Воздух хлынул в легкие, заставляя дышать зверя и человека. У нас получилось! Я ликовала, уткнувшись лицом в спину парня.
А потом он меня выгнал из комнаты. Бррр, никому не пожелаю испытать те чувства, что владели мной. Как будто грязью при всех облили, хорошо еще одни были.
А потом он вообще перестал меня замечать, как будто и не я помогла ему открыть магию земли. Неужели я совсем не интересная? Или некрасивая? Или и то, и другое вместе?
Подошла к зеркалу внимательно разглядывая большие синие глаза, пушистые ресницы, чуть курносый носик и маленькие губки. Наверное, я обычная. Такая же как все, единственное, что отличает, что я — будущая королева. Хотя, он вообще на девушек не смотрит, а те шепчутся за его спиной, глазки строят, уж я-то вижу.
— Наш оборотень — лентяй! — Мама зашла сегодня ко мне, чуть хлопнув дверью. Это была высшая степень ее раздражения, больше негативные эмоции никак не проявились на идеальном лице.
— Что? — удивилась я, и отошла от окна, где полюбила стоять, в надежде хоть издалека увидеть Стаса.
— Я говорю наш оборотень — лентяй! Бракованного нам подсунули! Вместо того, чтобы развивать магию, спит на уроках! По ночам носится по городу, пугая мирных жителей своим звериным обличием. Взяла бы ты над ним шефство. Алекс категорически отказывается, а мне даже нечего сказать про Стаса хорошего, когда звонит повелитель Церер.
— Повелитель Церер звонил? И что? Как там Стаська? — все мысли об оборотне вылетели из головы.
— Стася адаптируется. Ведет себя хорошо. В ней пробудили волчицу.
Тут я ахнула, все-таки права была Стася, говоря, что есть в ней второе я. Интересно разочаровалась она, что не пантера.
— Впрочем, как пробудили, так и усыпили. — продолжила мама. — Нестабильная наша Стася, увлекается зверем так, что себя забывает. Решили дать ей возможность постепенно привыкать, может что и получиться. Она хотя бы не лентяйничает, а работает над собой. А этот…Что делать-то с ним будем, дочка? — мама тяжело опустилась на стул.
А я тут же взяла себя в руки. Вот так всегда: могла поныть, когда ничего такого страшного не происходило, но только реальная проблемам вырисовывалась на горизонте, мой ум становился прозрачным, чистым и ясным, рассматривая варианты решения.
Единственный вариант сейчас казался мне наиболее верным. Ведь всю жизнь была отличницей, всю жизнь тащила на себе шефство над двоечниками. И здесь справлюсь! Не впервой! Лентяи, тунеядцы — это мой конек, заставлю его учиться.
— Мама, ну что ты расстраиваешься из-за пустяков! Я все сделаю, поговорю с магистрами, попинаю Стаса, будет он учиться, никуда не денется.
Так и начались мои походы за этим упертым волком.
— Стас, ты повторил заклинания? Стас, ты формулы выучил? Стас, что сегодня задали? А ну расскажи мне параграф…
На ужине как-то ненароком спросила:
— Стас, а что это за заклинания? — и тут же процитировала отрывок.
Алекс еду выплюнул от смеха, такое лицо было у оборотня. Ну а что мне делать? Учить его как-то надо!
В тот день, решила побывать у Стаса на уроке, чтобы лично убедиться, что он ничего не делает. И что? Застала парня загорающем на травке, в то время как весь первый курс пыхтел, пытаясь слиться с магией земли.
— Чем ты занимаешься? — возмущению моему не было предела.
Я месяц убивала на него свои силы, конспекты свои подсовывала, книги вслух зачитывала. Горничным велела будить до тех пор, пока не встанет, посещаемость контролировала и где результат? Вот валяется на земле, травинку мечтательно жует!
Его оценивающий взгляд смутил меня. Он смотрел так, как будто раздел, а теперь думал с какого бока получше укусить.
— Лика, вид снизу прекрасен!
О, Боги, лучше бы я оглохла, ослепла, но уже теплой волной бежали мурашки от его голоса, прощая все. Собралась, ущипнула себя за руку, чтобы разум не растекался жидкой лужицей перед этим мурчащим тембром. Он вообще-то волк, а не кот, а тут глаза прищурены, рот улыбается.
— Стас, — вложила в голос металла, сколько смогла.
