в её руках; в других обстоятельствах он насладился бы этим фактом сполна, но сейчас его гордость лежала на кону – а точнее, на плахе.
- Идеальный пируэт, о, магоносный, - фыркнула белокурая красавица, подтащив незадачливого волшебника обратно к обрамляющей водоём кромке.
Наконец обретя опору, Виглаф начал возмущённо оправдываться:
- Я, э, просто немного неуклюж в воде. В этой мантии сложно двигаться. Я неправильно приземлился.
Саша неверяще смотрела на него.
- Стой, стой! Ты вырос в Калимпорте, на берегу океана, и не умеешь плавать?
Он глубоко вдохнул, собираясь ответить, но потом выдохнул. Живот болел после столкновения, но паника уже улеглась, и сейчас вода была такой кроткой и успокаивающей, почти температуры его тела, так что Виглафу казалось, что он плавает в воздухе. Рябь от поднятых им брызг разглаживалась, формируя красивое мерцающее сияние чуть пониже поверхности воды.
Что?
- Саша, там внизу что-то есть! – возбуждённо крикнул парень. Под водой, на камне на уровне колен, определённо что-то поблёскивало в тёмном водоёме. Зацепившись за природный бортик, одной рукой волшебник потянулся достать неведомое нечто и после некоторых усилий высвободил.
Предмет оказался бутылкой, из тех, что можно использовать для передачи послания с необитаемого острова; Виглаф едва мог удержать её одной рукой. Ему не удавалось чётко увидеть содержимое через полупрозрачную поверхность, но что-то внутри продолжало слабо мерцать. Когда молодой маг крутил сосуд в руках, создавалось впечатление, что стекло отражает яркий солнечный свет. Он посмотрел наверх, надеясь увидеть источник, но никакого солнца в гроте не было. Парень осторожно поставил бутылку на камень и вскарабкался рядом, в то время как Саша с лёгкостью выскользнула из бассейна.
Мокрый от воды юноша вытянул бутылку перед собой и потянулся к горлышку, но там, где обычно бывает пробка, не было ничего, кроме гладкого стекла. Он удивлённо отдёрнул руку, при этом смахнув бутылку с ладони. Предмет, казалось, на мгновение завис в воздухе, а потом упал на каменную дорожку и разлетелся вдребезги.
- Нет! – вскрикнул маг. Но его испуг сразу испарился, когда он увидел среди осколков светящийся свёрток. Юноша осторожно поднял его и стряхнул остатки стекла.
Кулёк оказался квадратным, размером чуть больше, чем два кулака, и тщательно запакованным. Гладкий, матовый, молочно-белый материал туго обтягивал содержимое. Виглаф заметил, что хотя с тыльной стороны ладони всё ещё капало, сам пакет был сух, как камень в пустыне, а его поверхность мгновенно впитывала влагу с кончиков пальцев, когда он по ней проводил. В качестве эксперимента он погрузил уголок находки в воду и снова потрогал. Совершенно сухая; при этом, снова поглотив капли с подушечек пальцев, она оставила на них тонкий слой мелкого белого порошка.
Внутри точно что-то было, что-то угловатое и податливое, и ещё один предмет, твёрдый и цилиндрической формы. Но крепкая, впитывающая материя, оберегающая сокровище, не имела ни одной неровности. Виглаф ощупывал и разглядывал, но так и не нашёл никакой застёжки или зажима.
- Бесполезно. Запечатано наглухо.
Юноша вздохнул и поднял руки, будто сдаваясь – только чтобы обнаружить, что ладони и основания пальцев тоже покрыты белым порошком. Из любопытства маг покрутил его между подушечками и с удивлением обнаружил, что странная пудра собирается в маленькие комочки. Один такой он поднёс к языку и попробовал, прежде чем Саша успела его остановить.
Лицо Виглафа просветлело.
- Мука! Это мука!
- Она же и покрывает, - отозвалась девушка.
Виглаф вновь посмотрел на свёрток. Защитная обёртка теперь отваливалась большими пластами, рассыпаясь на глазах. Парень попытался подобрать кусок, но поднял полную муки руку. Сдув её, он обнаружил ещё одно открытие.
В середине груды муки лежал предмет кремового оттенка, квадрат длинной в палец, который, похоже, был одной из частей большего куска, судя по неровному краю. Здесь же была маленькая баночка, полная мутной вязкой жидкости, с плавающими в ней кусочками чего-то. Под предметами Виглаф увидел сложенный пополам лист пергамента, усыпанный странными вертикальными каракулями – полукруглыми значками, пересекающимися в середине линиями, расставленными в определённых местах точками. Сухая бумага хрустнула, когда юноша её развернул.
- Можешь прочитать? – уточнила Саша.
- Торасс.
- Прошу прощения?
- Написано на Торассе. Старый Всеобщий, - Виглаф наклонился, вглядываясь. – Никто его больше не использует. Нельзя сказать, сколько лет этим предметам, Саша. Может, сотни.
- Зуб даю, что Фензиг сможет это прочесть.
Молодой маг нахмурился.
- К твоему сведению, он и меня учит на нём читать.
- Хорошо. Тогда переводите, Ваше Кудесие.
- Ну… Я только начал, а это вообще-то мёртвый язык, поэтому я не очень-то…
- … и у тебя возникли проблемы с изучением. Замечательно. Как раз когда порция книжных знаний нам бы пришлась кстати.
- Погоди, погоди. Кое-что я усвоил. «Время»…, нет, «Год»… «нет-еды»
- Ага. Предельно ясно.
- Саша, пожалуйста. «Делай… блюдо»… нет, «хлеб… чудес. Делай год… много-еды».
Рот Виглафа раскрылся. Он медленно повернулся к другим предметам.
- Саша, ты понимаешь, что произошло? Понимаешь, что мы нашли?
- Нет, моя много понимать-не.
- Должно быть, кто знает, давным-давно случился голодный год. И тогда могучий колдун – или может, целая группа – создал это, - он вытянул квадратный кусок и повертел в руках. – Глупый я, оно же прямо передо мной. Тесто. Это же опара! Из неё получается этот хлеб чудес! – он схватил баночку. – А это наверно хлебная закваска – чтобы сделать ещё больше теста!
- Ну вот, теперь я голодна.
- Нет, неужели ты не видишь? Эта штука превратила Год Голода в Год Изобилия. Может быть, даже спасла всю нашу цивилизацию. Они, скорее всего, спрятали её здесь на случай, если голод вернётся.
- Думаешь, оно ещё работает?
- Не вижу причин, почему нет. В Луирене нашли флягу эля из древнейших времен, и напиток оказался вполне отличный. Как и рецепт, найденный вместе с ней. Теперь все тамошние таверны подают Древнейший Стаут. А эта находка может быть ещё значительнее!
Взбудораженный волшебник вскочил, раскинув руки.
- Саша, это величайшее открытие, которое когда-либо видел Калимшан! – он начал заваливаться в воду, но девушка успела вовремя.
- Эй, хватит на сегодня плавания, хорошо, Виглаф? Давая просто отнесём твой чудо-хлеб обратно в город.
В «Печах Вечноязыких» на полную дневную ставку работали три пекаря; два подмастерья, занимавшиеся обсчётом, закупками, составлением списков, запасанием и контролем постоянного потока поставок; и – самая низшая ступень в хлебопечной иерархии –
