Вдруг они готовят ей совместный сюрприз? Хотя день рождения у неё только в сентябре…
— Короче Германов писал мне. — Рита набрала воздуха в грудь, но тот будто застрял, не собираясь выходить обратно. Сердце тоже остановилось, страшась разлететься на осколки. Ещё ничего не сказано, но ожидание — худшая пытка. — Хотел встретиться, затирал какую-то чушь про тайного поклонника. — Сердце с грохотом делает первый удар, переходя на резкие толчки. — Я не знала, что это он, поэтому любопытство победило и я пошла на встречу с незнакомым парнем. Но потом увидела его и испугалась. Спросила его, зачем это, если вы вроде как вместе, но он начал говорить про какие-то угрозы и сообщения. — Рита почувствовала такое облегчение, что с трудом удержала эмоции при себе. — Я ничего не поняла, но после того он больше ничего не писал. — Полина пожала плечами и заглотила пиццу. Было видно, что она считает Рыжего как минимум постоянным клиентом психиатра, но в Ритины дела нос совать не собирается.
Влад начал искать маньячку и начал с проверки её окружения? Плохо, что он засомневался в её лучшей подруге, но приятно то, что он держит слово.
— Забей.
Шумская удивленно приоткрыла рот, из которого на стол упала половинка черри. Рита рассмеялась, на что Полина ответила:
— Ну вот он тоже самое сказал.
Она подобрала помидорку и закинула обратно в рот. Весь её вид так и кричал: вы друг друга стоите.
Больше они не вспоминали о рыжем засранце, хотя Полина бросала на неё взгляды аля «Я подожду, но недолго. И скооооро ты мне всё-всё расскажешь, подруга». Рита была в общем не против, но позже. Когда сама разберётся в том, что с ней твориться.
Утро понедельника и мрачный Германов — убийственное сочетание. Алина с ними больше не ездила и разбавить гнетущую атмосферу интересным разговором не удалось. Пришлось смотреть в окно и делать вид, что ей это очень интересно.
На парковке к машине Влада подошла Вика — девушка, которая занимается вместе с Ритой баскетболом. А ещё она строила Германову глазки, прошептал внутренний голос.
— Привет! Влад, может пересечёмся сегодня после тренировки? — мило защебетала она, вызывая у Риты желание почесать об её большущий нос кулаки. Она никогда не дралась, но может стоит попробовать?
— Ты отсталая или просто тупая? У меня девушка есть, — грубо ответил Влад и взяв Риту за руку, потащил её к универу.
Когда она обернулась, то увидела перекошенное от злости лицо и полный ненависти взгляд. Вдруг это Вика шлёт ей эти ужасные сообщения? Они приходят каждый вечер, перед сном, будто специально. Рите уже снятся кошмары, хотя кроме пустых слов ничего не произошло. Пока.
А Влад опять назвал её своей девушкой. Ей же не послышалось, правда?
— Слушай, остановись. — Она уперлась ногами в пол, вынуждая Германова притормозить. Он недовольно посмотрел на неё, как бы безмолвно спрашивая: ну чего тебе? — Давай окончательно проясним ситуацию. Я — не твоя девушка. Во-первых, предложение, как и моё согласие, не было озвучено. Во-вторых, я бы всё равно не согласилась.
Рыжий усмехнулся. В его глазах заплясали ироничные зелёные искорки.
— Почему же?
Рита замялась, не зная, как правильно сформулировать ответ, чтобы он не звучал:
— Потому что ты придурок. — Ан-нет, именно так он и прозвучал.
— Вот кем ты меня считаешь. Есть ещё что-то, о чём я обязан знать? — ехидно поинтересовался он.
Риту начало потряхивать от ситуации в целом, но особенно от тона, которым он с ней заговорил. Не контролируя свой язык, она выпалила:
— Да! Ты бабник, который не пропускает ни одной свободной юбки или коротеньких шорт! Ты избалованный мажор, живущий на деньги своих богатых родителей! Тебе кажется нормальным преследовать человека и вынуждать встречаться с тобой, но это неправильно! Не всё в этой жизни должно быть так, как желает его Рыжее Величество Германов! — Её понесло, причем очень сильно. Она начала жалеть об этом в ту же секунду, как вывалила всё, но было уже поздно. По выражению лица Германова Рита поняла, что ей конец. Он скрестил руки на груди, явно разозлённый её словесным поносом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не думал, Вишнева, что ты такая. — Последнее выделил с отвращением. — Развешиваешь ярлыки, толком не узнав человека. Может ещё и слухи собираешь? Или сама их плодишь?
