Американцы тщетно гнались за этим числом, пытаясь достигнуть нужной скорости. Не раз палили они в мировое пространство системами четырехступенчатых ракет, но снаряды их возвращались обратно, словно стукнувшись о твердый небосвод.
Советская ракета, набрав необходимую скорость, первой превратилась в межпланетный снаряд, свободный от оков земного притяжения и летящий, как равная среди равных, через сонм небесных светил. Фантастика сделалась явью. Названия научно-фантастических романов стали заголовками газетных передовиц.
Советская ракета летит в район Луны! Антенны радиотелескопов мира безотрывно следят за ее движением. Хор радиостанций, установленных на ее борту, сообщает ценные сведения о свойствах мирового пространства. Ракета испытывает волшебные метаморфозы. Вот она превратилась в комету, выпустив призрачный шлейф натриевых паров. Как и в самой настоящей комете, ее хвост развевается капризной игрой сил тяготения и давления световых лучей. Суеверные считали кометы знамением войны, но все видят теперь, что советская комета— это знамение и знамя мира.
Наконец, ракета встретилась лицом к лицу с Луной, глянула в упор лунному диску!
Электронные математические машины, словно вещие прорицательницы, предсказали грядущую судьбу первой советской космической ракеты, ракете суждено было стать младшей сестрой Земли и новорожденной дочерью Солнца. Советские люди дополнили солнечную систему, сотворив еще одну планету.
Коммунисты, атеисты свершили то, что священное писание относило к монопольной компетенции бога. Если есть еще священнослужители, полагающие, что и тут не обошлось без вмешательства божества, пусть толково объяснят своей пастве, почему господь с таким рвением помогает атеистам!
Кое-кто сейчас ломает голову, стараясь разгадать конструкцию двигателей, схему автоматики, формулу горючего новой ракеты, открыть секрет победы советской науки и техники. Но ведь это лишь детали дела. Главный же секрет давно поведан миру, и о нем еще раз ярко рассказал Никита Сергеевич Хрущев в одном из своих выступлений: это одна из тех побед, которых может добиться народ, идущий под руководством Коммунистической партии по пути, озаренному великим учением марксизма-ленинизма. Не нужно ломать голову, чтобы понять это.
Капитализму предшествовала эпоха великих географических открытий, и мы знаем, что ко многим из них толкала человека корысть.
Коммунизму предшествует эпоха исследований мирового пространства — величайший пример бескорыстного служения науке, знанию.
На такие бескорыстные подвиги капитализм неспособен. Они могут совершаться лишь в социалистической стране, на преображенной земле, под преображенными небесами.
Великим классическим произведениям прошлого нередко предшествовал Пролог, действие которого происходило на небесах. Там, в небесной выси, заранее предуказывались судьбы будущих героев. В преддверии XXI съезда партии, в преддверии грандиозного семилетнего плана, в звездной бездне, где-то близ созвездия Девы разыгрался новый Пролог на небесах. Советская ракета рванулась в космос, еще раз опередив Соединенные Штаты Америки. Это было как бы символом дальнейших неизбежных событий на мировой сцене.
И вот сегодня советский сверкающий полированный шарик, остроумно названный журналистами «визитной карточкой Н. С. Хрущева», преподнесен в дар Президенту Соединенных Штатов. А близнец и двойник этого шарика находится на Луне.
Если поглядеть на нашу планету с современной точки зрения, с самой высокой вышки, созданной людьми, скажем с борта советской межпланетной ракеты, то Земля представится вот таким же маленьким шариком, островком, затерянным в звездной бездне.
На совсем небольшом диске вырисовываются контуры континентов двух полушарий. Сердцевину евразийского континента образует соцветие социалистических стран, сердцевину американского континента — цитадель капиталистического мира — Соединенные Штаты Америки. Только узкая полоска воды, обозначенная яркой искоркой — отражением солнца в океане, — разделяет континенты.
Узкая? — может усомниться читатель, вспоминая морские странствия Колумба. Но эпоха Колумба прошла. За какие-нибудь двенадцать часов с небольшим перемахнул через океан «ТУ-114». А советские ракеты? Им ведь просто тесно становится на земле, и они то и дело покидают ее пределы, становясь то спутниками нашей планеты, то самостоятельным спутником Солнца, то почти фантастическим лунным кораблем, то волшебником, завивающим кудри у красавицы Луны.
