чрезвычайно неуважительно.
— Да ладно, — улыбнулся я. — Тебе не кажется, что я имею на это право?
Ганс на секунду замялся, ничего не произнося, но всё же кивнул головой.
— Ладно, почитаю, что там.
Я разорвал письмо и развернул бумагу, при этом презрительно покачал головой.
— Куда катится Род Годарта. Даже пожалел гербовую бумагу. Он что, на туалетной написал? — поднёс письмо к свету и прочитал.
Алекс, пришла пора нам поговорить. Жду тебя через три дня у себя в поместье.
Генри Годарт
— Ха, — сказал я. — Ха-ха! — повысил я интонацию. — Ха-ха-ха! — сказал ещё громче, и обвёл взглядом всех присутствующих. — Это всё напоминает мне какой-то гадский цирк или сюрреализм. Короче, у меня резко испортилось настроение. Дабы вас надолго не задерживать, раз уж вы так мило принесли мне это письмо, то позвольте мне передать с вами и ответ. Запоминаешь? — спросил я Ганса.
На что тот смущённо начал.
— Но Алекс, так дела не делаются…
— Делаются-делаются! — прервал
