Диана и Олеся зашлись в хохоте, продемонстрировав идеально ровные отбеленные зубы.
– Да ты что! – Диана даже помахала руками у лица, будто боясь расплакаться от смеха. – Ты её, надеюсь, не пила?
– А что? – У Василисы внутри что-то дёрнулось.
– Ты пила эту воду? – Олеся недоумённо захлопала ресницами.
– Ты же взрослый человек! Там кладбище рядом! Как эту воду пить-то можно?
– Смотри, как бы не отравиться, – добавила Олеся, ткнув в Василису длинным ногтем.
– Ну всё, нам пора. Пока-пока! – Диана помахала рукой и упорхнула за остановочный павильон. Олеся скрылась следом.
Оставшись одна, Василиса положила руку на живот. Под солнечным сплетением как будто что-то застряло и мешало нормально дышать. От предостережения девочек по спине мурашки побежали. Действительно, как Василиса сама не догадалась, что пить воду из родника у кладбища, мягко говоря, не безопасно.
Кляня себя за тупость, Василиса побрела домой. В отвратительном настроении она громко хлопнула входной дверью, но никто не отозвался. Родители отсутствовали, так что Василиса быстренько приняла душ и завалилась спать, даже не высушив волосы. Разбудил её мамин голос из темноты.
– Ты почему к бабушке так и не зашла? – спросила мама, сидевшая в ногах у Василисы.
– Я… так получилось. – Препираться совсем не хотелось, глаза слипались.
– А к Даше заходила?
– Ой, ну что за допрос посреди ночи? Да, заходила. Что дальше?
– И как она себя чувствовала?
– Как-как? Нормально она себя чувствовала. – Василиса натянула на голову одеяло и отвернулась к стенке. Но внезапно проснулась, сознание стало чистым и свежим. – А ты почему спрашиваешь?
– Понимаешь, Даша, она… как тебе сказать…
– Говори как есть. – Василиса даже села на кровати.
– Даши больше нет.
– Как?! – Василиса не могла поверить, что девочка, с которой она только днём разговаривала…
Мама тут же ответила на незаданный вопрос:
– Скрытая инфекция. Заражение – дело серьёзное.
– Но ведь она нормально себя чувствовала.
– Такое, к сожалению, бывает. Увы, не так уж редко. Особенно здесь. Почему-то. – Последние слова мама произнесла почти беззвучно.
– Что значит «особенно здесь»?
– А, это я так, к слову. В том смысле, что в Совхозе больницы нет, только так, поликлиника, да и то не со всеми врачами. Ну всё, спи. – Мама погладила Василису по колену, закрыла фрамугу и вышла из спальни.
Василиса откинулась на подушку. Как же так? Ведь они с Дашей только что разговаривали, и вот – её нет. Конечно, этот разговор был вообще единственным за всё время, пока они учились вместе, но понимание того, что Даша больше не войдёт в класс, благоухающая резким сладким ароматом и одетая как в ночной клуб, не умещалось в голове. Хоть они почти и не общались, но всё равно, теперь как будто чего-то не хватало.
От размышлений отвлекло громкое урчание в животе. Резкая тянущая боль заставила свернуться в калач. Жидкая слюна с металлическим привкусом почти не сглатывалась, грозя вытечь наружу.
Василиса скатилась с кровати и побежала в туалет. Просидев там в общей сложности часа два (время от времени вставая и даже доходя до спальни, но потом снова бегом возвращаясь), она кое-как вернулась к себе и легла в постель. Окно открывать не стала, потому что было зябко. Укутавшись в одеяло, всё никак не могла согреться – озноб колотил так, что челюсти сводило. Ледяные ладони и стопы немного потеплели только ближе к утру, когда за окном забрезжил тусклый осенний рассвет.
– Ты вставать собираешься? – спросила мама, заглянув в комнату.
– Что-то мне нехорошо, – просипела Василиса из-под одеяла.
– А что такое? – Мама-врач мигом провела полное экспресс-обследование. Но кроме воды из сомнительного источника никакой странной пищи Василиса не употребляла. – Вряд ли это от воды, – с сомнением произнесла мама. – Её уже сколько раз на разные анализы отправляли, и всё в порядке.
– Может, это из-за общего ковша?
– Может. Ладно, сегодня оставайся дома.
Мама дала Василисе пару таблеток, после которых удалось заснуть.
Проснулась Василиса уже после полудня. Вроде стало полегче – руки-ноги больше не сводило, забеги в туалет тоже прекратились. Полежав несколько минут в отчаянной борьбе с мрачными мыслями, Василиса всё-таки встала. Идти в школу смысла не было, а вот в музее появиться нужно. Наскоро одевшись и решив ничего не есть (на всякий случай, хотя аппетита всё равно не было), Василиса уже собралась бежать, как вдруг остановилась. Подошла к зеркалу. На тумбочке осталась лежать её деревянная расчёска. Вся в волосах. Видимо, отравление вызвало выпадение волос. Только этого не хватало.
В музее, сидя в пустынной библиотеке, Василиса снова вспомнила о Даше, хотя весь день запрещала себе о ней думать. Интересно, остальные уже знают? Наверняка. Может, позвонить Диане под предлогом узнать домашнее задание?
Диана быстро ответила и охотно продиктовала номера упражнений и параграфов. И звучала она вполне себе жизнерадостно. Даже странно, учитывая обстоятельства.
– Послушай, а это никак не может быть связано… ну… – Василиса ставила книги на полки стеллажа.
– С чем? – живо спросила Диана.
–
