– Здесь задержимся на пару дней. Надо пополнить запасы продовольствия.
– Что? – очнулась Эмили через пару секунд, но Даррен уже спустился к лодкам, отдавая указания.
Вскоре весь багаж был благополучно выгружен на берег. Недоумевающая Эмили наблюдала за слаженными действиями команды, в очередной раз ощущая себя лишней. Каждый точно знает, что ему делать, и лишь она одна путается у всех под ногами и не понимает, что происходит.
Распределив багаж, они двинулись к горе. Эмили была донельзя удивлена. Раньше их путь всегда пролегал вдоль реки, а не поперек. Отчаявшись, Эмили решила расспросить обо всем Джоша.
– Разве Даррен ничего не сказал вам? – удивился юноша. – В позапрошлый раз мы обнаружили, что за этой горой живет племя индейцев-пигмеев. Даррен пока не стал официально заявлять о своем открытии, но с этими индейцами у него, если можно так сказать, завязались настоящие дипломатические отношения…
Джош хихикнул.
– То есть? – с легким раздражением спросила Эмили.
– То есть они почему-то считают его живым воплощением какого-то из своих божков и очень трепетно к нему относятся, – пояснил Джош. – В прошлый раз мы тоже останавливались у них перед тем, как двинуться дальше, и они устроили нам райскую жизнь… Ужасно не хотелось уходить… Вы не представляете, Эмили, какая у них деревня!
– Ну почему же? – колко возразила Эмили, которую задел мечтательный тон Джоша. – Хижины из лиан, анаконды вместо домашних животных и все те же непроходимые джунгли.
– А вот и нет! – воскликнул он торжествующе. – В Амазонии полно чудес, Эмили. Вам еще предстоит в этом убедиться…
Он так проникновенно посмотрел на Эмили, что та смутилась. О каких еще чудесах говорит этот мальчишка? Еще не хватало, чтобы он стал рассчитывать на что-либо с ее стороны… Эмили холодно кивнула Джошу, как бы благодаря его за информацию, и поспешила за Дарреном. Живой бог, надо же…
Джош не обманул. Когда они обогнули горушку (только на первый взгляд казавшуюся маленькой и незначительной), изумленным глазам Эмили открылась потрясающая картина. Перед ними расстилалась небольшая, покрытая зеленой травой долина, в которой расположилось индейское селение. Эта местность настолько отличалась от открытых участков, густо усыпанных опавшей листвой, которые они встречали до сих пор, что Эмили опешила. Ясное лазурное небо, сочная, не режущая глаз зелень лесов в отдалении, живописные хижины индейцев, безыскусно украшенные цветами, – все это больше напоминало картинку из книги о вымышленных путешествиях, чем реальный пейзаж. Мирное селение приятно радовало глаз после непроходимых чащоб, кишащих всякой нечистью.
– Здесь живет племя бураку, – с заметной гордостью произнес Даррен. – Цивилизованный мир ничего не знает об их существовании, да и они почти ничего не знают о нас. Однако они могли бы многому нас научить…
Чему именно могли бы научить эти индейцы, Эмили так и не узнала. Плетеные ворота изгороди, окружавшей селение, распахнулись, и из них высыпала ватага маленьких полунагих человечков. Их коричневая кожа лоснилась на ярком солнце. Эмили невольно спряталась за спину Даррена, хотя они стояли на приличном расстоянии от ворот.
– Не бойтесь, – засмеялся Даррен. – Бураку – самые мирные люди из всех, кого мне довелось встретить в жизни. К тому же меня здесь хорошо знают.
В этом Эмили могла лично убедиться. Индейцы медленно приближались к ним, и вскоре стало ясно, что это самая настоящая делегация для встречи важных гостей. Первым шел человечек постарше в пышной юбке из соломы и ожерелье из разноцветных камушков. В руках он сжимал длинный посох.
За ним следовала «свита», состоящая исключительно из мужчин. Их возраст было почти невозможно определить, разве что седые пряди у некоторых подсказывали, что их обладателям уже перевалило за сорок. Все без исключения были невелики ростом. Невысокая Эмили была почти на голову выше их, а Даррен Уолш, должно быть, казался им настоящим великаном!
Туземцы подошли ближе, и Эмили наконец обратила внимание на выражение их лиц. Благоговейное восхищение – вот что было написано на коричневых физиономиях. Узкие монголоидные глаза были с обожанием устремлены на Даррена, и Эмили не без самоиронии отметила про себя, что у нее он, пожалуй, вызывает похожие чувства.
Даррен заговорил на непонятном языке, и на лицах индейцев появились улыбки. У бураку оказались необычайно белые зубы, которые странно сверкали на темных лицах. Предводитель с посохом неторопливо отвечал Даррену.
– Откуда он знает их язык? – шепотом спросила Эмили у Шейлы, которая стояла с другой стороны от Даррена.
– Успел выучить в прошлый раз, – неохотно ответила Шейла. – К тому же их наречие чем-то напоминает язык одного племени, обитающего в перуанской сельве, который Даррен знает в совершенстве.
Эмили молча кивнула. Интересно, есть ли что-нибудь, что Даррен Уолш не умеет?
Диалог между вождем бураку и Дарреном продолжался. Вдруг Эмили вздрогнула. Старый индеец явно говорил про нее. Он смотрел прямо ей в глаза и что-то лопотал на своем наречии, время от времени растягивая губы в широкой улыбке. Даррен засмеялся, ответил ему и сказал уже по-английски:
– Бураку будут рады видеть нас в своем селении. Вождь лично приглашает нас на праздник, посвященный священному растению тапиора.
Все двинулись в путь. Раздираемая любопытством, Эмили не отставала от Даррена.
– О чем вы говорили с вождем? – спросила она, когда туземцы отошли от них на достаточное расстояние.
– Так, всякие пустяки, – рассеянно ответил Даррен. – Обычный обмен вежливыми фразами.
– А что он сказал про меня? – не успокаивалась Эмили.
Даррен посмотрел на нее искоса и лукаво улыбнулся.
– Вы действительно хотите это знать?
Сердце Эмили тревожно забилось.
– Да, – кивнула она, изо всех сил притворяясь равнодушной. – Интересно…
– Видите ли, у бураку своеобразные отношения между мужчинами и женщинами, – начал Даррен. – Не скажу, чтобы женщины были совершенно лишены всяких прав… Но все же традиционно считается, что женщина – собственность мужчины…
– И что? – поторопила его Эмили, уже чувствуя, что после такого начала ничего хорошего для нее не выйдет.
– Соответственно, они полагают, что между… э-э… белыми людьми существуют такие же… э-э… отношения…
– Так что же сказал вождь? – настаивала Эмили.
– Он похвалил мой вкус, – вздохнул Даррен. – Думаю, он впервые в жизни видел светловолосую женщину и нашел вас неотразимой.
Эмили вспыхнула как пион. Дикарь дикарем, а сразу понял, что к чему…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
