собаки, — с заметным облегчением ответил Маршал Гнездо внимательно оглядевшись.
— Плут там, — Третьяк махнул на голубую воду, подёрнутую мелкой рябью, — но он заплыл далеко, так что с берега не видно.
— Что за чушь! — не поверил Гнездо и дёрнулся, когда ему на плечо плюхнулась тяжёлая белая клякса.
Чайка глумливо разразилась торжествующим криком и, сделав круг почёта, улетела в сторону скалы со старыми развалинами. Третьяк молча ей зааплодировал. Несмотря на довольно тёплую погоду, Маршал Гнездо был в своей, неизменно отвратительной, по мнению Третьяка, кожаной куртке. Похоже, что полицейский знал, что пятно от помёта чайки, если не стереть его немедленно, обязательно оставит пятно. Гнездо скинул куртку, достал из брюк носовой платок и принялся тереть белую кляксу. Выходило из ряда вон плохо. Пятно от помёта стало столько больше, и Гнездо мрачнел на глазах. Прибой на расстоянии двух шагов от мужчин с шумом лизал мелкую гальку, раздражая полицейского ещё больше. А всё потому, что Маршал сомневался, стоит ли намочить платок в солёной воде, которая может не помочь проблеме, а усугубить её.
Пока полицейский был увлечён спасением своего единственной куртки, на берег выбрался Плут. Гнездо заметил это, только когда пёс принялся усердно встряхиваться, разбрызгивая солёную воду на метр вокруг.
— Третьяк! — заорал полицейский возмущённо, — вы делаете это нарочно!
— Что? — искренне не понял Вальтер, поспешно надевая ошейник на сопротивляющегося мокрого пса.
— Да, всё! — в голосе старшего уполномоченного звенело что-то, очень напоминавшее обиду, но дракон решительно не понимал, откуда она могла взяться.
— Клятвенно вас заверяю, что не имею отношения к выходке пса, — почти не соврал Вальтер и поспешил добавить, — и к выходке чайки, если что, тоже.
Гнездо поджал губы, отчего его раздувающиеся ноздри стали будто бы ещё больше. Внутренне он принял решение, сделал пару шагов и принялся полоскать платок в накатывающей на берег волне, одновременно стараясь не замочить обувь. Вальтер посмотрел на это действо со стороны, качнул головой и поспешил убраться подальше. Хотя бы и на мыс к развалинам. Полицейский, если захочет, сможет его нагнать. Стоять и наблюдать за отчаянными действиями Гнездо точно не стоило. Это грозило усугублением и без того натянутых отношений с полицейским.
Вальтер старался шагать размеренно и непринуждённо, словом, так, чтобы у человека, смотрящего ему вслед, не было ощущения, что Третьяк уходит поспешно. На самом деле Вальтер торопился. Появление полицейского на пляже было совершенно некстати. Не хватало ещё, чтобы Вальтер заподозрили в причастности к ещё одному убийству. Тюрьмой он был сыт по горло, пусть современное заточение больше походило на затворничество, чем на наказание, существенно дело это не меняло. Третьяк не желал попадать в заключение, каким бы оно ни было. Плут бежал рядом, то и дело съезжая мокрыми лапами с гальки. После плаванья он был доволен, потому совсем не ворчал и не капризничал.
Гнездо так и не окликнул Третьяка, а, может, его окрик заглушил шум прибоя и возня чаек. Оборачиваться Вальтер не собирался. Сейчас он планировал доиграть роль человека, выгуливающего пса на побережье, а заодно осмотреть мыс на предмет места, откуда можно незаметно скинуть тело в воду. Как и ожидал Вальтер, такое место нашлось, но вот чего он не ожидал, так это ещё одну встречу.
Глава 13.1
Подъём на вершину мыса занял около двадцати минут. Плут лениво бежал впереди, примерно исполняя роль пса на прогулке, Вальтер следовал за ним, то и дело оглядываясь по сторонам. Несмотря на то что в Голубой бухте Третьяк и Плут бывали часто, к развалинам они обычно не поднимались. Последний раз случился лет пять назад, когда Вальтеру пришлось вскрывать тайник с золотом в скале, чтобы закрыть дело о пропаже броши старой герцогини Чернышевской. Мыс был для Третьяка и его четвероногого партнёра неприятным местом. И дело было даже не в том, что замок, с которым было связано много неприятных воспоминаний, превратился в груду развалин при непосредственном участии Плута и Вальтера. Мыс словно бы был пропитан энергетикой Первого, заточенного в подводной пещере в основании скалы. А она была потенциально опасной.
Внимание Третьяка привлекла небольшая тропа, вытоптанная среди редкой, уже успевшей выгореть добела, травы. Свистнув Плуту, который уже успел убежать вперёд, Вальтер пошёл по проторённому кем-то пути. За небольшим кустом обнаружился скол скалы. Вероятно, под воздействием времени, ветра, воды, а, может, и человека, с правой стороны мыса появилось площадка, которой раньше не было. Она находилась метрах в трёх от вершины и была довольно широкой, чтобы там уместилась кованая скамья. Перед тем как углубиться в изучение найденного места, Третьяк обернулся. Зрение у дракона было гораздо лучше человеческого, но, несмотря на это, он не смог найти в Голубой бухте фигуру Маршала Гнездо. Но размышлять о том, куда делся полицейский, Вальтер не стал, его внимание привлёк блеснувший на солнце предмет. Плут тоже что-то заметил, потому что мгновенно подбежал к нужному месту. У ножки кованой скамьи, пёс принялся обнюхивать жидкий кустик травы.
— Нашёл что-то интересное? — спросил Вальтер у бассет-хаунда, хотя знал ответ заранее, Плут любил, когда с ним разговаривают.
— Барк! Барк! — охотно отозвался пёс.
— Дай и мне посмотреть, — попросил Вальтер, оттесняя собаку.
— Барк, — покровительственно выдал Плут и посторонился.
Мужчина присел, раздвинул пальцами траву, и его мгновенно попытался уколоть небольшой осколок стекла. Благо кожа у Третьяка даже в человеческом виде была, что называется, бронированной. Вальтер хмыкнул и разобрал травинки уже осторожнее, чтобы не повредить находку. Чайка, пролетевшая над головой, прокричала своё насмешливое ииии-ха-ха-кха-ха, и мужчина инстинктивно поднял голову. Не найдя никаких для себя угроз, Вальтер вернулся к рассматриванию травы, в которой нашлось несколько выпуклых осколков стекла и маленький полый металлический цилиндр с резьбой по внутреннему краю. Что-то тут разбилось и, судя по всему, совсем недавно. Металл выглядел как новый, а вот ножки кованой скамьи уже покрылись ржавчиной. Стало быть, солёные брызги время от времени долетали до места, где Третьяк нашёл странный мусор. В таких условиях металл за несколько дней или темнеет, или покрывается солёным налётом.
Выложив на ладонь находки, Вальтер принялся их рассматривать внимательнее. Осколки были небольшие и по форме напоминали колбу, большей части которой не хватало. Третьяк покопался в траве ещё, а Плут обследовал пространство поблизости. Результатом стал вывод, что кто-то явно забрал большую часть осколков. И это было подозрительным. А ещё Вальтер никак не мог понять, на что похож металлический цилиндрик с небольшим полым навершием, в которое можно было вставить разве что, кусок проволоки или
