— Ну конечно! Можно было догадаться… Месяцы не календарные, а лунные! — прошептал Авл Руффин, стремительно бледнея. Он уже понял, чем все закончится, и жалел только о том, что ни у кого нет луков. Пальцы его судорожно стискивали запястье потрясенного не меньше них всех Лея: никогда Руффин еще так остро не переживал свое ранение, перечеркнувшее когда-то все честолюбивые планы молодого самоуверенного трибуна… Даже в том, что бы теперь встать с драконом лицом к лицу — ему было отказано!
Зато был тот, кто мог сразиться за него. Брен метнулся наперерез дракону, и в отличие от других горе-защитников руки его не дрожали. Он дрался хорошо, этот пленный варвар, сын вождя, ставший рабом: так не защищают хозяев, но закрывают собой друга…
— Брен, нет! — запрещающий крик Авла Руффина опоздал: раб оседал на плиты.
Не стыдясь и не раздумывая, лаций метнулся к нему, подхватывая из ослабевшей руки оружие, но главным образом пытаясь пережать сосуды и остановить кровь. Он не думал о том, что следующий удар придется ему, и — так бы оно и случилось, если бы его не отвел Клодий.
Одновременно сделал шаг и легат: он был солдатом, более того — он был командиром и хорошим командиром! А хороший командир понимает не только когда, нужно атаковать, но и когда стоит отступить. Он тоже оценил ситуацию и принял решение, каким бы жестоким и трудным оно не выглядело…
И все же — этот шаг он сделал, как в юности вставая рядом с боевым товарищем и тем, с кем сражаться бок о бок ему не довелось и уже не придется. Грецинн парировал несколько выпадов, но внезапный маневр дракона застал его врасплох: не обращая никакого внимания на полоснувшее его по боку лезвие, Скай прянул вперед, обманным движением вогнав пламевидный клинок по самую рукоять. И снова если бы не вмешательство Севера, это могло окончиться гораздо хуже: легат был бы уже мертв. Дракон отскочил назад, как большая рассерженная кошка, и плавно двинулся вокруг мертвецким коло, едва ли не сладострастно поводя своим странным ножом с непривычно выглядевшим, ассиметричным клыкастым ограничителем.
Он улыбался и ждал, и самое страшное, что глаза его оставались холодны, совершенно не отражая накала схватки.
— Стой! — ясный и чистый голос заставил замереть не только дракона.
Лей обогнул умирающего Брена и раненого легата, которого поддерживал Клодий, и стал между людьми и драконом.
— Я здесь. Я иду.
Понимая, что изменить что-либо уже не в силах, Клодий смотрел, как Лей медленно, неотвратимо и упорно идет к молча ожидающему его Черному Скаю. «Боги!», — трибун впервые обратился к ним, не зная сам к кому именно из многочисленного пантеона.
Никогда не думал он, что сможет привязаться к кому-то так сильно, как к этому парнишке, идущему сейчас на встречу своей жуткой смерти. И он видел уже достаточно, что бы представить, как сейчас на их глазах дракон вырежет его сердце, даже не изменившись в лице… И никто ничего не сможет сделать…
И ничего они не смогут сделать, — думал Грецинн, зажимая рану, — Ни с этим драконом, ни с ними всеми… Криспина… Горгона права, люди слабы. Никто не выйдет против драконов, а тот кто выйдет — погибнет. И станут ли сенаторы объявлять облаву на драконов, если будут знать, что в любой момент кто-то из них может вот так запросто войти в дом… О, он уже знал, каким будет их решение после нынешних событий: да, они будут сражаться, будут искать таких же отчаянных и натравливать их на драконов, но по большому счету — они проиграли еще не вступив бой…
И драконы правы, — мир принадлежит им…
Тот, кого называли Черным Скаем, с усмешкой наблюдал, как юноша приближается к нему.
Лей остановился на расстоянии вытянутых рук, спокойно и серьезно глядя в глаза дракона. И никакого безумия, которое чудилось трибуну, там не было…
Скай медленно протянул ему окровавленный крис:
— Возьми.
Сильные пальцы юноши жестко сомкнулись на изогнутой рукояти.
— Бей, — чуть усмехнувшись сказал Черный Скай: не понятно — предлагал ли он напасть на него или обратить клинок против себя.
И Лей держал кинжал одинаково удобно и для атаки, и для удара в собственное горло…
И смотрел в глаза…
— Нет, — голос его не дрогнул, и твердой рукой он вернул крис.
Черный Скай улыбнулся шире и откровеннее.
— Тогда идем.
Он развернулся и направился к выходу. Не оборачиваясь и не оглядываясь, Лей последовал за ним…
Остановить их — ни у кого не достало воли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
