Кроме того, при построении сложноподчиненных предложений следует остерегаться пропуска союзов, употребления лишних союзов и союзных слов, а также употребления одних союзов и союзных слов вместо других. Последнее обстоятельство особенно пагубно отражается на нашей устной и письменной речи. Когда, например, человек употребляет союз как вместо союза что или союз и вместо союзного слова который, у него получаются нелепости такого рода: «Мастерство Некрасова состоит в том, как он в совершенстве владеет стихотворными размерами; унесенные штормом потеряли уже всякую надежду на спасение, когда увидели вертолет и спускал им лестницу.
История третьяОдин большой (взрослый) оратор попал однажды на собрание, где вместо обычных и привычных ему слушателей сидели частицы русского языка, с которыми он был постоянно не в ладу. Испугавшись, оратор хотел сразу же ретироваться. Но не тут-то было. Частицы крепко ухватились за него и не отпускали до тех пор, пока он не прочел им обычной своей лекции о русских художниках. Если бы кому-нибудь довелось присутствовать на этом собрании и видеть, как вели себя частицы во время лекции, ему стало бы явно не по себе. Частицы кричали, топали ногами, вскакивали с мест, а под конец все вместе навалились на оратора и окончательно доконали его. Какие же ошибки, связанные с употреблением частиц, допускал несчастный оратор?
Он то и дело пропускал частицу бы, превращая сослагательное наклонение глаголов в изъявительное и создавая одну речевую бессмыслицу за другой. Он говорил: «Вот посмотрел (?) кто-нибудь из вас «Золотую осень» Левитана и полюбил (?) ее на всю жизнь... Не восхищался (?) Айвазовский морем, никогда не написал (?) своих чудесных картин... Много лет тому назад задумал Репин произведение, которое отражало (?) жизнь бурлаков на Волге». Примерно то же самое получалось у оратора и с частицей ли, которую он пропускал в косвенных вопросах: «Крамской спросил у молодых художников, помогли (?) им его советы... Бывают (?) где такие закаты, — поинтересовался Серов... Можно (?) передать красками это очарование! — воскликнул Куинджи».
Кроме того, оратор, и это был самый большой его грех, нарушал порядок слов в предложении, помещая частицы в тех местах, где им вовсе не полагалось находиться: «В библиотеке художественного училища точь-в-точь такие же стояли шкафы, как и в музее... Вам-то хорошо ведь известно, что такое перспектива, — возмутился Саврасов... Останусь здесь-ка я на все лето, — сказал Крамской, приехав в деревню».
Рассказывая эти истории, мы стремились, как это уже отмечалось, показать лишь часть грамматических и стилистических ошибок, связанных с употреблением союзов и частиц русского языка. Однако сказанного вполне достаточно для того, чтобы сделать вывод, что союзы и частицы требуют к себе не только глубокого уважения, но и самого пристального внимания.
Трагедия с падежами
Так называлась статья, присланная в редакцию одного молодежного журнала. Автор статьи в сильных и страстных выражениях протестовал против того, что современная молодежь, не считаясь ни с какими правилами и законами русского языка, допускает в речи большое количество ошибок. Редакция журнала не сочла возможным напечатать статью полностью и поместила лишь краткое изложение высказанных в ней мыслей, а также приписку, сделанную автором в конце статьи. Эта приписка испортила настроение не одному старшекласснику. Вот ее содержание:
«Уважаемые товарищи, я врач, писать не умею, но гнев и негодование, кажется, сделали меня литератором. Подумать только, мои сыновья, оканчивающие среднюю школу, не умеют правильно говорить по-русски. Почти в каждой произносимой ими фразе можно обнаружить одну, а то и несколько ошибок, связанных с употреблением слов, грамматических форм и конструкций. Особенно возмущает меня их неспособность к управлению, то есть к такой связи слов в предложении, при которой управляющее слово требует от управляемого определенного падежа. Здесь, можно сказать, происходит настоящая «трагедия с падежами». Привожу несколько фраз, которыми «порадовали» меня сыновья несколько дней тому назад: «К тридцатому апрелю все было готово... Директор школы горячо поздравил нас с Первым маем... Прошлое лето мы чаще ездили на рыбалку... В эту ночь мне приснился тяжелый сон...»
