— Проявил небрежность.
Грейс поняла, что на этом тема закрыта. По крайней мере, пока. Она задумалась, как бы похитрее копнуть поглубже, когда ощутила прикосновение к затылку призрачных пальцев. Инстинктивно напрягшись, она скрестила руки под грудью, чтобы спрятать ладони.
На дорожке было много народа, но человек, вышедший к ним из тени, двигался не так, как другие. От Грейс и Лютера его отделяли несколько ярдов[24]. Было слишком темно, чтобы разглядеть его черты, но что-то в его походке встревожило чувства Грейс. Он не прогуливался, не совершал пробежку, а двигался плавно и хищно, как тигр на охоте.
Грейс поняла, что и Лютер почувствовал легкую тревогу, потому что тоже заметил направляющуюся к ним фигуру.
Она максимально напрягла свои парачувства. Бросив лишь один взгляд на сильную ауру, окутывающую приближающегося человека, Грейс сразу же поняла, кто он такой. Пара-охотник.
Все ее инстинкты завопили, требуя развернуться и бежать, хотя логически она понимала, что это бесполезно. Если бы этот человек охотился за ней, то легко бы догнал. Люди, наделенные талантом охотника, не были суперменами, но свойственные человеку охотничьи способности у них были усилены на парапсихологическом уровне. Они отлично видели в темноте. Рефлексы их были подобны рефлексам любого дикого хищника. Они могли выследить психический след своей добычи, а любимой их жертвой были люди.
Многие охотники были военными или работали в системе безопасности. Но Грейс хорошо знала, что, учитывая их естественные способности, некоторые из них неизбежно становились опасными хищниками.
Аура Лютера тоже менялась, однако внешне он не выглядел напряженным. Его хромая походка осталась прежней, но он вдруг оказался чуть ближе к Грейс, чтобы убедиться, что охотник перейдет на другую сторону, не задев ее.
«Успокойся, — думала она. — Кем бы ни был этот парень, он здесь не по твою душу. Если бы они тебя нашли, то послали бы кого-нибудь в Эклипс-Бей. Они не стали бы ждать, пока ты отправишься в отпуск на Гавайи».
С другой стороны…
Охотник был меньше, чем в двух ярдах, расстояние быстро сокращалось. И все же Грейс продолжала идти рядом с Лютером, легко приспосабливаясь к его медленным, осторожным шагам. Трость продолжала стучать в неизменном ритме.
Грейс стало спокойнее. Логика и здравый смысл пробудились и взяли верх над примитивными инстинктами.
Нет, не логика и не здравый смысл. Ее страх нейтрализовало нечто другое. Вообще-то она все еще должна была бояться. Что же не так? Эта мысль пугала ее почти так же, как приближающийся охотник.
Инстинктивно Грейс попыталась отразить успокаивающее влияние. Она должна бояться. Это адекватная реакция в сложившихся обстоятельствах. И, черт возьми, она будет бояться.
Неестественное спокойствие дрогнуло и рассеялось. Преследующий ее ужас тут же вернулся, как и ощущение правильности происходящего. Именно так она и должна была себя чувствовать.
Еще не успев вновь привыкнуть к ощущению страха, Грейс почувствовала ауру Лютера. Она пульсировала в необычных точках спектра. Сила находила отклик в ночи.
Двое мужчин были уже так близко, что могли дотянуться друг до друга. Внезапно, как будто кто-то нажал психический выключатель, аура охотника потускнела, становясь менее насыщенной. Это все еще была аура пара-охотника, но теперь он определенно прекратил поиски добычи. Его энергетическое поле сменило цвета и настроилось на волны спокойного, даже сонного человека. Кем бы он ни был, охотник не интересовался ни ею, ни Лютером.
Он прошел мимо, не проявляя интереса к парочке слева от себя. Грейс едва справилась с желанием оглянуться.
— Все нормально, — спокойно проговорил Лютер. — Он ушел.
— Охотник, — прошептала Грейс.
— Да.
Она взглянула на Лютера, опасаясь того, что может увидеть. Но его аура снова стала нормальной. Возможно, минуту назад она ошибалась. Может, близость агрессивной ауры охотника повлияла на ее чувства.
— Как вы поняли, что он охотник? — спросила она.
— Я не умею читать ауры так же, как вы, но подобную энергию не трудно распознать, особенно когда парень напряжен. Разве вы не заметили, как все остальные на дорожке инстинктивно уступали ему дорогу? Даже обыкновенные люди могут уловить присутствие высококлассного хищника в непосредственной близости. Вы не замечали?
— Должна признаться, не обращала внимания. Он был очень силен и, как вы сказали, напряжен.
— Преследовал кого-то?
Грейс задумалась:
— Нет. В его ауре я этого не увидела. Он не был сосредоточен. Не думаю, что он преследовал кого-то конкретно. Может, просто вышел на вечернюю прогулку и захотел раскрыть свои парачувства. Вы же знаете, как это бывает. Иногда ты используешь свои парачувства просто потому, что можешь.
— Может, он осматривал местность, — предположил Лютер. — Что-то разведывал.
— Это, конечно, возможно. Но для чего?
— Хороший вопрос. Что еще мне нужно знать?
— Есть кое-что, — ответила Грейс. — Кем бы он ни был, он в ладах с насилием.
— Убийца?
Она поколебалась:
— Думаю, он убивал, да, но он не псих и не маньяк. Убивал не в состоянии аффекта и не под влиянием эмоций. И он не социопат. Их легко различить. Я увидела хладнокровие, чуть ли не деловой подход к насилию.
— Не думаете, что он, возможно, военный или коп?
— Может быть. Или профессиональный гангстер. Кем бы он ни был, он умеет не сваливать все в одну кучу.
— Что, черт возьми, это значит?
Грейс поморщилась:
— Это значит, что, чем бы он ни занимался, он способен иметь любящую жену и семью.
— Что касается нашего недавнего разговора, — как бы между прочим, начал Лютер. — Того, в котором мы обсуждали, какое отношение к этому делу имеет теория вероятности Фэллона Джонса.
Грейс с трудом сглотнула:
— Если грубо перефразировать, теория звучит так: «Какова вероятность, что на курорте можно будет встретить больше одного таланта высокого уровня?»
— Ага, она самая, — отозвался Лютер. — Думаю, в ней есть изъян.
— Согласна. Но, думаю, теоретически вполне вероятно, что парень, с которым мы только что разминулись, — невинный турист, случайно выбравший один из соседних курортов. На этом пляже много отелей.
— И все же…
— Правильно. И все же… Такие сильные охотники встречаются не часто.
— Да уж, не часто. Как и сильные таланты по чтению аур вроде нас. — Лютер внезапно остановился. — Поэтому вопрос такой: какова вероятность, что три очень сильных парапсихолога встретятся на одном и том же пляже в одно и то же время?
