Наша первая реклама появилась в Vogue и Harper's Bazaar той же осенью. Ее подготовил рекламист Эббот Кимбол, которого нам порекомендовал Дэн Пэлтер, один из ведущих производителей обуви. После публикации рекламы мы предприняли ряд шагов, чтобы информировать наших клиенток об этом, и даже уговорили одну из ежедневных газет с гордостью описать тот вклад, который делает Neiman-Marcus в улучшение репутации города, заявляя миру о себе как о лидере модной индустрии. В те времена Даллас стремился к национальной известности, и лидеры города выразили свое признание Neiman-Marcus за подобную инициативу.
В связи с размещением нашей первой рекламы в Vogue я встретился в модном нью-йоркском ресторане Voisin's с издателем журнала мистером Конде Настом, полагая, что ему будет интересна беседа с новым рекламодателем. За ланчем с ним и знаменитым редактором Vogue Эдной Вулмэн Чейз я объяснил причины, подтолкнувшие нас к такому рекламному ходу. Я с жаром объяснял, что в Далласе, Индианапо-лисе и Лос-Анджелесе живет много женщин с деньгами и вкусом, которые читают Vogue, но хотят покупать модные вещи в своем штате. Я в красках описал своим слушателям несколько роскошных светских раутов, проходивших недавно за сотни миль от восточного побережья, дав им тем самым понять, какую огромную аудиторию модных женщин они лишают нужной информации. Я помню, как после моего спича мистер Наст повернулся к своему редактору и сказал: «Видите, Эдна, это то, о чем я вам давно уже говорю. Именно так и обстоят дела за пределами Нью-Йорка».
Позже я узнал, что результатом нашей встречи стал рост интереса Vogue к рекламе региональных модных магазинов, что принесло самому журналу немалый доход.
Реклама не принесла нам дополнительных продаж, но произвела настоящий фурор в Нью-Йорке. Мы в одночасье создали историю. Как первый магазин Техаса, разместивший рекламу в модных журналах, мы немедленно стали объектом пристального внимания потенциальных клиентов, дизайнеров и средств массовой информации.
В 1936 году штат Техас отпраздновал свой столетний юбилей открытием выставки в Далласе. Из всех городов Техаса у Далласа с исторической точки зрения было меньше всего прав стать местом празднования столетнего юбилея. Но во-первых, только он мог предоставить выставочные площади ярмарки штата для проведения праздника. Во-вторых, группа наиболее влиятельных горожан предложила оказать крупную финансовую помощь организаторам мероприятия при условии проведения его именно в Далласе. В ходе церемонии открытия праздника мы решили провести гала-показ, демонстрировавший эволюцию моды с 1836 по 1936 год. Тогда и был сделан наш первый шаг к «креативным продажам». Мы создали и представили на суд зрителей серию одежды и аксессуаров, вдохновившись мотивами Юго-Запада. Краски цветов кактуса нашли свое воплощение в платьях, спроектированных Клэр Поттер. Кожаные чехлы, которые ковбои надевали поверх штанов, тавро и седельная кожа, колючая проволока и лассо оказались пригодными для различных модных аксессуаров. Пятнадцать сотен богатых и влиятельных гостей со всего штата оказались зрителями этого первого модного шоу Neiman-Marcus.
Я пригласил миссис Чейз, редактора Vogue, приехать в Техас в качестве гостя этого мероприятия. Она согласилась, но при условии, что я буду сопровождать ее в пути. Оказалось, что, постоянно путешествуя по Европе, миссис Чейз никогда не бывала в собственной стране западнее реки Гудзон. Кажется, она думала, что на холмах Озарк все еще рыщут индейцы. При пересадке в Сент-Луисе нам посчастливилось случайно встретиться с Мэттом Слоуном, президентом железной дороги MK&T. Он пригласил нас к себе на ужин, где подавали знаменитую «Кэти Корнеттс» из кукурузного хлеба – фирменное блюдо службы питания MK&T. Я уверен, что это было первое знакомство миссис Чейз с кукурузным хлебом, но весьма удачное, так как потом она настоятельно просила дать ей рецепт его приготовления.
Побывав в Далласе, она была потрясена нашим магазином и техасским гостеприимством. Эллис Хьюз, обозреватель «Херста», писала: «Мы нечаянно подслушали замечание миссис Чейз о том, что всю свою жизнь она мечтала об идеальном магазине для женщин. Увидев магазин Neiman-Marcus, миссис Чейз поняла, что ее мечта стала реальностью, – и мы полностью с ней согласны». 1936 год стал годом, когда Соединенные Штаты открыли для себя Техас и Даллас. С того времени Техас стал национальным центром притяжения, толпы журналистов, фотографов и туристов обрушились на штат и на Neiman-Marcus как его самую знаменитую компанию. Депрессия пошла на спад, экономика получила новый стимул благодаря подготовке к войне. Мы пережили кризис, сохранив достоинство и репутацию. В 1931 и 1932 годах компания понесла незначительные финансовые потери, а конец 1936 года был ознаменован рекордным объемом продаж в 4,5 миллиона долларов и чистой прибылью в четверть миллиона. Количество открытых счетов{10} в нашем магазине увеличилось на сто пять процентов по сравнению с началом депрессии. Мы успешно расширили свой рынок и готовились к дальнейшему развитию.
1937 год стал годом нашего первого серьезного появления в национальной прессе. О Neiman-Marcus решил написать журнал Fortune. Инициатором идеи стал Дэн Пэлтер, чей друг Билл Харрис, будучи одним из сотрудников редакции, счел нашу компанию достойной появления в издании американского экономического истеблишмента. Написать статью Fortune поручил одному из своих редакторов, Луису Кроненбергеру. Все мы, и особенно мой отец, были взволнованы, зная, что журналу для статьи понадобятся максимально полные сведения о текущей деятельности компании. Мы же никогда раньше не предоставляли прессе таких данных. Кроме того – и это было известно всем, – Fortune часто обращался с полученной информацией слишком вольно, иногда сопровождая ее резкими комментариями. Своими опасениями я честно поделился с Кроненбергером во время совместного обеда, организованного нашей семьей в честь его приезда. Я просил его максимально объективно отнестись к делу всей нашей жизни. Зная, что никто не разрешит мне редактировать его статью, я сказал, что буду счастлив просто посмотреть ее перед публикацией хотя бы одним глазком во избежание неточностей. Кроненбергер обещал – и исполнил свое обещание. Надо сказать, он оказался настоящим профессионалом: не сталкиваясь до этого ни разу с розничным бизнесом, написал очень грамотную, толковую статью. Это еще раз утвердило меня во мнении: если ты откровенен с журналистом и честно помогаешь ему, он отплатит добром. Ошибся я лишь один раз – и это была моя вина. Я разговаривал с иностранной журналисткой слишком откровенно и неблагоразумно, открыв ей конфиденциальную базовую информацию. Она обещала не использовать полученные сведения, но не сдержала своего слова. К счастью для меня, ее история была опубликована в Австралии. А скольких техасцев – любителей австралийских газет вам довелось встречать в своей жизни?
