Читаем без скачивания Тактика захвата - Анатолий Сарычев

Всплыв без единого звука у левого конца пирса, Клим с Малышом осторожно стали выдвигаться из-за деревянного настила причала.

Настил, сделанный из толстых бревен, со временем одряхлел и рассыпался прямо под пальцами.

Красный огонек сигареты вспыхнул перед крыльцом, и послышалось веселое журчание.

«Классные охранники! Нет на вас старшины! Обленились от сытой жизни!» – успел подумать Клим, ниже пригибаясь к земле.

– Отойди, скотина, от крыльца! Мочой вонять будет! – негромко сказал невидимый охранник справа от них.

– Я не могу! У этой малолетки такая сухая манда, что хрен натер – надо срочно поссать! – объяснил со смешком мужской голос. Он не перестал журчать, но звук стал глуше.

– Тебе хорошо – ты в доме сидишь, а нас поставили снаружи и только утром сменят! Эти ссыкухи уже спать будут, как до них доберешься! – заметил простуженный бас слева.

«Сколько же вас на улице?» – подумал Клим, надевая очки ночного видения.

В сиреневом свете – метрах в пяти справа от него – возник мужчина с автоматом на плече. Автомат висел дулом вниз, а рожок торчал впереди. Он прислонился к двери и наблюдал за говорливым охранником.

Слева – метрах в трех от крыльца – точно с таким же автоматом стоял еще один охранник.

– Если нас заставят завтра убирать твою мочу, то я тебя, Семен, заложу, так что не обижайся, – лениво сказал левый охранник.

– А я тебя заложу с Галкой-поварихой! Ты ее каждый день трахаешь и жрешь от пуза! – завистливо сказал Семен.

– Заткнулись все! Ведете себя, как на базаре! Еще раз услышу разговоры на посту, останетесь без месячной зарплаты! С тебя, Семен, двадцать процентов снимаю за антисанитарию! Завтра после смены почистишь туалет в доме и на улице!

– Ты че, совсем сдурел, Матвей! За такую мелочь сто пятьдесят баксов снял! – завопил на весь двор незадачливый ссыкун.

– Все! Базар кончен! Ты сидишь этот месяц без зарплаты! Со следующей сто пятьдесят баксов должен! – спокойно сказали сверху, и Клим услышал щелчок закрываемой двери.

Тело Малыша метнулось влево. Мягкий шлепок, едва слышимый в ночной тиши, и сразу же за этим послышался вопль незадачливого Семена:

– Во бля! Мало того что на бабки кинули, еще ногу зашиб!

Справа послышались тяжелые шаги. Мужчина, стоя рядом с ним, расстегнул «молнию» ширинки. В этот момент кулак Клима опустился ему прямо на темечко.

Ловко подхватив упавшего, Клим затащил его в тень пирса и, связав руки и ноги, приготовился допрашивать. Заклеив рот приготовленным для этой цели скотчем, Клим зачерпнул воды и плеснул в лицо связанного охранника.

Охранник тяжело заворочался, но глаз не открыл.

– Давай я ему уши потру, сразу в себя придет, – предложил беззвучно возникший сзади Малыш. Он схватил за ухо пленного и начал с силой крутить его, шепотом докладывая Климу: – Собака мертвая, один охранник «трехсотый», а его товарищ «двухсотый».

Тело пленника от дикой боли выгнулось дугой.

– Ты должен правдиво, быстро и точно отвечать на все вопросы – и тогда будешь жить.

Клим в своей одежде боевого пловца был похож на марсианина, сходство с которым ему придавали очки для ночного видения, сдвинутые на лоб.

– Если только ты крикнешь, я сразу выколю тебе глаз, – добавил Малыш, давая возможность пленнику рассмотреть боевой нож «морского дьявола».

– Сколько человек охраны в доме? Я тебе буду называть цифры, а ты только кивай, – предложил Клим, наклоняясь к самому уху пленника.

От человека, лежавшего на песке, несло потом, грязными носками и едкой мочой. В расстегнутом воротнике рубашки виднелась полосатая майка.

На счет «четыре» пленник кивнул головой.

– Где находятся посты охраны? – спросил Клим, отдирая скотч с губ пленника.

При последнем рывке пленник болезненно скривился, но не издал ни звука.

– На первом этаже два человека и на втором тоже два человека.

– Где находится дежурка с отдыхающей сменой?

– На первом этаже, комната справа от входа.

Пленник уже говорил больше, чем его спрашивают, стараясь откровенностью сохранить себе жизнь.

– Сколько человек находится в дежурке?

– Десять человек, и еще есть один пост на втором этаже, около комнат видеосъемки и комнаты группового секса.

– Что это такое? – спросил Малыш.

– Там наши ребята трахают малолеток, а клиенты через специальное окно смотрят и возбуждаются.

– Ты тоже трахал девочек? – спросил Малыш.

– Нет, что вы, мне не давали. Этим специальные люди занимаются: у кого хрен больше и волос на теле гуще.

