Он еще долго держал ее в объятиях. Такого с ним тоже не случалось прежде. Вдруг он понял, что натворил. Теперь-то он знал, что ему следовало сделать, но… но было слишком поздно.
— Теперь поспи, — нежно прошептал он, гладя длинные шелковистые волосы Ханны. — Перед рассветом я разбужу тебя и отведу домой.
Но еще задолго до рассвета, едва убедившись, что дыхание ее стало ровным и глубоким, он тихо соскользнул с кровати, не зажигая лампу, оделся и взял вещи. Записку, которую так старательно писал накануне ночью, он оставил на столе. Здесь она непременно найдет этот листок вместе с его прощальным подарком. Жаль только, что нельзя поцеловать ее еще раз. Он тихонько выбрался из хижины и вышел в ночь.
Как только дверь закрылась за ним, Ханна подняла веки. Она понимала, что после всех тех чудесных вещей, которые они проделывали сегодня, ей ни за что не уснуть. Куда там, ведь впору было летать под облаками! Но он хотел, чтобы она спала. И потом, было так невыразимо приятно лежать у него под боком, ощущать это горячее тело, наслаждаться близостью… Зато потом было так больно видеть сквозь полуопущенные ресницы, как он крадется в ночи, словно вор.
Склоненное дерево стояло на границе песка и земли. Прилив почти наполовину обнажил его корни, но оно упрямо продолжало расти, как все, что решается жить на морском берегу. Луна сегодня была почти полная. Она щедро лила прозрачный свет на землю. Жидкое серебро морской воды очерчивало черный силуэт пиратского судна. Было довольно светло, однако не совсем как днем, так что люди, ступившие на берег с причалившей шлюпки, могли видеть все вокруг достаточно ясно, но не слишком далеко и четко — примерно как под водой.
Их коренастый предводитель тяжело спрыгнул на песок и зашагал к дереву. Остановившись под ним, он указал на землю. У подошедших были с собой лопаты, но они замялись. Один из них, коротенький и толстый, фыркнул и захихикал:
— Может, не будем тревожить дорогого Танцора, а? Хотя, почему бы нет? Я уверен, он обрадуется. Наверное, ждет нас не дождется, чтобы поострить. Должно быть, даже улыбается. Через месячишко-другой он будет улыбаться шире, но сегодня мы уже сможем полюбоваться его зубами, не сомневаюсь. Ну что ж, поглядим, как здешний климат подействовал на цвет его лица? — спросил он и старательно заработал лопатой.
— Копайте, — угрюмо сказал капитан. — Оставьте в покое тело, только достаньте сундук. Он понадобился мне раньше, чем я думал. Берите-ка пример с Джуэла, черт бы его подрал. Копайте.
Остальные пираты взялись за инструмент и присоединились к своему товарищу, но, работая, они хранили молчание, как и море в ту ночь. Они копали несколько минут, но потом, один за другим, остановились. Лишь Джуэл продолжал работать со все нарастающим рвением.
— Тут ничего нет, кэп, — в страхе произнес наконец один из матросов, — ни клочка…
— Точно, нету. Однако лунный свет обманчив, — рискнул вмешаться другой. — Может, вы ошиблись, капитан?
— Я же помню это дерево! Это может быть только здесь, — проворчал предводитель, но все же вернулся к берегу и еще раз промерил пляж. Отсчитав нужное количество шагов, он остановился ровно на том же месте, что и в прошлый раз. Только теперь перед ним была яма, на дне которой стоял Джуэл.
— Вылезай! — заорал на него капитан. — Здесь нет ничего! Кто-то уже успел побывать тут. Это мог быть любой из вас. Я же помню. Не больше двух недель назад мы причаливали в тридцати милях отсюда, и кое-кто просил отпуск на пару дней, чтобы попьянствовать на берегу, прежде чем мы снова поднимем якорь. Интересно, что вы тут успели поднять сами? Если кому-нибудь что-нибудь известно, с его стороны будет разумно сейчас же признаться.
— Капитан, — взмолился один из членов команды, с суеверным ужасом пяля на него круглые глаза, — разве мы могли?.. Наверное, это кто-нибудь из местных. Ведь тут люди живут. Какой-нибудь рыбак, наверное, сейчас радуется богатой находке.
— Да! — живо поддержал его другой пират. — Давайте порасспросим в селении. Чуть поднажать, языки и развяжутся, так что мы очень скоро добудем ваш сундук обратно. У нас есть Цыпленок. Он годится для этого: ни шрамов, ни наколок, да и говорит красиво. При этом у него железные кулаки. Давайте пошлем его, а?
— А может, еще и Джуэла? — предложил кто-то. — Он у нас такой ловкий с кинжалом.
— Да, да, — закивали головами пираты.
— Но сундук где-то здесь! — запротестовал Джуэл. — Он должен быть здесь! Я же сам закапывал, помню. Может, приливом сдвинуло? Море ведь иногда перемещает песок. Я буду копать немного левее, потом правее. Я найду его…
— Даже если на это уйдет целая вечность, не так ли, Джуэл? — раздался из тени ленивый насмешливый голос. — А если он найдет тебя первым, убийца?
Все так и замерли на месте. Даже Джуэл. Стройная высокая тень выступила из тени.
— Значит, ищешь меня, дружок? Или прикидываешься, что ищешь? Ведь кто бы ни взял сундук, должен был сначала подвинуть его сторожа. Едва ли кто-то из местных мог предположить, что под трупом есть что-то еще. Но зачем же так волноваться? Вот он я, перед тобой, только что с адской жаровни!
Джуэл опешил, но в следующий миг, опершись о край ямы, подтянулся и выбрался.
— Не думаю, что ты и вправду оттуда, Танцор, — прищурился он на темный силуэт и, пригнувшись, взял кинжал в руку, — но буду счастлив снова отправить тебя в преисподнюю.
Однако в руках у зловещей тени тоже был нож, а когда она шагнула из тьмы в лунный свет, все увидели блеск белозубой улыбки… и лицо Танцора. Кто-то из пиратов перекрестился, другие побелели, чуть не сливаясь с лунным сиянием, и все отшатнулись. Все, кроме Джуэла. И капитана.
— А мы решили, что ты убит, парень, — с облегчением промолвил капитан. — Ну, я рад. У тебя есть мозги, а также сила и отвага. Из тебя бы вышел толк, причем как на берегу, так и в море. Я знаю многих негоциантов и пиратов, но мало среди них таких, кто мог бы стать и тем и другим. Мне тебя очень не хватало. Но и моего сокровища мне тоже не хватает. Мне придется отправиться в Лондон раньше, чем я думал. Ну, идем же, покажи, где сундук.
— Меня зарыли вместе с ним в качестве стража, капитан. Но мне очень жаль — я покинул свой пост. Впрочем, если и жаль, то не очень. — Темная фигура снова улыбнулась, еще ослепительнее, чем прежде. — Ведь я каким-то чудом спасся. Очнулся в постели одного местного жителя, а перед этим целую неделю лежал без памяти, так что даже сегодня не уверен, что смог бы помочь вам. Кинжал Джуэла остер, но, как и сам он, неряшлив. В ту ночь он тоже промахнулся, как и сегодня, хотя, по правде говоря, совсем чуть-чуть. Несколько недель я валялся у самых ворот смерти, не зная, откроются они для меня или нет. И совершенно не представляю, где ваши сокровища.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