— Я не сплетница!
— А я не мажор, берущий деньги у родителей! — Он повысил голос, привлекая внимание других студентов.
Заметив, что они здесь не одни, Германов затянул её в пустую аудиторию. Там усадил на парту и встал рядом.
— Я работаю в фирме у дяди, — продолжил он. — Помогаю составлять финансовую и бухгалтерскую отчётность. Кроме него у меня есть ещё пара организаций на удалёнке. Это вписывается в твою головушку, а, Вишнева? — Он легонько ткнул её пальцем в лоб.
Рита растерянно отвела взгляд и прикусила губу. Ей стало стыдно. Несмотря на то, что были все предпосылки так думать, не стоило делать выводы основываясь лишь на своих поверхностных суждениях.
— Извини, — растерянно прозвучал её голос. — Но ты не можешь отрицать того, что с тобой переспало полунивера, — предприняла она попытку хоть в чём-то оказаться правой.
Германов поморщился, но всё же ответил:
— Не могу. Но сейчас я хочу только тебя.
— Пока не получил своего, верно? — с досадой произнесла Рита. Это было явно не то, что ей хотелось услышать. Хотя он не стал врать, ей было неприятно узнать от него, что все эти грязные слухи на самом деле вовсе не слухи, а самая настоящая правда.
Она продолжала прятать глаза, когда Влад стал настолько близко к ней, что Рита почувствовала его дыхание на своей щеке.
— Глупая девчонка, — прошептал он, целуя её в уголок рта.
Его руки неожиданно переместились с парты к ней на талию, крепко фиксируя и не позволяя сбежать. Одна ладонь уверенно поползла вверх, соскальзывая на спину, а после оказываясь у неё в волосах. Влад потянул за них, вынуждая Риту запрокинуть голову и посмотреть на него.
— Я не глупая, — чуть запоздало ответила, следя за тем, как его зрачок поглощает изумрудную радужку.
- Ещё какая… Я даже не могу понять, почему меня так тянет к тебе.
— Я тоже… — прошептала Рита, но её слова потерялись в их поцелуе.
Сегодня Влад отличался напористостью. Не было нежности, только сплошное желание брать, медленно выпивая её до дна. Будто она — дорогое вино, которое смакуют и от которого невозможно оторваться, ведь оно затрагивает все вкусовые рецепторы. Сначала касается кончика языка, затем плавно перетекает на середину, а после тёплой волной проносится по горлу, оставляя после себя долгое послевкусие. Тоже самое Рита почувствовала, когда Влад, наконец, оставил её губы в покое. Она не могла отдышаться и собрать свои мысли в кучу. Они будто существовали отдельно.
— Почему ты такая упрямая, Вишнева? — спросил Влад, легонько дёрнув её за волосы. Рита отобрала их у него, но не сразу нашлась с ответом, потому что до сих пор не привела своё дыхание в порядок. Недолго думая, она всё же сказала:
— А почему ты такой засранец, Германов?
Он улыбнулся и обнял её, становясь у неё между ног. Она всё ещё сидела на парте и от такой позы ей стало неловко.
— Слушай, отпусти уже меня. Лекция давно началась, а я хочу успеть хотя бы на вторую пару, — смущаясь, произнесла она. Казалось бы, давно пора привыкнуть к нему, но никак не получалось побороть стеснительность.
— Не хочу.
— Как у тебя всё просто! — возмущённо воскликнула, толкая его в плечо. Только вот неизвестно кому это больше принесло вреда. Германов как статуя греческого бога — такой же твёрдый и красивый.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Женщина, знай своё место и не перечь мне, — ущипнув её за бок произнёс этот диктатор.
Рита усмехнулась, поражаясь его безграничной самоуверенности.
— А где моё место?
— Не знаю, ещё не придумал. Хотя постой… Тебе где больше нравится: сверху или снизу?
От его наглости у неё даже рот открылся. А этот рыжий гоблин согнулся пополам и ржёт. Кажется, ещё и плачет от смеха.