– Сейчас клиенты есть в доме?

– Четыре человека приехали на большом катере издалека. Утром катер за ними придет.

Внезапно пленник вскочил на ноги, пытаясь бежать.

Нож Малыша по самую рукоятку вошел в живот пленника, и тот мешком свалился на песок.

Клим включил рацию и сказал одно слово: «Двадцать семь!»

– Вас понял, – быстро ответил незнакомый голос.

– Работаем ножами. «АПС» только в крайнем случае, – напомнил Клим, готовясь к броску.

Закинув автоматы за спину, они тенями ринулись к дому.

Дверь в холл отворилась без звука. На первом этаже в кожаном кресле сидел охранник и, положив ноги на стул, смотрел телевизор. На большом цветном экране бравые полицейские гонялись за убегающим преступником, паля во все стороны из пистолетов, нимало не смущаясь количеством патронов, которых у них должно быть не менее сотни в каждом магазине.

Охранник даже не посмотрел в сторону вошедших, так он был увлечен происходящим на экране. На уши у него были надеты большие наушники.

Удар ручкой ножа по голове заставил его склонить голову на грудь. Подняв старый добрый «АК», прислоненный к креслу, Малыш передернул затвор, приготовив автомат к стрельбе.

Из приоткрытой двери дежурки доносился дружный мужской храп.

– Работаем ножами! Если сбой, тогда их из автомата! – предложил Малыш, и Клим кивнул, соглашаясь.

За минуту все было кончено. На кроватях лежало десять трупов молодых здоровых мужчин.

Осторожно поднимаясь по лестнице, Клим услышал негромкий мужской голос:

– Сейчас отправим вторую партию товара, и все обязательства я выполнил!

– За первую партию деньги я тебе перечислил, а за вторую, как только погрузим на катер, переведу в банк.

– Надо было идти с первой партией. Сейчас бы сидел на сейнере и трахал девочек, – лениво сказал Иса, которому, видно, уже надоела пустая болтовня со следователем прокуратуры.

– Я боюсь, Иса! Этот дьявол как котят расшвырял ребят из ФСБ, а потом сдал их контрразведке! Теперь еще в аэропорту всех моих людей повязали! Я один остался! Прими заказ на этого Кима! Сколько денег скажешь, столько и отдам! Там еще один из военной прокуратуры, капитан первого ранга, на него тоже сделай заказ! – зашипел Умриев.

Клим опустил на глаза очки ночного видения и увидел, как Иса вытирает нож о рубашку следователя.

– Собака! Ты слишком много знал! – прошипел он, плюя в лицо следователя.

– Вот этого не надо делать! Убийство следователя прокуратуры на глазах двух свидетелей грозит пожизненным заключением! – негромко сказал Клим, выходя в коридор.

Иса метнулся в сторону, но сразу был сбит могучим кулаком Малыша.

Подобрав нож, выпавший из руки Исы, Клим завернул его в обрывок бумаги и спрятал в сумку на поясе.

– Это будет уликой против тебя. Сначала ты честно и быстро ответишь на мои вопросы, а потом уже поговорим о твоем будущем, которое пока видится мне в довольно мрачном свете, – негромко произнес Клим, за шиворот поднимая лежавшего Ису и бросая его в медвежьи объятия Малыша.

Тот, схватив пленника, локтем передавил ему горло, исключая дальнейшие попытки к сопротивлению.

– Вот фотография девушки, которую вы похитили из Москвы. Где она и что с ней стало? – спросил Клим, осветив фотографию девушки ручным фонариком.

– Не знаю я такой девушка, – зашипел Иса, ужом извиваясь в объятиях Малыша.

– За каждый неправильный ответ мы будем отрезать тебе одну часть тела. К сожалению, после такого допроса человек принимает нетоварный вид и его приходится убивать. Мы с моим товарищем прошли Афганистан и кое-чему там научились у тамошних моджахедов. Они стойкие ребята и не боятся боли, но языки развязывают, ежели умело к ним подойти. Можно по-афгански, а можно старым казачьим способом: нарезаем ремни из спины и солью присыпаем. Я повторяю свой вопрос. Иса, не тяни время. Твоих охранников больше нет.

– Этого не может быть, – прошептал Иса и сделал попытку потерять сознание.

– Раз ты не хочешь говорить, надо освежить тебе память. Отрежь ему половину уха! – лениво приказал Клим.

Малыш махнул рукой, в которой был зажат нож, и сразу же зажал рот Исе.

– Повторяю третий раз вопрос: «Где девушка?» Не ответишь – отрежем одно яйцо, потом второе. Заставим съесть одно ухо, потом второе, нарежем из жопы ремней и повяжем на горле. До утра много времени, и ты все расскажешь. Будешь умолять убить тебя и не трогать твою семью. Попросим Эдика: он пробьет адреса всех твоих родственников, а мы разошлем их родичам похищенных девушек. Я думаю, всех твоих родственников вырежут до седьмого колена даже у тебя на родине.