Читаем без скачивания Кровь Троянского коня - Антон Леонтьев

Но как же ей проникнуть к Зинаиде? Ирина снова взглянула на расписание. У профессорши после семинара лекция, а потом ее рабочий день прекращался. Пришлось провести полтора часа в коридоре, строя различные планы. Не взламывать же кабинет, честное слово!

Треухо-Ляпина вышла из аудитории, вокруг нее вились студенты, которые пытались подобострастно поддакнуть Зинаиде Аполлинарьевне. Ирина замерла около кабинета. Нужно использовать момент…

Треухо-Ляпина открыла дверь, повернулась к студентам и гаркнула:

– Все другие проблемы мы решим через неделю на экзамене. А теперь, дамы и господа, всего вам хорошего!

Она стояла на пороге кабинета. Он оказался таким же, как у Иваницкого: первая комната – приемная, в которой никого не было, вторая – непосредственно кабинет профессорши.

– Позвольте, – раздался голос позади Ирины. Мимо нее в приемную к Треухо-Ляпиной прошла пара – мужчина и женщина. Мужчина, увидев на пороге строгую профессоршу, несколько оробел и почтительно сказал: – Уважаемая Зинаида Аполлинарьевна, мы родители Марины Миловановой, не могли бы вы уделить нам несколько минут?

Родители нерадивой, как поняла Ирина, студентки вышли обратно в коридор, за ними последовала профессор Треухо-Ляпина. Они отошли в сторону, мать Марины зашептала что-то, отец весомо поддакивал.

– Небольшой презент… мы понимаем, что наша Милочка лентяйка… Но, Зинаида Аполлинарьевна, войдите в наше положение, если она не сдаст экзамен…

При этом отец Милочки упорно совал в руки профессорше увесистый пакет. Ирина, поддавшись внезапному импульсу, открыла дверь кабинета и прошла вовнутрь. Она заглянула в так называемую резиденцию Треухо-Ляпиной. Что делать дальше? Профессорша сейчас вернется, и…

Так и произошло, Ирина, услышав, как Зинаида Аполлинарьевна в сопровождении родителей студентки заходит в приемную, нырнула под массивный стол. В голове билась единственная мысль – у Зинаиды сейчас лекция, она не будет рассиживаться здесь и не сможет ее обнаружить.

– Да за кого вы меня принимаете! – громыхала Зинаида Аполлинарьевна. – И нечего совать мне ваши подношения! Вы что, думаете, что я продажная шкура? К чему мне ваши жалкие коньяки и конфеты?

Ирина, сгорбившись, сидела под столом. А вдруг Треухо-Ляпина ее обнаружит? Вот будет шуму-то – известная писательница прокралась тайком в кабинет к доктору наук, заведующей кафедрой, спряталась у нее под столом…

– Но, Зинаида Аполлинарьевна, прошу вас, ради нашей дочки…

– Ваша Милочка лентяйка и балбеска, видимо, пошла в своих родителей, – сказала громогласно Треухо-Ляпина. – Выйдите вон, иначе я позвоню на вахту и приглашу сюда охранников, чтобы они избавили меня от вашего назойливого присутствия. И заберите ваши взятки, я на такое не покупаюсь!

Хлопнула дверь, Ирина услышала, как Зинаида Аполлинарьевна, оставшись в одиночестве, проворчала:

– Надо же, у них дочка двух слов связать не может, а они хотят трояк. И суют мне армянский коньяк и конфеты. Идиоты, честное слово, расценок, что ли, не знают…

Ирина едва сдержалась, чтобы не хихикнуть. Вот, оказывается, чем вызван гнев могущественной и принципиально-честной профессорши – вовсе не тем, что ее пытались подкупить, а тем, что родители Милочки принесли мало. Не заглянули предварительно в прайс-лист, который можно обнаружить на страницах любой из желтых газет. Чтобы получить такую-то оценку, несите то-то. Действительно, коньяка и конфет хватило бы для какого-нибудь доцента и кандидата, а вот для профессора, доктора наук, заведующей кафедрой нужно раскошелиться!

– Так, еще одна лекция, и свобода, – сказала сама себе Треухо-Ляпина, затем она зашелестела на столе бумагами и удалилась. Ирина услышала, как поворачивается в замке ключ. Она осталась в одиночестве.

Выждав для верности несколько минут, Ирина покинула убежище под столом профессорши. Итак, она находится в логове врага. Какие же секреты скрывает от нее уважаемая Зинаида Аполлинарьевна?

Ирина не подозревала ранее, что обладает воровскими навыками. Она открыла один за другим ящики письменного стола. В первом же она обнаружила интересную находку – папку со статьей Иваницкого. И это были гранки с пометками, сделанными самим профессором. Работа наверняка еще не опубликована, что же тогда она делает в ящике стола Треухо-Ляпиной? Наверняка верный пес Валера принес профессорше на ознакомление. Вот, значит, как он заботится о своем шефе, продает его конкурентам. Ирине стало обидно за Ярослава Мефодьевича. Что ж, она раскроет ему глаза на верного докторанта!

