им некого было бы там встретить, – подумала Котаке. –
Однако для меня это правило не проблема. Ведь Фусаги бывал здесь бессчетное количество раз».
Второе правило гласило: что бы вы ни сделали в прошлом, настоящее не изменится. Котаке уже убедилась, что это правило не было проблемой. Если она вернется в прошлое, чтобы забрать письмо, она не изменит настоящее. Конечно, правило не ограничивалось только письмами. Если бы, например, был обнаружен и каким-то образом возвращен в прошлое способ лечения болезни Альцгеймера, это не смогло бы улучшить состояние Фусаги. Это правило казалось ей несправедливым.
Третье правило заключалось в том, что для возвращения в прошлое нужно было сидеть на стуле, который занимала женщина в платье. Котаке слышала, что эта женщина обычно ходит в туалет раз в день. Но никто не знал, во сколько именно она пойдет туда. Просто по стечению обстоятельств женщина в платье пошла в туалет как раз в подходящий для Котаке момент. Эта редкая возможность, которую нельзя было упустить. Она не знала, правда это или нет, но слышала, что если попытаться силой спихнуть женщину в платье с ее места, она проклянет тебя. Впрочем, такой необходимости у Котаке не было, ей действительно повезло.
Но на этом нелепые правила не заканчивались.
Четвертое правило запрещало вернувшемуся в прошлое покидать место, на котором он сидит. Нет, человек не прилипал к стулу, но если вставал с него, немедленно возвращался в настоящее. Кафе находилось в подвале, мобильные телефоны здесь не работали, и значит, невозможно было вернуться в прошлое и позвонить кому-то за пределами кафе.
Котаке слышала, что несколько лет назад кафе стало очень популярным из-за городской легенды. Толпы клиентов жаждали вернуться в прошлое. «Неудивительно, что клиенты прекратили приходить сюда из-за всех этих нелепых правил», – подумала Котаке.
* * *
Котаке вдруг поняла, что Казу молча ждет ответа.
– Я должна выпить кофе, пока он не остынет, верно? – спросила Котаке.
– Да.
– Нужно сделать что-то еще?
Это были все правила, которые Котаке смогла вспомнить. Помимо правил, она хотела бы знать еще кое-что: как она вернется в нужный день и в нужное время?
– Вам нужно сформировать сильный образ того дня, в который вы хотите вернуться, – добавила Казу, будто прочитав мысли Котаке.
Сформировать образ дня – довольно расплывчатое определение.
– Образ дня? – переспросила Котаке.
– Того дня, когда Фусаги еще помнил вас. Дня, когда он думал передать вам письмо… и когда он принес письмо с собой в кафе.
Казу четко объяснила ей, как сформировать образ нужного дня. Котаке вновь и вновь повторяла ее слова, перечисляя все необходимые условия.
– День, когда он еще помнил… Письмо… День, когда он пришел.
День, когда Фусаги еще помнил Котаке. Это была грубая догадка, но она вспомнила один летний день, три года назад, до того, как у Фусаги обнаружили симптомы болезни.
День, когда Фусаги собирался вручить ей письмо. Это было трудно. Если Котаке не получила его, откуда она могла знать?! Но вернуться в прошлое за день до того, как он написал письмо, было бы бессмысленно. Котаке решила, что ей просто стоит представить себе образ Фусаги, пишущего письмо.
И день, когда он принес письмо с собой в кафе. Это было важно. Даже если ей удастся вернуться в прошлое и встретиться там с Фусаги, но у него не будет письма, все станет бессмысленным. К счастью, она знала, что Фусаги обычно клал все важные вещи в черный портфель на молнии и носил его с собой. Если это было любовное письмо, Фусаги не оставил бы его дома. Он определенно прятал его от Котаке и носил с собой в портфеле на молнии.
Она не знала, в какой день муж собирался отдать ей свое послание, но, очевидно, это день, когда он брал с собой портфель. Котаке сформировала образ Фусаги с портфелем на молнии.
– Вы готовы? – спросила Казу тихим и ровным голосом.
– Минутку.
Котаке глубоко вздохнула. Она представила все, что было необходимо, еще раз.
– День, когда он еще помнил меня… письмо… день, когда он пришел… – бубнила она себе под нос.
Ладно, хватит топтаться на месте. Она была готова.
– Я готова, – твердо сказала женщина, глядя прямо в глаза Казу.
Казу кивнула в знак одобрения. Она поставила пустую кофейную чашку перед Котаке и бережно взяла с подноса правой рукой серебряный кофейник. Ее движения были плавными и изящными.
– Просто запомните… – Казу стояла лицом к Котаке, опустив глаза, – …выпейте кофе, пока он не остыл, – прошептала она.
Котаке почти физически ощутила, какой напряженной стала атмосфера в кафе после этих слов.
Казу начала наливать кофе в чашку.
Тонкая черная струйка полилась из узкого носика серебряного кофейника. В отличие от булькающего звука кофе, налитого из сосуда с широким горлом, сейчас напиток лился тихо. Беззвучно и медленно он заполнял белую чашку.
Котаке никогда раньше не видела такого кофейника. Он был небольшим и очень элегантным. «Наверное, кофе из него тоже должен быть особенным».
Когда эти мысли пронеслись у нее в голове, из наполненной чашки начал подниматься шлейф пара. Пространство вокруг Котаке замерцало и как будто стало пульсировать. Кафе вокруг теперь казалось миражом. Она вспомнила про саке «Семь счастий». «Возможно, я чувствую сейчас его эффект?»
Нет. Тут определенно было что-то другое. То, что она чувствовала сейчас, вызывало в ней сильную тревогу. Ее тело как будто тоже начало подрагивать и мерцать. Она стала паром от кофе. Казалось, изображение задвигалось в обратном направлении, как при перемотке назад кинопленки. Словно она сама стала паром, а время вокруг нее обратилось вспять.
Котаке закрыла глаза не столько от страха, сколько пытаясь сфокусироваться. Если это действительно путешествие назад во времени, ей нужно быть готовой к тому, что она увидит.
* * *
Самое первое изменение в Фусаги, которое заметила Котаке, было просто короткой фразой. В тот день Котаке ждала мужа с работы и готовила ужин. Фусаги был ландшафтным дизайнером. Главное в его работе, как он сам утверждал, – гармония. Сад должен находиться в гармонии с домом – быть не слишком красочным, но и не слишком простым. Рабочий день Фусаги начинался рано и заканчивался ближе к закату. Если не было особой причины задержаться, он сразу возвращался домой. Когда Котаке не работала в ночную смену, она ждала возвращения мужа дома и они ужинали вместе. Настала ночь, а Фусаги все не возвращался. Котаке подумала, что это странно, но предположила, что он, должно быть, решил выпить где-нибудь с коллегами.
