Внезапно в голове Онор прозвучал сигнал тревоги, а с ним вернулось здравомыслие. Она обнаружила, что стоит, тесно прижавшись к Робу, и тут же отпрянула, а затем сделала пару шагов назад.
Грудь Онор тяжело поднималась от неровного дыхания. Роб, судя по всему, был так же взволнован.
Без сомнения, их влечет друг у другу. Как легко было бы сейчас позволить этому желанию снова бросить ее в объятия Роба! До чего же сильно искушение получить плотское удовольствие, которое Онор так давно не испытывала! Лишь в свое сердце она бы Роба не пустила, потому что там всегда будет место лишь для погибших мужа и сына.
Но Онор, собравшись с духом, хрипло произнесла:
– Это был шестой поцелуй.
Глава 8
Впервые за последние четыре года Онор проснулась без привычного ощущения боли в душе. Она не сразу это поняла, а осознав, что именно изменилось, почувствовала острый стыд.
Эта боль, как и шрамы, каждый день напоминала о гибели мужа и сына. Иногда Онор просыпалась беззаботно, но вместе с воспоминаниями возвращались и душевные муки.
А сегодня на сердце так легко и не чувствуется тошноты, с которой Онор уже свыклась. Но разве это не предательство по отношению к Нэйту и Джонатану?
А может, причина этого благословенного облегчения – вчерашние поцелуи с Робом? От этой мысли тошнота снова вернулась, а вместе с ней и привычная боль, которая, как оказалось, никуда не делась и стала лишь сильнее.
Онор стянула волосы в хвост, надела шорты и футболку, стараясь не думать о поцелуях с Робом: о том, как его губы касались ее лица, как его дыхание щекотало ей шею, как его язык ласкал ее рот.
Никогда еще Онор так не целовали. Об этом она думала не в укор Нэйту, а скорее отдавая должное искусству целоваться, которым Роб владел в совершенстве, как и навыками дайвинга и управления катером. Впрочем, Нэйт во многом другом мог дать ему сто очков вперед: в субъядерной физике, в решении головоломок, в стрижке газона.
Нэйт был старше Онор и гораздо серьезнее. Его поцелуи были сердечными и нежными, давали понять, как высоко он ценит Онор, но с ним она никогда не чувствовала себя женщиной. Зато стоит Робу хотя бы улыбнуться ей, как ее уже охватывает желание.
Выбравшись из палатки, Онор потянулась и осторожно осмотрелась по сторонам. Проклятье! Как она собирается продолжать работать, если боится встретиться лицом к лицу с Робом? Еще целых пять дней до прихода лодки с припасами и до момента, когда Роб починит свой катер. Пять долгих дней придется следить за тем, чтобы снова не перейти черту, которую они пересекли вчера.
Хотя Роб нарушил привычный ход вещей на острове, с ним в жизнь Онор ворвались живительная энергия и надежда. Он напоминает фрегата – такой же большой и нахальный, как эта птица, но при этом такой же свободный и бесстрашный.
Хотя, как выяснилось, свои страхи у Роба тоже имеются.
Онор вздохнула. Через несколько дней Далтон будет уже на пути к цивилизованному миру. А после станет рассказывать на вечеринках отличную историю о том, как волей случая застрял с ней на острове в Индийском океане.
От этой мысли стало больно и обидно.
– Доброе утро! – поприветствовал Онор Роб, входя в лагерь со стороны лагуны. На нем был наряд, уже привычный глазу Онор: только шорты и парусиновые туфли. Сможет ли она узнать этого человека, если он будет полностью одетым?
С озорным блеском в глазах, который нравился Онор все больше, Роб заявил:
– А у меня для тебя предложение!
– Еще одно?
Он не стал притворяться, что не понял намека. Кажется, Роб перестал играть в эти игры.
– На этот раз оно более приличное.
Он подошел, взял Онор за руку и подвел к раскладному стулу. У нее в голове мелькнуло: «Значит, мне лучше выслушать это предложение сидя? Ой-ой-ой!»
– Я бы хотел пригласить тебя понырять.
В животе все мгновенно перевернулось, а сердце бешено заколотилось. Онор напряглась, собираясь вскочить со стула, но тут ей на плечо нежно легла ладонь Роба.
– Выслушай меня. Все будет не так, как в прошлый раз, когда я погружался под воду, а ты ждала меня на палубе. Мы обследуем риф вместе.
– Я не умею погружаться под воду, – сказала Онор дрожащим от страха голосом.
Это, конечно, была отговорка, но все же правдивая.
– Это не будет погружением. Мы просто поплаваем под водой с маской и трубкой, поныряем неглубоко, без акваланга. Там, внизу, так красиво! Ты должна это увидеть! – В голубых глазах Роба светились искренность и надежда.
– Нет, ты не можешь просить меня об этом!
– А я не прошу. Я предлагаю. Если ты скажешь «нет», я больше никогда об этом не заговорю. – Он сел перед собеседницей на корточки и нежно взял ее руки в свои ладони. – Я постоянно буду находиться рядом и объяснять, что нужно делать. В любой момент ты сможешь всплыть на поверхность. Позволь мне вернуть тебе океан.
Последняя немного мелодраматичная фраза произвела желаемый эффект. Онор захотелось освободиться от терзающего ее страха. Она так долго боялась находиться на поверхности океана! Из-за этого приходилось жертвовать возможностью узнать, что скрывается под его волнами. Онор знала, что на этом атолле очень богатый подводный мир, который она никогда не увидит, если не согласится на предложение Роба. К тому же он обещал, что будет рядом.
– Только если в пределах рифа, – произнесла Онор неуверенно.
– Хорошо. Как скажешь. Будем нырять там, где тебе удобно.
– А ты будешь со мной все время? – Она знала, что Роб сдержит обещание, если его дал.
– Слово скаута. – Он вскинул вверх два пальца.
– Скауты салютуют тремя пальцами…
– Никогда не был скаутом, – признался Роб.
Онор слабо улыбнулась, размышляя, получится ли у нее. Она много раз плавала в этой лагуне и чувствует себя тут почти как дома. Легко ли будет нырнуть в глубину?
– Там есть черепахи. Так и кишат. Под водой ты сможешь познакомиться с ними поближе.
Это был последний козырь в рукаве Роба, и он уверенно пустил его в ход. Онор понимала, чего он хочет добиться – помочь ей преодолеть страх перед океаном. Внезапно она осознала, что готова к этому и действительно хочет увидеть черепах в их естественной среде обитания, а еще всех остальных подводных жителей атолла.
Онор кивнула, и Роб облегченно улыбнулся.
– Когда? – коротко спросила она.
– Чем ты занята сейчас?
– Э-э-э… Я… собираюсь понырять.
– Умница. Ты об этом не пожалеешь.
Онор не разделяла его уверенности, но позволила Робу поставить себя на ноги. Лицо его сияло от гордости. И Онор было приятно, что причина тому – ее согласие.
«Интересно, – размышлял Роб, бродя все утро по пляжу, пока Онор спала, – представляет ли себе эта женщина, что значит для меня ее согласие? Она только что доверилась мне, и я не подведу ее. Судя по реакции на мои поцелуи и тому, как искренне она сама меня поцеловала, Онор отчаянно желает – пусть подсознательно – освободиться от оков своего горя».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
