чтобы получить верного слугу, который ему нужен.
Но сейчас мне было плевать, как профессор попытается меня использовать. До поры до времени мне действительно нужен покровитель, пусть даже с незаконными делишками. Облапошить меня он всё равно не сможет — я повидал слишком много подобных интриг.
Сейчас же меня интересовало кое-что другое.
Зацепила одна фраза, которую произнёс профессор ещё в гостинице. Он сказал: «Не они открыли червоточины, а их родители!».
Что за червоточины?
Я про них вообще никогда не слышал. Такой магии не существовало ни на одном из Путей, даже запретных — я бы точно такое знал.
Пришлось снова обратиться к памяти Алексея Бринера.
Но та никак не хотела выдавать мне информацию. Воспоминания, с этим связаные, оставались за пеленой и ускользали от меня всё дальше.
Я глянул на профессора и решил прощупать почву:
— То, что вы сказали насчёт червоточин, профессор… спасибо, что проявили понимание.
В его взгляде появилось сочувствие.
— Вы ведь, и правда, не виноваты в ошибках своих родителей. Они полезли невесть куда. Видите ли, чистый эфир миру решили вернуть, ошибку Коэд-Дина исправить, честь Бринеров возродить. Ну вот и нарешали так, что теперь вся наша половина мира в опасности и никто не знает, что с этим делать. Столько народу погибло…
Он положил ладонь себе на грудь.
— Прости, Алексей. Понимаю, как тебе неприятно слушать о червоточинах, да и я не хочу продолжать эту тему.
— Никто не хочет, — буркнула Эсфирь: она, как и сам Алекс, отгородилась от неприятных воспоминаний глухой стеной.
Я не стал больше давить, но решил выяснить подробнее, что за червоточины. Чуть позже.
Пока же у меня оставалась более серьёзная проблема. Гигантская, я бы сказал.
— Радонит, профессор… — начал я.
— А вот с радонитом у тебя беда, — мрачно произнёс он. — Не знаю почему, но ты не можешь повышать силы с помощью радонита. Впервые вижу такого мага. Химический эфир твоё тело не принимает. Безнадёжно. Даже не знаю, чем тебе помочь. Если бы мы жили лет сто назад, то ты бы просто взял чистый эфир, но… — он развёл руками, — увы. Какая ирония, верно? Твой предок Коэд-Дин, кольцо которого ты носишь, очень тебе удружил, когда уничтожил чистый эфир на всей планете ради поднятия ранга, но в итоге так его и не получил. Эгоистичный вредитель! Он изменил всю планету! Земля больше никогда не станет прежней!
У меня сам собой сжался кулак.
Вот же старый засранец.
Если бы он знал, что напротив него сидит тот самый Коэд-Дин, то вряд ли бы даже рот посмел открыть. У меня же вообще имелось много вопросов к тому, что случилось сто лет назад. Но сейчас мне нужен был эфир, так что вместо того, чтобы злиться на ворчание старика, я спросил:
— И что, у меня совсем нет вариантов, профессор?
Тот вздохнул, пошарил по карману в поиске мятного драже и быстро сунул одно из них в рот.
— Да какие варианты, юноша? У тебя пока только один вариант — дождаться, пока Печать Блокады сойдёт, и попробовать ещё раз с радонитом. А если ты надеешься, что чистый эфир где-то ещё остался, то это безнадёжно. Говорят, есть артефакты, напитанные чистым эфиром ещё в то прекрасное время, но они давно выпотрошены или хранятся в частных коллекциях. Так что этот вариант рассматривать не имеет смысла. Даже если случится чудо, и ты найдешь такой артефакт столетней давности, то что дальше? Ты опустошишь его, а потом надо будет снова искать чистый эфир. Безнадёжно. Весьма безнадёжно.
Похоже, кроме мятного драже, он любил ещё и слово «безнадёжно».
А вот для меня эта была хоть какая-то зацепка.
К тому же, я сразу подумал о той некромантке с синими волосами. Дал бы сто очков вперёд, что именно о подобном артефакте она и говорила, когда предлагала чистый эфир за услугу.
Наблюдая за моим лицом, профессор с сочувствием заговорил:
— Позже попробуем ещё раз с радонитом. Всё же мне нужен работник с магией, а не без неё. Иначе нам придется расстаться, уж прости. Но я уверен, что с радонитом у тебя лишь временная проблема.
Он действительно надеялся, что это временная проблема, да и я тоже. Но если нет, то надо было срочно искать решение, пока я не начал терять способность к восполнению сил.
Пустой маг — уже не маг. А тот, кто не повышает силу — скатывается вниз и теряет её. Таков закон магии Путей.
И уж если выбирать между потерей силы и малиновым кексом, то кекс уже не выглядит таким бесполезным. Я нахмурился и нехотя стиснул в кармане визитку от девушки-некромантки — Виринеи Ворониной.
Ну что ж, послезавтра так послезавтра…
Эпизод 5
Как только я и Эсфирь заселились в комнату над магазином Троекурова, всё стало тихо и спокойно.
Никто к нам больше не лез, никто не пытался напасть, никто не выкрикивал «Смерть Бринерам!», хотя я всегда был начеку.
Приходилось следить ещё и за Эсфирь.
Не то чтобы я к ней прикипел, но всё же девчонка носила фамилию Бринер, а значит, нуждалась в моей защите. Я стал её негласным хранителем и ловил себя на мысли, что это для меня принципиально.
Что до профессора, то он действительно нанял нас, как и обещал.
Эсфирь пришлось смириться со статусом горничной. Вместе с ещё одной молоденькой работницей, смуглой и симпатичной карлицей по имени Нейзи, она занималась уборкой и подготовкой магазина к открытию через неделю.
Нейзи, кстати, оказалась не карлицей, как я посчитал вначале.
Она принадлежала одной из тех самых рас Земли, о которых я ничего ещё не знал.
Девушка была из расы вейгов.
Это существа прилично ниже обычного роста, крепкие, черноволосые, смуглые и кудрявые, с длинными руками и
