Читаем без скачивания Real-RPG. Жало-2 - Дмитрий Анатольевич Гришанин

огненный смерч, и осторожно выглянула из укрытия. Убедившись, что все «ткачи» мертвы, Берта выбралась из щели и, больше не таясь, побежала в дальний конец пещеры… Дальше мы остановили ее рассказ. Что было после взрыва, все прекрасно знали по собственному опыту.

А еще через три дня, когда, во время очередного виртуального замеса, я буквально вырвал отчаянную девчонку из клешней стерха, между нами с Бертой неожиданно вспыхнуло взаимное притяжение, и как-то так само собой получило в тот же вечер после отбоя мы оказалась вдвоем на узкой армейской койке, под одним одеялом.

Глава 13

Глава 13. Взломщик и интуиция

Густой ельник трещал и ломался под натиском исполинской туши тресурк-взломщика. Этот похожий на жука-скарабея (только в полтора моих роста высотой) рух ломился сквозь непролазную чащобу, как танк, ничуть не смущаясь разносящегося на многие километры окрест треска, от ломаемых жвалами древесных стволов.

А кого, собственно, ему было опасаться? Имперской техники с крупнокалиберными орудиями по близости чуткий рух не ощущал. А гранаты и «рогачи» горстки брошенных ему на перехват жал для почти полуметровой панцирной брони монстра были, что называется: как слону дробина. Броня толстых, как бревна, конечностей руха была немногим тоньше, плюс тресурк-взломщик обладал феноменальной регенерацией и был способен за считанные часы полностью восстановить или заново отрастить искалеченную часть тела.

Чтобы гарантированного упокоить монстра, необходимо было очень быстро вывести из строя две-трети жизненного важных органов руха. А без артиллерии сделать это было практически невозможно.

Да и поддержка артиллерии в противостоянии с тресурк-взломщиком вовсе не гарантировала стопроцентный успех. Наряду с отменной защитой, взломщик обладал дальнобойным оружием огромной разрушительной силы. Его плазменные заряды в легкую сносили защитные экраны любой мощности (собственно за это тресурк и получил столь грозную приставку к своему наименованию) и плавили МБПП жал, как воск, мгновенно превращая угодивших под прямое попадание бойцов в горящие факелы. Кроме того, «взломщики» являлись первоклассными землеройками, умели быстро зарываться под землю на глубину не доступную нашим развед. дронам, и внезапным появлением из подземной норы могли произвести настоящее опустошение в тылу занявшего плацдарм стожа.

Исторгаемый тресурк-взломщиком заряд плазмы поражал противника на дистанции до двухсот метров. Казалось бы пустяк, по сравнению с многокилометровой дальнобойностью наших артиллерийских снарядов. И в дальности артобстрела рухи нам безнадежно проигрывали. Но!.. В симбиозе с реагентом-усилителем кавра-слизняков, исторгаемый тресурк-взломщиком заряд плазмы (в зависимости от объема добавленного реагента) мог улететь на десятки, и даже сотни километров. Что теоретически позволяло рухам дотянуться зарядом плазмы даже до орбитального хофа.

Еще на утренней лекции, когда нас в мельчайших подробностях ознакомили с этим опаснейшим (но к счастью малочисленным, из-за свирепого нрава и неуживчивости) представителем многоликого семейства рухов, я догадался, что на виртуальном тренинге нам подготовят какую-нибудь бяку, с участием тресурк-взломщика. Но такой откровенной подставы от командования я, конечно, никак не ожидал.

Как не сложно догадаться, горсткой смертников, брошенной тресурк-взломщику наперехват, стал наш деж. И командование поставило перед нами практически невыполнимую задачу: любой ценой остановить тресурк-взломщика, не позволив ему соединиться с попавшей в окружение имперских стожей стаей гразухов-попрыгунчиков. Вот это нам, конечно, «фартануло» в вирте! Жопа, просто, а не задание. Проще и сто крат безболезненней тут же пострелять к хренам друг дружку, чем практически с голыми руками подставляться под плазму монстра (как я уже упоминал ранее, имеющиеся у нас гранаты и «рогачи» против брони «взломщика» были малоэффективны). Но рекруты — народ подневольный, а приказ — есть приказ.

Вычислить громыхающего на всю округу «взломщика» не составило труда. Быстро отыскав проделанную гигантом в чащобе просеку, мы крадучись двинулись по ней следом, на ходу обсуждая план предстоящего захвата.

Ничего более дельного, чем обойти тварь с флангов, и в урочный час со всех сторон дружно закидать «взломщика» гранатами, я придумать не смог. Но как только деж стал расходиться, реализовывая мою задумку, чуткий «взломщик», сквозь издаваемый им самим оглушительный треск, каким-то чудом смог расслышать шум раздвигаемых рекрутами еловых сучьев в округе, и тут же накрыл нас плазменным залпом.

В мановение ока вокруг разверзся Ад.

Пятеро из нас (Марина, Сыч, Мих, Сергей и Берта), угодив под прямой удар плазмы, превратились в живые факелы и за считанные секунды выгорели до пепла. Еще двоих: Артема и Лю, плазменный заряд задел частично, но из строя, всё одно, обоих вывел железно — у Смерницкого по плечо обуглилась левая рука, а Пчин оказалась без обеих ступней, по щиколотку развеявшихся у меня на глазах горящим пеплом.

В довершение бед, от залпа плазмы, спичкой полыхнул окружающий ельник. И пережившие прямой удар тресурк-взломщика рекруты оказались в эпицентре бушующего пожара.

Уцелевшим вместе со мной Алонсо и Дэйву сохранившие герметичность жаропрочные МБПП помогли выжить в огненном пекле, а опустившиеся стеклянные забрала шлемов запустили работу фильтров, и мы не задохнулись от угарного газа. Тяжело раненым же Артему и Лю в поврежденных МБПП пришлось худо. Ребята в буквальном смысле начали, как картошка в углях, медленно запекаться в пекле бушующего пожара, и отчаянных воплей друзей мы не услышали лишь по тому, что оба рекрута еще после контакта с плазмой потеряли сознание.

Алонсо и Дэйву я отдал приказ: вынести из пожара раненых друзей. И чтоб у парней не возникло соблазна поспорить (типа, как же они бросят командира здесь одного?), подкрепил его активацией «Метки подчинения».

К тому времени ежедневные смертельно-опасные схватки с рухами в виртуале выявили у меня очень полезное для будущего жала качество — умение интуитивно находить уязвимые места на телах рухов. Стреляя по противнику, или отмахиваясь ножом в рукопашной схватке, я удивительно часто попадал аккурат в жизненно важные, болезненные точки рухов, потому гораздо чаще товарищей выходил из таких схваток победителем. Наверняка, интуитивное чутье на слабые места противника было неразрывно связано с пробудившейся во мне функцией «Личинки грауса», которая так же постепенно развивалась, ежедневно прирастая после виртуальной схватки с рухами на какое-то количество процентов. Постепенно раскрывающаяся генная память грауса на подсознательном уровне управляла моей рукой в бою, превращая грозных противников в легко поражаемые жертвы. От боя к бою моя уверенность росла, и буквально через пару недель, после первой схватки в вирте, я не только перестал бояться рухов, но неоднократно даже ловил себя на мысли, что просто жажду бросить вызов очередному здоровяку в хитиновой броне. На смертельную схватку с рухами я летел словно на крыльях, ощущая себя тореадором, идущим на арену к быку.

Вот и теперь, оставшись в одиночестве,