Узок ныне океанский пролив!
И, если поглядеть на мир с благородных космических высот современности, представляется странным анахронизмом, что великие государства континентов, находящихся в столь же тесном соседстве, как лица на круглом медальоне, пребывают в состоянии международной напряженности, состоянии «холодной войны».
С космических высот, до которых не долетают земные звуки, можно не услышать, что по всей территории заокеанской страны неумолчно грохочут кузницы войны, что вдали от ее пределов, подступая к самым бокам ее великого Восточного соседа, рокоча авиационными моторами, множатся военные базы.
Между тем это именно так. Словно мрачный латник, опустивший железное забрало, все стоит, наклонив свое копье, Западный великан, а политические ораторы, газетчики, трубадуры «холодной войны» продолжают возвещать о намерении его вышибить из седла Восточного соседа.
Вопрос о том, какой социально-экономический строй способен принести наибольший прогресс и благо человечеству, этот вопрос, занимавший великих мыслителей всех времен, проблему, практически решаемую ныне на трети земного шара в процессе научного мирного коммунистического творчества, — эту вековую проблему на Западе по-прежнему кое-кто пытается разрешить политикой «с позиции силы». Но прошли средневековые времена, когда спорные вопросы решались грубой силой. Ведь само определение силы предполагает существование слабости. Но нет слабых в содружестве социалистических стран. Никогда не был так силен, как сегодня, авангард человечества — лагерь социализма.
Человек неразличим с космических высот, но его титаническая деятельность заметна и в масштабе космоса.
Люди создали звездные корабли, они вызвали к жизни энергию атома. Они очень сильны сегодня, так сильны, как никогда в истории.
Американцы построили город Нью-Йорк со стоэтажными небоскребами, подпирающими небо, и они же сконструировали ядерную бомбу. В своей книге «Атомное оружие и внешняя политика» американец Г. Киссингер попытался примерить на глаз американскую водородную бомбу к Нью-Йорку. Оказалось, что одна водородная бомба способна смахнуть все нью-йоркские небоскребы, как фигуры с шахматной доски. Автор подробно разбирает страшные последствия этого предполагаемого взрыва. Академик И. В. Курчатов с трибуны XXI съезда в основном подтвердил справедливость выводов Киссингера. И это очень авторитетное подтверждение: мы-то раньше американцев создали водородную бомбу. Если прежние мировые войны причиняли огромные разрушения, то последствия новой, термоядерной войны, вероятно, будут заметны даже с Луны.
В смятении Г. Киссингер готов оправдать бессердечную расправу древних богов, приковавших Прометея к кавказской скале: Прометей похитил с небес простой огонь, но ведь он мог похитить и огонь ядерный! В оковы Прометея! В оковы человеческий разум!
Но свободный человеческий разум и есть та сила, пред которой поникает, смирясь, грибовидное облако атомного взрыва, пред которой замирает в воздухе молниеносный полет термоядерных ракет. Голос разума — вот что нужно в атмосфере политического безумия, именуемого «холодной войной».
Голос разума!
…Никита Сергеевич Хрущев и Дуайт Эйзенхауэр удаляются в кабинет Президента. Началась первая фаза переговоров, о которых мечтал весь мир.
Столица США с птичьего полета
Ожидалось, что первая беседа Дуайта Эйзенхауэра с Н. С. Хрущевым будет длиться не свыше получаса. Но репортерам пришлось прождать два часа. Помощника Президента по делам печати Д. Хэгерти и представителей пресс-группы при Председателе Совета Министров СССР штурмовали вопросами: — Что обсуждалось? Будет ли коммюнике?
— От меня и от моих советских коллег скажу, что коммюнике будет, но большего сказать не могу, — ответил Хэгерти, привычный к журналистским атакам.
Вскоре было оглашено заявление пресс-группы при Председателе Совета Министров СССР и помощника Президента США по делам печати. Из него явствовало, что атмосфера беседы была дружественной и откровенной. Обсуждались вопросы взаимоотношений между СССР и США, состоялся обмен мнениями в общем виде по международным проблемам. Д. Эйзенхауэр и Н. С. Хрущев договорились относительно общей линии своих дальнейших бесед после возвращения главы Советского правительства из поездки по стране. Такое начало обнадежило всех.