В остальном же ничего занимательного. В углу кабинета стоял пузатый допотопный сейф темно-зеленого цвета. Ирина заметила около вешалки массивную сумку и без зазрения совести залезла в нее.

Дамские принадлежности, кроваво-красная помада, голубые тени, пудра. Парик! Надо же, Зинаида Аполлинарьевна носила с собой запасной! На всякий пожарный, так сказать, мало ли что случится, вдруг тот, что на голове, промокнет…

Зато в боковом отделении Ирина обнаружила то, что искала, – связку ключей. Она надеялась, что в этой связке есть и ключ от сейфа. Так и произошло, первый же ключ, с тихим скрежетом скользнув в замочную скважину, отомкнул дверцу.

И Зинаида Аполлинарьевна смеет утверждать, что не любит коньяк! Тогда почему на полке стоит початая бутылка с граненым стаканом, надетым на горлышко? Неужели достопочтенная профессорша прикладывается к бутылке?

Ирина просмотрела бумаги. Ага, вот оно, искомое! Непонятный, внушающий трепет список. Округлым почерком, скорее всего, рукой самой Зинаиды написаны имена: «Николай Антонович Венденяпин, Владимир и Лайма Мироновы, Ярик Иваницкий».

Причем все имена, кроме последнего, были жирно перечеркнуты горизонтальными линиями. Что это? Список тех людей, которые стали жертвами проклятия? Или перечень тех, кто мешает Зинаиде Аполлинарьевне?

Ирине на мгновение стало жутко. Что затевает пожилая профессорша вместе с Валерой Попондополо? Может быть, ответ найдется на нижней полке сейфа? В кожаной папке с золотой застежкой Ирина обнаружила фотографии статуэтки богини Мелькоатлан. Но каким образом они появились у Зинаиды Треухо-Ляпиной? Ведь Лайма уверяла, что никто, кроме покойного Венденяпина, о находке не знал. Получается, что знал – цветные фотографии лучшее тому подтверждение.

Неужели Зинаида Аполлинарьевна открыла сезон охоты за статуэткой? Но тем человеком, что застрелил Лайму и которого Ирина видела выходящим из подземного музея, не могла быть Треухо-Ляпина, с ее-то расплывающейся фигурой, одышкой и возрастом. А вот Попондополо… Однако он произвел на Ирину впечатление нечестного и двуличного карьериста, который способен предать учителя, но у него кишка тонка, чтобы пойти на ограбление и тем более убийство.

Татищева пыталась сообразить, какая же связь существует между таинственными смертями, Валерой Попондополо и Зинаидой. Думай, Ирочка, думай, внушала она себе, недаром ты написала двадцать три романа с детективным сюжетом, ты должна выйти на след правды.

Она спохватилась, посмотрев на круглый циферблат настенных часов. Лекция закончилась пять минут назад! Каждую секунду в кабинете может появиться Треухо-Ляпина. Ирина в спешке заперла сейф, положила ключи в сумочку. Как быть дальше? Каким образом ей выбраться из кабинета?

Она услышала голоса около входной двери и снова нырнула под стол. Раздались шаркающие шаги, она увидела толстые ноги профессорши. Та, кряхтя, подхватила сумочку, затем раздался щелчок замка и громыхание ключей. Ирина опять осталась одна!

Она в ловушке! Зинаида ушла домой! И наверняка поставила дверь на сигнализацию. Что же ей делать? Ирина не знала. Зато у нее было предостаточно времени, чтобы подумать.

Ирина побоялась включать верхний свет, ей не хотелось, чтобы охранники обнаружили ее в кабинете. Поэтому, присев в кресло, она при тусклом свете настольной лампы на листке бумаги стала набрасывать схему, какую обычно делала, когда разрабатывала сюжет.

Каково уравнение? Четыре смерти. Из них две – явные убийства. Кто-то убил старинным индейским методом профессора Венденяпина, выплюнув в него сквозь трубку ядовитую колючку или стрелу, и некто застрелил Лайму, похитив из музея статуэтку богини Мелькоатлан. Смерть охранника – якобы результат инфаркта, но кто знает, какими еще ядами располагали индейцы, возможно, такими, которые неизвестны современной европейской медицине. Да и вскрытия тела охранника, насколько знала Ирина, не было, так, наружный осмотр, никто тогда не заподозрил криминала, признав смерть от естественных причин. Взрыв на заводе явная случайность. Или… Но если кто-то хотел убрать Володю, то зачем ему понадобилось убивать вместе с ним множество других ни в чем не повинных людей? Не проще ли было нанять киллера, который при помощи винтовки с оптическим прицелом…

И о чем это она думает! Она пытается найти виновника убийств, а что, если виновник гибели людей – сама смерть? Смерть, которая выбирает себе жертвы по только ей ведомому ужасному и неотвратимому плану, изменить который невозможно. И в распоряжении смерти тысячи разнообразнейших способов.