«Ладно, может хоть это обучение меня отвлечет. Раз Оля советует, может, реально в нем будет что-то стоящее».
Глава 6. 30.11, понедельник
Олег Северов
«Наверное, надо было раньше с родителями поговорить. Почему я избегал разговоров с ними? Может, они сказали бы что-то дельное. А теперь я буду как всегда во всем виноват», – удрученно размышлял Олег. Он решил не предупреждать родителей о своем приезде. Если окажутся дома, разговор состоится, если нет, то не судьба. У Олега была маленькая надежда, что родители посоветуют не возвращаться к Насте, и тогда он с радостью поддержит это решение. Отец был дома.
– Привет, пап. Где мама?
Еще не поседевший и знающий себе цену отец не смотрел на Олега.
– В бассейне. Что ты хотел? – тон у Ивана Яковлевича был жесткий и недружелюбный.
– Ты хочешь, чтобы я уехал?
– Нет.
– А что ты со мной так разговариваешь? На что ты сердишься?
– Ты большой мальчик. Дело твое, как жить. Но ты сломал жизнь дочке. Если тебя это мало волнует, то мне не все равно.
– Так, папа, давай не будем подобным образом начинать разговор. Я приехал, потому что хочу с тобой посоветоваться, что мне делать дальше.
Отец поднял глаза и сказал устало:
– Некоторые ошибки нельзя исправить.
– Да, исправить нельзя, но жить как-то нужно. Что ты посоветуешь? Я люблю Ларису, она ждет меня. Мне она нужна, понимаешь? Я тебе не раз говорил, что я страшно устал от Настиных закидонов. Когда-то я любил ее, страдал, терпел измены… Теперь от тех чувств даже пыли не осталось. Она мне безразлична, как чужой человек.
– Раздевайся, проходи на кухню. Ты сделал все не по-человечески. Но теперь ничего не поделаешь. Ты успел развестись? – взгляд серых внимательных глаз настойчиво требовал ответа.
– Нет, планирую завтра забрать заявление. Папа, ты же тоже увлекался женщинами. И это было …
Отец перебил его:
– У меня было много увлечений, но я держался за семью. Как ты думаешь, это было правильно? Ты рад, что сейчас можешь прийти к родителям и поговорить с ними? А если бы я развелся, то чтобы ты имел сейчас? У меня была бы другая жена, другие дети. В какой мере ты был бы мне интересен?
– Не знаю, – Олега начинал бесить разговор. «Зря я пришел, сколько раз пробовал с ним говорить, ничего путного не выходило», а вслух он сказал:
– Ты любил кого-то сильнее мамы?
– Нет.
– Возможно, в этом и заключается разница наших ситуаций.
– Возможно, а возможно, я не позволял себе влюбиться. Полюбить заставить нельзя, а вот запретить себе любить можно, – отец демонстративно отвернулся от Олега и вышел из кухни.
Пока Олег ставил себе чай, вернулась Мария, и вместе с ней заструился запах свежевыпеченных булочек, которые лежали в бумажном пакете. Она была свежа после бассейна с морской водой и в прекрасном настроении.
– Мам, привет! – может, хоть с ней можно будет поговорить.
Олег отхлебнул чай.
– О, сынок! Молодец, что заехал! Садись за стол – будем пить чай с плетенками. Тебе молочный улун? – Мария очень обрадовалась, что сын зашел.
– Мам, я уже заварил. Тебе налить?
– Наливай, – Мария увидела подавленное состояние сына, – ты не переживай так сильно. Все образуется. Разные бывают ситуации в жизни. Из любых есть выход.
– И как ты считаешь, мне нужно поступить?
– Ты сам где хочешь быть?
– Я хочу быть с Ларой, но боюсь, что Настя дочь загубит. Мне тяжело быть рядом с Настей, я задыхаюсь.
– Это понятно. Сейчас у вас кризис. Но поверь, кризисы проходят. С Ларисой, думаешь, у тебя кризисов не будет? У вас все гладко, потому что вы только стали жить вместе. Нет заедающего быта и детей. А прикинь, если появятся. Ты вообще будешь рваться между Алиной и новой семьей.
Видя, что сыну становится совсем не по себе, Мария решила перевести разговор:
– Слушай-ка, расскажи мне лучше про мужа сестры Насти. Ты его хорошо знаешь?
– Нет, я его плохо знаю, а что такое?
– Да я хотела узнать про его бывшую жену.
– С чего такой интерес?
– У меня есть знакомая с фамилией такой же, как и у него, вот и хочу понять, родственники они или нет.
– Спрашивай сама у Насти, ты с ней нормально общаешься.
– Хорошо, поговорю с ней. Может быть, мне ей еще что-нибудь сказать, повлиять на нее?
– Как можно на нее повлиять? Она себя считает умнее всех остальных и всегда делает так, как сама считает нужным.
– Она переживает, что у тебя любовница, переживает, что ты ушел, ее понять можно, – хоть Мария и недолюбливала Настю, но менять шило на мыло ей не хотелось. Раз Лариса пытается разбить семью, значит женщина без принципов и ждать от нее можно чего угодно. Тем более, что Настя из хорошей семьи, с прекрасным образованием, а эта новая пигалица ничего из себя не представляет.
– Мам, всех понять можно. Но я хочу жить, хочу любить, хочу секса каждый день или через день, а не по праздникам!
– Ну так и встречайся с Ларой каждый день, что тебе мешает?
– Понимаешь, тебе-то хорошо говорить, когда ты живешь в семье и тебе не нужно ходить налево. Жить двойной жизнью не по мне.
– Много в жизни приходится делать, что не нравится. Разные есть периоды. И сохранить семью сложно. А ты думаешь, что мне было просто, когда твой отец гулял? – Мария оглянулась, пытаясь понять, не слышит ли их Иван. Убедившись, что он в комнате смотрит телевизор, она продолжала:
– Мне хотелось его бросить не один раз. Это унизительно – понимать, что от тебя гуляют и фактически ни во что не ставят. У меня секс был тоже по праздникам, но я выжила и все наладилось.
– А сколько ты ждала?
– Лет 20…
– То есть ты всю свою молодость переживала и фактически не жила полной жизнью?
– Да.
– А это стоило того?
– Я считаю, что стоило. Я люблю твоего отца, и он любит меня, несмотря на измены. И сейчас у меня отличная семья.
– Ты хочешь сказать, что в молодости всех «штормит»?
– Я думаю, не без этого. А почему ты не поговорил с отцом или мной раньше, когда принимал решение о разводе?
– Я знал, что вы начнете меня отговаривать.
Олег осознал, что у него нет выбора – нужно возвращаться к Насте. Он не готов пойти семье наперекор. За окном мела метель и последние коричневые листья облетали с многолетних лип. Летом прекрасный вид на Поклонную гору сейчас выглядел унылым и мрачным. «Даже природа на стороне родителей, все не так, – с горестью подумал Олег, – а ведь она меня сегодня ждет с ночевкой… Как я ей буду объяснять свой уход?»
С тяжелым сердцем он ехал на Садовое. Когда Лара открыла дверь, Олег увидел только огромные печальные глаза.
– Моя хорошая… Все плохо, – он зарылся в ее светлые шелковистые волосы. – Мне нужно вернуться к жене, чтобы
