Клиника, которая убила Мармелада и почти ее саму.
Кекелетсо записала ее на эту встречу. Подпольные лечебные учреждения, такие как это, принимают пациентов только по рекомендации и обычно свободных приемов нет на несколько месяцев вперед, так что она не уверена, как Кеке удалось ее впихнуть.
У доктора Вогз пустые руки, нет ни блокнота, ни «Тайла». Здесь должно быть скрыто какое-то другое записывающее устройство. Вогз одета в чернильно серую одежду с головы до пят, словно является продолжением темно-серой комнаты. Ее лицо напудрено до совершенства. Кейт всегда ненавидела докторов: все ее детство ее только кололи и обследовали: забирали анализы крови, мочи, делали ДНК тесты. Рентгенограмма, МРТ, КТ. Из-за этого она ненавидела свое состояние, вместо того чтобы принять его за то, чем оно было: подарком. У нее была своя собственная дополненная реальность еще до того, как появилась виртуальная.
— Что вы знаете о терапии погружения? — спрашивает доктор Вогз. — Или виртуальной реальности?
— Мало что, — отвечает Кейт, кусая губу. — Я пыталась держаться от этого подальше, если честно.
— Почему?
— Не знаю. Мне не кажется это таким привлекательным, как другим людям. Наверное, с меня хватит того, что происходит в моей голове и без этого.
Доктор уставилась на нее.
— Это можно понять. Так почему тогда вы сегодня здесь?
Кейт сглатывает. С чего начать? С того, что она больше не может доверять собственному телу? Эти тревожные сирены — саундтрек ее повседневной реальности? Что она жаждет физической заботы, но не может вынести прикосновений?
Конечно, все это второстепенно. Причина, про которой она здесь — то, что произошло прошлой ночью.
Доктор видит ее колебания и помогает ей начать.
— Вы считаете себя угрозой, — говорит она.
— Не «считаю», — отвечает Кейт. — Я и есть угроза.
— Для себя.
— Для себя. И что более важно для детей.
— Расскажите мне о вашем травмирующем эпизоде.
Кейт разразилась смехом.
— О котором?
Глава 19
Смерть в воздухе
Кейп Республика, 2024
Сет бьет кулаком по столешнице стойки, заставив Карсона подскочить на месте. При помощи снаффеина он провел без сна всю ночь, пробуя все известные ему математические последовательности и модели, но не смог добиться результата. Кардиомиоциты на биогибридном скате отпечатаны по змеиной схеме — достаточно просто сделать для ската — но человеческое сердце совсем другая история. Он смотрел кадры, где живое сердце билось снова и снова, кадр за кадром, под всеми ракурсами, и пытался точно скопировать его движения, но очевидно есть нюансы, которых он не понимает. Его прототип силиконового сердца топорный. Перед ним парит прозрачная 4D анимация, версия «263rd», насмехаясь над ним изяществом своего биения. Сет удаляет свой последний алгоритм, и сердце останавливается. Смерть в воздухе.
К его плечу прикасается ладонь, и он вздрагивает.
— Извини, — говорит Арронакс. — Не хотела напугать тебя.
На ней серьги из раковины краба-отшельника, а фрагменты отполированного перламутра, вшитые в отвороты ее лабораторного халата, ловят холодный свет.
— Не напугала, — говорит он. — Я просто… задумался.
Как у нее получается добиться таких волос?
— Я знаю, что ты не добился большого прогресса, — говорит она. — Мы надеялись, что к этому моменту все будет решено.
— Задача оказалась сложнее, чем я предполагал.
На самом деле он хочет сказать: я перепробовал все уравнения, которые знаю. Ничего не сработало. У меня закончились варианты. Он шмыгает носом и потирает его. Определенно, у него передозировка снаффеина.
— Позволь мне помочь тебе, — предлагает она.
Русалочий проблеск надежды.
— Было бы неплохо, — отвечает Сет, запуская пальцы в свой ирокез. — В какой области математики ты специализируешься?
— Ни в какой, — отвечает она. — Я не разбираюсь в математике. Могу помочь тебе другим образом.
Она жестом показывает Карсону закрыть дверь, и тот повинуется. Если охранник и гадает зачем, то не показывает этого.
Сет уставился на Арронакс, действительно уставился на нее, когда она берет его за руку и кладет себе на грудь. Ждет его реакции. Ее лабораторный халат распахнут достаточно, чтобы он почувствовал теплый шелк ее кожи под кончиками своих пальцев. Медальон в форме морского конька мерцает.
— Ты напряжен, — говорит она, поглаживая его плечи. — Твой мозг не может оптимально функционировать, когда уровень твоего стресса высок.
Поначалу Сет сопротивляется. Его нервная система работает шустро из-за коффеина, который мужчина жадно поглотил. Это всегда усиливает его паранойю. Что Арронакс делает? Почему? Глубокая синева океана снаружи окрашивает ее грудь в голубой цвет. Что-то вроде галлюцинации на тему океана.
Ее ладонь путешествует вниз к его джинсам, расстегивает их.
— Тебе нужно снизить уровень кортизола.
Она так чертовски красива, а ее волосы пахнут морской водой. Он решает просто посмотреть, что будет.
— Люблю женщин, у которых грязный язычок.
Девушка приспускает его джинсы и начинает опускаться вниз, но он останавливает ее, заставляет подняться. Опускает стоячее рабочее место на уровень бедер и приподнимает Арронакс, опуская ее на край. Стоячие столы так универсальны.
После он расслабляется, и они целуются, как незнакомцы: пробуя друг друга, пытаясь понять, что нравится другому. Это скорее упражнение в эротическом исследовании, чем ослепляющая страсть. Он чувствует свое возбуждение и то, как тесно стало в джинсах.
Сет медленно отстраняется от ее губ и перемещается к ее белоснежной шее. Слабый аромат парфюма и запах соли. Опускается к ее груди. Она запускает руку ему в волосы, а затем нажимает кнопку на своем «СнэпТайле» и двери лаборатории запираются: огонек меняет цвет с зеленого на красный. Свет меркнет. Камера в углу отключается.
— У нас есть шесть минут, — сообщает она.
Сет расстегивает оставшиеся пуговицы на ее блузке и обнаруживает, что ее красивая грудь покоится в облачении из кружевного бюстгальтера аквамаринового цвета. Он расстегивает застежку бра и приподнимает лифчик спереди, чтобы обнажить самую бледную и самую мягкую грудь, которую он только видел. Он зарывается в нее лицом и смакует ее. Боже, как давно у него был секс. Слишком давно. Он берет маленький коричневый сосок в рот и сильно его посасывает, а другую грудь массирует ладонью. Арронакс выгибается и ахает от удовольствия. В голове у Сета вспыхивает изображение косичек и карамели. Горячей кожи. Она сильнее притягивает его голову в вырез своего накрахмаленного лабораторного халата.
Вспомнив, где он, он задирает ее юбку, а она разводит ноги. Он принимает ее приглашение и стягивает вниз ее трусики. Снова ее целует. Облизав пальцы, дразнит ими ее клитор, а затем погружает их в нее. Поначалу медленно, только кончики пальцев, но она толкается вперед, чтобы побудить его войти глубже. Сет входит глубже, еще глубже, а Арронакс вращает бедрами и неровно дышит.
