безопасным.
Он был расстроенным, напряженным, резким и…
И ее влекло к нему физически. Ужасно, зверски влекло.
И она скорее примет яд, чем признается в этом ему.
— Джуа, ты уже здесь! А мы задерживаемся.
Джуа быстро покончила с мечтами и столкнулась с реальностью. Ух ты, реальность оказалась чертовски приятной. Ронан в одних черных шортах и кроссовках стоял в нескольких шагах от нее. Джуа видела испарину у него на плечах, влажные волосы на груди, которая сужалась к талии и очень, очень мускулистому животу. Его шорты были низко спущены на бедрах. Джуа показалось, что у нее подгибаются колени.
Вот это да!
— Как дела? — спросил он, подбоченившись.
Ей хотелось самой положить туда руки, прижаться к нему всем телом, лизнуть его загорелое, веснушчатое плечо, попробовать его кожу на вкус.
«Да-да, мечтай, Джонс. Прекрасный способ стать хозяйкой положения».
Джуа сунула руки в задние карманы джинсов — «чтобы не трогать тебя, мой милый» — и посмотрела Ронану в глаза.
— Доброе утро. — «Превосходно, Джуа, тебе удалось произнести слово».
— Спасибо, что приехала так рано. Дети еще спят, потому что вчера поздно легли. Я долго сопротивлялся, но в конце концов все же взял их в свою постель и поставил фильм. Я тоже проспал и поэтому опаздываю, — объяснил Ронан. — А впереди у меня сумасшедший день.
— Почему? — спросила Джуа, радуясь нейтральной теме.
Может, у нее разыгралась фантазия или Ронан действительно охотно отвечал на ее безобидный вопрос?
— На работе очередной аврал. Сегодня я вернусь домой поздно. Мне предстоит провести специализированный аукцион спортивных реликвий.
Неужели он ожидает, что она уже сегодня приступит к обязанностям помощницы?! Как можно быть настолько надменным, настолько самонадеянным? Она приехала утром, чтобы обсудить — и только обсудить! — безумное предложение Кили, а вовсе не начинать работу. Она приехала в знак любезности, вот и все. Она больше не хочет работать помощницей по хозяйству — почему никто этого не понимает?
— Возможно, Кили кажется, что она хозяйка Вселенной, но я увидел твое потрясенное лицо, когда она предложила тебе у меня поработать. Я понимаю, что положение не настолько шаблонное, как выходит по ее словам, — сказал Ронан. — На сегодняшний вечер я уже пригласил бебиситтера. Джуа состроила вопросительную мину. Интересно, кто согласился его выручить?
— Мой брат Финн сегодня посидит с монстрами. К счастью, я должен освободиться к десяти.
Верно. Она помнила, что он главный аукционист в «Мерфи интернэшнл», а также управляет операциями аукционного дома по всему миру.
— Я думала, ты ведешь только крупные аукционы.
Ронан кивнул:
— Обычно более мелкие аукционы я поручаю проводить младшим аукционистам, но два дня назад мой помощник, который ведает спортивным разделом, попал в больницу с аппендицитом. У меня есть и другие аукционисты, но в сегодняшнем аукционе примут участие несколько крупных покупателей, поэтому я решил, что проведу его сам, свяжусь с ними с глазу на глаз.
— Мне бы хотелось посмотреть аукцион, — призналась Джуа.
— Добро пожаловать, хотя, насколько я понимаю, ты и так будешь присутствовать на аукционе, где продадут коллекцию Изабель. Это будет один из самых крупных аукционов, который проведет наш дом. Такой, говорят, бывает раз в поколение.
Ну да. Она на время забыла, что они с Кили решили распродать с аукциона свою обширную коллекцию, чтобы пополнить фонд Изабель. Вырученные деньги пойдут на многочисленные проекты в районе Большого Бостона, в том числе на убежище, где Джуа очутилась пятнадцать лет назад.
Ронан пожал плечами, словно извиняясь:
— Так что сегодня предстоит не слишком крупное мероприятие… Ваш утраченный Хомер будет последним лотом, который выставят на аукцион, если Сэди удастся доказать его подлинность.
— По-твоему, картина подлинная?
— Не имеет значения, подлинная она или нет, потому что я никогда не привязываюсь к тому, что проходит через наши руки. Я ценю мастерство, редкость и красоту, но понимаю, что мы — лишь временные хранители произведения искусства. И я отказываюсь тратить силы на беспокойство, подлинная картина или нет. Либо она подлинная, либо нет; я не могу повлиять на результат.
— Логично, — кивнула Джуа, садясь на табурет за кухонным островком.
Их с Ронаном глаза встретились, и между ними словно ударила молния. Она заметила, как его глаза слегка расширились и посмотрели на ее губы. Он сглотнул и провел ладонями по лицу, и она поняла: ему тоже неловко от бурлящей между ними химии. Ужасно неудобно… мягко выражаясь.
— Джуа, если ты согласишься на меня работать, между нами ничего не будет.
Хм… ну, по крайней мере, честно. Джуа задумалась. Она может не обращать на него внимания, но это путь наименьшего сопротивления.
Как она поняла по опыту, лучше справиться с проблемой, пока она еще маленькая, потому что нерешенные проблемы обычно ведут позже к более крупным и более серьезным. Поэтому необходимо ответить.
— Если я действительно соглашусь на тебя работать, а я пока не собираюсь соглашаться, можешь не сомневаться: между нами ничего не будет. — Она обрадовалась, услышав, что голос у нее не дрожит. И говорит она прохладно.
— Я просто не хочу, чтобы у тебя создалось ложное впечатление — мол, раз ты подруга Кили и наследница Изабель, я изменю свое отношение. Ты ведь все равно будешь у меня работать.
Р-р-р… она что, не по-английски говорила?
Джуа с трудом подавила желание закричать.
— Повторяю, Ронан, я вообще не собиралась больше работать помощницей по хозяйству. И не питаю никаких иллюзий!
— Ты уверена? Я знаю, что ты наводила обо мне справки.
Он прямой до безобразия. И грубый. Джуа поняла: он ждет, что она покраснеет, начнет мямлить, может быть, извинится. Да пошел он!
— Мне тридцать лет, я здоровая женщина, у которой какое-то время не было секса, а ты — привлекательный мужчина. Но в мире полно привлекательных мужчин, и я не бросаюсь на них по привычке, так что… вы в безопасности, мистер Мерфи.
Последние два слова она произнесла с нажимом; ее язвительность заставила Ронана поморщиться.
— Послушай, я не хотел тебя обидеть, просто подумал, что лучше сразу все выяснить…
— Нечего выяснять, — отрезала Джуа. — Вы с Кили меня с ума сведете! Позволь напомнить, что я не нуждаюсь в работе, и, даже если бы решила на время тебя выручить — а я еще ничего не решила, — я бы присматривала за твоими мальчиками просто из любезности, пока ты не найдешь хорошую няню!
Язвительность у него на лице ужасно злила ее. Уж слишком он самоуверен!
Джуа встала с табурета и покачала головой:
— Сама не знаю, почему я здесь. Разговор зашел в тупик. Я не хочу