Он и правда засмущался, может стыдно, наконец, стало. Кто ж знал, что эта та еще бессовестная скотина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Помоги, а? — протянул руку, даже не сделав попытки подняться самому.
А я — доверчивая дура, руку протянула, и о чем только думала. Хотя…если честно…повторись эта ситуация еще раз снова бы протянула. Зажмурилась, вспоминая тот момент. Рывок, и я на парне, глаза сами собой распахнулись от удивления. Не думала, что при всех на такое пойдет! Я же принцесса! Со мной так нельзя! Тем более иностранцу! А он уже перекатился, нависнув надо мной, заглядывая серыми глазами прямо в душу, читая меня как открытую книгу.
— Лика, — мое имя прозвучало, как самое сексуальное в мире.
«Поцелуй меня», — мелькнула просьба-мысль в голове, и ничто меня не смутило, и все равно мне было, что на нас смотрит чуть не вся академия. Я ведь никогда в жизни, ни с кем до этого не целовалась, а тут губы зудели так, что казалось не выдержу и сама его поцелую. Меня в тот момент даже не смущало отсутствие опыта.
И снова как холодный душ. Вот что он творит со мной? Зачем? Ненавижу! Ненавижу его! Свою слабость! Свое неумение противостоять натиску! Может будь я чуть опытнее в любовных делах, чуть увереннее в своей неотразимости…Но пока счет не в мою пользу…
Я снова закрыла глаза, вспоминая сегодняшний день.
Мария прибежала ко мне вся в слезах. Мой брат был ее болезнью, ее болью, ее страданием.
— Там твой брат с оборотнем из-за тебя драться собрался! Они же убьют друг друга! Иди же сделай что-нибудь!
И пока я мчалась по коридорам, которые в тот момент казались мне бесконечными, эти два петуха умудрились подраться. Я застала момент, когда оборотень решил добить моего брата, делая какие-то странные пасы руками над его искалеченным телом. Я была готова убить! Огонь во мне сжег весь остаток разума!
Ну да, я набросилась на него со спины, чтобы отвлечь, чтобы дать брату шанс. Я не в себе была, честно. А волк этот…короче он схватил меня и поцеловал. Это был мой первый в жизни поцелуй! Ничего прекраснее я не испытывала никогда! Права была Стася, говоря, что первый поцелуй на всю жизнь запоминается!
И вот теперь лежу в кровати битый час, и заснуть не могу, все вспоминая и вспоминая. Улыбка до самых ушей. Он потом поставил меня на ноги, заправил выбившийся локон из прически, улыбнулся, западая прямо в душу.
— Лика, — и снова мое имя в его устах звучало как нечто порочное, — ты- прекрасна!
И только тогда услышала рычание своего брата, увидела его недовольное лицо. И тут же Стас прижал меня к себе, утыкая головой прямо в обнаженную грудь.
— Не надо обижать мою малышку, Алекс, я — выиграл, не ты!
Последнюю фразу поняла плохо, а вот на словах «моя малышка» — все в душе расцвело. Я его малышка! Да! Именно так! Я его!
Глава 10
Стася. Церер.
Проснулась от поцелуя в нос. Обхватила сильную шею, требуя продолжения. А что, Серый целовался за-ме-ча-тель-но! Увлекался, отдавая себя всего, мне нравилось. Целовались мы долго, пока мать Серого не стукнула в дверь, напоминая, что мне пора в школу, а Серому в академию.
— Медвежонок, — проныла я, — что я буду делать среди малолеток?
— Учиться дружить со своим зверем!
— А если я не хочу дружить, — потянулась, с удовольствием поймала жадный взгляд тигра, лениво одернула задравшуюся футболку Стаса, втянула воздух родной, успокаивающий, потерлась о футболку щекой, заметив недовольный взгляд Серого.
— Что не отпускает никак?
Я только головой помотала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ладно вставай. — улыбнулся тигр. — Учиться придется, малыш. Такую зверюгу, — он кивнул на мое плечо, где сейчас гордо восседала зверюга, — никто не позволит убить, это теперь народное достояние.
— Что? Я теперь народное достояние? — оба прыснули со смеху, представляя меня в сокровищнице.
— Стася, ты только не показывай пока рисунок никому, не надо, чтобы знали. Отучишься в школе, и я приду. Пойдем в спортзал, буду учить тебя защищаться от волков.
