Однако в одном Сейди ошибалась: это была не любовь. Рейвен любила Сэма, и ровное, нежное чувство, которое она испытывала к нему, было совсем не похоже на дикий огонь, бушевавший у нее в крови всякий раз, когда к ней прикасался Слейт. Это не могло быть любовью. Он пробуждал в ней какие-то первобытные чувства, о которых ей лучше забыть.
На сей раз она окончательно выкинет из головы Слейта Слейтона и будет думать только об учебе на курсах, о дружбе с Сейди и о своей будущей работе на железной дороге.
Рейвен подобрала с пола пуговицы от платья и шпильки и заколола волосы. Сейди придирчиво осмотрела ее с ног до головы, потом убедилась, что в холле никого нет, и сделала подруге знак. Рейвен поспешила в свою комнату и бесшумно закрыла за собой дверь.
Глава 7
Спустя месяц Рейвен зашла в библиотечный вагон поезда железной дороги «Атчисон, Топика и Санта-Фе», чтобы поставить на полку прочитанную книгу. Задержавшись у окна, она смотрела на проносившиеся мимо плоские равнины Каньюса. Освещенная солнцем, высокая сухая бизонова трава казалась золотой.
После двух недель учебы на курсах в Топике ее направили на работу сначала в отель «Клифтон», а потом в ресторан во Флоренции в штат Канзас. Затем ее и Сейди снова вызвали в Топику и определили на работу в вагон-ресторан в новом поезде под названием «Монтесума», курсировавшем между Топикой и городом Монтесума в штате Нью-Мексико.
Уже работая в поезде, Рейвен узнала, что Фред Харви построил в окруженной горами красивой долине на севере Нью-Мексико роскошный отель.
Это был не просто отель, но и курорт с минеральными водами, рассчитанный на то, чтобы туристы останавливались в нем дольше, чем на одну ночь. До этого, насколько было известно Рейвен, рестораны и закусочные Харви предоставляли номера лишь на одну ночь и приличную еду пассажирам и обслуживающему персоналу поездов, направлявшихся в Санта-Фе и делавших двадцатиминутную остановку на завтрак, ленч и обед. Однако еда в этих ресторанах была настолько вкусной, что и местные жители стали частенько туда заглядывать.
Рейвен также узнала, что курорт Монтесума был открыт с большой помпой 17 апреля 1882 года. Вскоре он стал большим оздоровительным и развлекательным центром, куда четыре поезда ежедневно доставляли туристов. Обстановка, еда и обслуживание превосходили качеством даже аналогичные заведения в Саратога-Спрингсе в штате Нью-Йорк.
Год спустя владельцы железной дороги решили пустить до Монтесумы специальный экспресс с роскошными пульмановскими вагонами и вагоном-рестораном, в котором подавали бы еду от Фреда Харви.
Рейвен и Сейди обслуживали первый рейс этого поезда и не могли не восхититься его роскошью. Однако у Рейвен был еще один повод для волнения, но она не могла поделиться им с Сейди.
В то утро, когда специальный поезд покинул Топику, Рей-иен узнала, что к нему был прицеплен еще один – притом личный – вагон, принадлежавший Т.Р. Симпсону, специальному представителю железной дороги и одному из двух клиентов, нанявших детективное агентство Каннингема. Симпсон должен был проинспектировать дорогу и удостовериться в качестве обслуживания пассажиров.
Наконец-то она сможет возобновить расследование. Она будет наблюдать за Симпсоном, и тогда, возможно, дело сдвинется с мертвой точки, если, конечно, окажется, что это он стоит за ограблениями на железной дороге.
Во всяком случае, она теперь была уверена, что поступила правильно, став девушкой Харви. Хотя за последние месяцы она и не получила никакой новой информации по своему делу, но многому научилась, и это поможет ей в дальнейшем.
Рейвен работала в поезде библиотекарем до обеда, после чего помогала Сейди обслуживать пассажиров в ресторане. Она оглядела библиотеку, в который раз удивившись, что столько места в поезде отведено под книги. Ключи от высоких книжных шкафов красного дерева со стеклянными дверцами были у библиотекаря. Когда пассажир выражал желание что-нибудь почитать, она помогала ему выбрать книгу из ста сорока томов в кожаных переплетах. По вагону были расставлены стулья и удобные кресла, обитые зеленым бархатом. Зеленая с золотом портьера из парчи отделяла от библиотеки парикмахерскую и душевую кабину. Один из стюардов, обслуживавших спальные вагоны, был парикмахером и дежурил весь день, пока не наступало время стелить постели.
Сейди работала в вагоне-салоне, где пассажиры коротали время за картами и выпивкой. Здесь тоже все было роскошно и удобно: стулья с высокими спинками и мягкими подушками, бархатные шторы на окнах, обшитые деревянными панелями с инкрустациями стены и потолок, изящные хрустальные люстры и канделябры.
Рейвен видела и спальные вагоны. В дневное время пассажиры могли сидеть или полулежать в мягких креслах, а на ночь сверху опускали две полки, застеленные свежим постельным бельем. Туалетные комнаты также были оснащены всем необходимым для удобства пассажиров.
Как и многие пассажиры, Рейвен получила возможность почувствовать, как живут богачи, но сейчас ей было не до этого. Ей надо встретиться с Т.Р. Симпсоном и продолжить расследование. А уж потом она сможет расслабиться и насладиться поездкой.
Поглаживая спинку бархатного кресла, она вдруг представила себе, что в кресле сидит Слейт и читает. Улыбка тронула се губы. Если бы Слейт зашел сюда, он вряд ли попросил бы книгу. Он посадил бы ее к себе на колени, прижал и…
Нет, Слейту не понравилась бы вся эта роскошь. Его жизнь проходит в седле и у ночных костров. Он преступник, а не джентльмен.
Со дня их последней встречи в Топике ей удавалось не думать о нем, когда она была занята работой. Но в такие часы, как сейчас в библиотеке, он вдруг являлся в ее воображении, и тогда она чувствовала свое одиночество особенно остро. Она тосковала по нему, хотя отчетливо понимала, что у них нет будущего.
Чтобы избавиться от мыслей о Слейте, она начинала думать о Сэме. Он был идеальным женихом: у них было много общего, они так нежно любили друг друга. Те чувства, которые вызывал у нее Слейт, не могли быть любовью, как думала Сейди. Это была странная всепоглощающая страсть, которая бесследно прошла, как только Слейт уехал.
Все же в ее памяти чаще всплывали суровые черты Слейта, а не доброе лицо Сэма. Она объясняла это тем, что одиночество сделало ее более уязвимой к проявлениям внимания со стороны другого мужчины. Теперь с этим покончено, и ей следует обо всем забыть. Если только она сможет.
Рейвен взглянула на маленькие золотые часики, подаренные отцом, когда ей исполнилось шестнадцать лет. Эти часики не только напоминали об отце, но и пригодились в ее новой работе, где все должно было идти строго по расписанию. Сейчас она отправится в вагон-ресторан, а для этого ей придется пройти через несколько вагонов.
