может и не помочь. Но я, естественно, не хочу умирать, и буду верить, что все обойдется!
На это мне ничего не ответили, лишь нахмурились. Увидела и свои пункты, все на месте. Не обманул.
— Можно ручку, я подпишу,— и протягиваю к нему руку. У самой пишущих предметов нет.
— Конечно,— мне удостоилась честь взять опять ту самую ручку из внутреннего кармана. Мне кажется она у него для особых случаев.— Где твой паспорт?
— Сейчас,— говорю, и достаю из сумочки зеленый чехольчик. Протягиваю ему. Забирает, и отдает Артему, который сидит впереди.
Заношу ручку над местом подписи и замираю. Готова ли я к такой авантюре? Быть рядом с мужчиной три года, изображать любящую жену. Неожиданно вспомнила момент, где я должна хранить верность, а вот у него такого пункта нет! Нахал.
— Можно у вас кое-что попросить?— спрашиваю, все еще держа руку над белым листком.
— Попробуй,— сказал недовольным голосом. Мне кажется, или он нервничает?
— Я хоть и фиктивная жена, но не могли бы вы любовниц не приводить в дом? Делайте свои дела в другом месте. Хорошо?— спрашиваю, поднимая взгляд. И вот опять его брови взлетают наверх.
— Я, конечно, не идеален, но и не такая мразь. Обещаю, такого не будет!
Спокойно выдыхаю, и ставлю размашистую подпись. Вот и все! До сих пор не верю, что я согласилась.
Документ быстро забирают и убирают подальше от меня. Видно, передадут юристу, который едет в соседней машине.
Мы едем еще минут пять, а меня начинает колотить. Откуда чувство чего-то нехорошего. Предчувствие подсказывает, что дело в той бумаге, которую я подписала. Может, я что-то пропустила?
— Можно мне договор еще раз прочесть, так, для закрепления?— прошу Громова, который поворачивается ко мне и как-то хищно смотрит. Да ещё и так довольно блестят глаза. Я точно что-то пропустила!
— Спроси меня, я все знаю наизусть,— а вот теперь мне страшно. Не зря мне не дали нормально ознакомится. Да что толком можно прочесть, когда все написано мелким шрифтом, да еще и в движущейся машине, а там такое было несколько раз.
Нехорошее чувство закралось в душу, и я спрашиваю напрямую.
— Что я пропустила?
— Полагаю, ничего, ты ведь читала и сама подписала,— по глазам вижу, что он издевается!
И тут вспоминаю, что страниц того, что делает жена, было слишком много! И именно там был мелкий шрифт.
— Что именно должна делать ваша жена?
— Слушаться мужа!
— Нет, стоп, я должна выполнять условия договора!
— Именно! Моя жена должна слушаться, и во всем мне подчиняться. Где угодно и когда угодно. В доме, гостях, на мероприятиях,— это понятно. Быть тихой и покладистой. Киваю.
— Но что там было написано мелким шрифтом?— этот момент мне все не давал покоя.
— Сущую мелочь. Жена спит с мужем в одной постели!
— Что? То есть, как спит? У нас не разные комнаты? Я ведь фиктивная жена, зачем нам спать вместе?— руки начали трястись, дышать стало трудно. Кажется, у меня паника. Да я глаза рядом побоюсь закрыть, не то, что спать!
Машина останавливается около загса и охрана выходит. А вот Борис не торопится и пристально смотрит на меня.
— Милена, где ты видела в договоре слово «фиктивная»? Ты моя жена по всем правилам!— и это звучит как гром среди ясного дня. Как реальная жена?!
— Нет, я просто буду рядом. Сделаю, что скажите, но… я не буду с вами спать,— еле шепчу и смотрю испуганными глазами на мужчину, который обвел меня вокруг пальца. Или это я такая дура?
Его рука тянется ко мне, и хватает за шею как тогда, в клубе, он не душит, но держит крепко.
— Я не мальчик на побегушках, со мной не работает «хочу — не хочу». Ты подписала это!— и показывает договор в руках.— Значит, согласилась!
— Но зачем я вам? У вас что, девушек нет?— взмолилась чуть не плача.
— Такая маленькая и пугливая, и теперь только моя! Прими это!— говорит спокойно, почему тогда я леденею.
Он большим пальцем стирает слезинку со щеки, а потом наклоняется чуть ближе.
— Я обещал не водить любовниц в дом, их и не будет. Зачем мне другие, когда есть красавица жена!
— Нет, прошу, я такого не хотела!— шепчу, и хочу дернуться, но меня крепко держат. Рука на шее сжимается сильнее. Борис недоволен ответом.
— Милена, ты ведь хочешь жить? — молча киваю.
— Тогда будь послушной! Обещаю не трогать тебя сейчас, все только после выздоровления. Сделаю скидку на твою неопытность. Пусть это будет мой свадебный подарок!— да чтоб тебя!
— А сейчас ты выйдешь со мной и подпишешь все бумаги молча. Поняла?— рука опять сжимается на шее.
— Да, я подпишу!— от страха не знаю куда деться.
Меня отпускают, и я сразу шарахаюсь в другую сторону.
— Не надо так бояться. Поверь, тебе ещё понравится быть со мной,— и столько самомнения в голосе. Как же я попала!
Борис стучит по стеклу, и нам одновременно открываю двери. Громов выходит как хозяин жизни, я же чуть не вываливаюсь. Ноги трясутся, да меня всю колотит!
— Хорошо, что ты в белом. Артем, сделай несколько фотографий и отправь пиарщикам, пусть опубликуют в нужное время. Я уже дал им задание с нашей историей,— кажется, он продумал все до мелочей. Невероятный и пугающий.
— Хорошо, парни,— и помощник стал раздавать указания охране.
На улице уже стало темнеть, и я поняла, что моя обычная жизнь подходит к закату. Вот так неожиданно.
— Пошли, пора тебя сделать официально женой,— меня взяли за ладошку крепко, и повели по ступенькам в здание.
Я помню каждый шаг, каждый миг. Оказывается, нас уже ждали, поэтому все прошло быстро. Нас проводили в небольшую комнату, где сразу же протянули листки, чтобы мы расписались. Перед тем, как выдать свидетельство о браке, девушка решила сыграть свою роль до конца, и торжественно спросила согласия каждого из нас.
Борис, произнес «да» так уверенно, словно это был закон. Когда очередь дошла до меня, я даже смогла улыбнуться девушке, и своё «да» сказала нежно. А как иначе? Громов намекнул, перед тем как войти в кабинет, что наша игра началась. И если я хочу получить желаемое, то пора начать стараться.
Мы получили свое свидетельство. А так же обменялись кольцами, которые заранее приобрел