Ну, не трагедия ли это: молодые люди, будущие мастера, инженеры, врачи, изобретатели, не могут отличить родительный падеж от творительного и творительный — от винительного?![4]
Эта заметка вызвала многочисленные отклики читателей, которые в один голос заявили, что «Трагедия с падежами», свидетельствующая о низком уровне речевой культуры молодежи, должна быть немедленно «снята со сцены» и навсегда вычеркнута из репертуара нашей действительности. Идя навстречу пожеланиям читателей, редакция поместила несколько статей о падежах, которые мы считаем необходимым привести (разумеется, с разрешения редакции) на страницах этой книги.
Именительный падежИменительный падеж служит в основном для выражения субъекта, то есть для названия лица, предмета или явления. Он не выражает зависимого отношения к действию или к другому предмету и поэтому называется независимым. Слово, стоящее в именительном падеже, выступает в предложении в роли подлежащего или в качестве бессвязочного именного сказуемого, а также в качестве приложения и обращения. Отвечая на вопросы кто? что?, именительный падеж не вызывает обычно особых затруднений при использовании его в речи. Ошибки, связанные с употреблением именительного падежа, чаще всего встречаются у людей, забывающих о том, что этот падеж не сочетается с предлогами. Такие люди говорят, например: «С двести рублями» (вместо с двумястами рублями), «около четыреста километров» (вместо около четырехсот километров) и т. п.
Родительный падежОтвечая на вопросы кого? чего?, родительный приимённый имеет следующие основные значения:
1. Родительный принадлежности, обозначающий лицо, которому принадлежит что-либо (книга брата, картина художника, стихи Маяковского).
2. Родительный отношения, выясняющий значение, в котором употребляется управляющее слово, и показывающий отношение одного предмета к другому (директор школы, крыло самолета, правило игры).
3. Родительный качества (признака), определяющий внешние или внутренние качества одушевленных и неодушевленных предметов (дисциплинированность школьника, доброта матери, синева неба, запах цветов).
4. Родительный количества, меры, сравнения (десять школьников, метр полотна, светлее солнца).
5. Родительный объекта, входящий в сочетания, в которых управляющее имя является носителем глагольных значений, а управляемая форма обозначает объект действия (рубка леса, взятие Бастилии, исполнение желания).
Родительный приглагольный употребляется для обозначения прямого объекта: когда управляющий глагол имеет при себе отрицание (она не любит шума, он не отрывал глаз от картины); если действие глагола распространяется не на весь объект, а на его часть (налить молока, купить хлеба); после слов добиваться, ждать, искать, просить и т. п. (ждать телеграммы, просить разрешения); после глаголов со значением опасения, лишения, удаления и т. п. (бояться холода, лишиться покоя).
Ошибки, связанные с употреблением родительного падежа, сводятся в основном к замене его другими падежами. Вот несколько примеров:
1. Замена родительного падежа винительным с предлогом за: «Кольцов и Некрасов — певцы за народное счастье» (вместо народного счастья).
2. Замена родительного падежа с предлогом для винительным падежом с предлогом на: «Хорошая дисциплина имеет значение не только на пионеров» (вместо для пионеров)...
3. Замена родительного падежа с предлогом от творительным падежом с предлогом с: «Чувства и мысли Пушкина неотделимы с чувствами и мыслями своего народа» (вместо неотделимы от мыслей и чувств).
4. Замена родительного падежа с предлогом с предложным падежом с предлогом на: «Советские люди расценивают труд на коммунистических позициях» (вместо с коммунистических позиций).
5. Замена родительного падежа без предлога родительным падежом с предлогом от или против: «Советские люди хорошо помнят злодеяния фашистских захватчиков, совершавших убийства и грабежи против мирного населения» (вместо мирного населения).
