сидит, и на секунду мне кажется, что ей, возможно, становится лучше, но затем ее глаза расширяются от паники.
— О, нет. — Она быстро стоит и шатается. — Мне будет плохо.
Она мчится мимо меня в ванную, хлопает дверью, и через секунду я слышу, как она лезет в унитаз.
Я выхожу наружу. Я хочу обеспечить ей конфиденциальность, но меня это также беспокоит. Когда в туалете смывается вода, я стучу в дверь. — Ты в порядке?
— Я в порядке. Иди домой, Гэвин.
— Я никуда не пойду, Вайолет.
Она не отвечает.
— Могу ли я войти?
— Я просто отдыхаю секунду. Я сейчас выйду.
Отдыхаю?
— Я захожу, Вайолет. — Повернув ручку, я медленно открываю дверь, чтобы дать ей время возразить.
Вайолет сидит на полу рядом с туалетом, прислонившись спиной к стене и прижимая колени к груди.
— Ты дрожишь. — Я делаю два больших шага, чтобы добраться до нее.
— Т-так х-холодно. — Зубы стучат при каждом слове.
Я не думаю. Я поднимаю ее с пола и удерживаю. Слёзы текут по её щекам, а тело становится скользким от пота.
— У меня немного на рубашке. Я пахну рвотой.
Это дает мне идею. Вместо того, чтобы вернуться на диван, я веду ее наверх. Я ставлю ее на туалетный столик в ванной наверху и наливаю воду в ванну.
— Моя мама сказала, что теплая ванна помогает снять жар.
— Я просто хочу спать. — Она обхватывает руками талию.
— Я знаю. — Я отступаю к ней и заправляю прядь волос за ухо. — Сначала быстро прими ванну, ладно?
Ее темные глаза сверкают смирением. — Хорошо, но я не буду раздеваться перед тобой.
— Я так и думал. Если я тебе понадоблюсь, я буду прямо снаружи.
— Подожди, — кричит она, прежде чем я закрываю за собой дверь.
— Ага?
— Ты принесешь мне чистую футболку? Моя комната…
— Я найду, — говорю я.
Спальня Вайолет находится в самом конце коридора. Я переступаю порог и включаю свет. Когда свет заливает пространство, я улыбаюсь.
Я хожу вокруг, рассматривая фотографии, прикрепленные к пробковой доске. Тонны ее, Дейзи, Джейн и Далии, а также еще нескольких человек с ее родителями. На стене над большой кроватью у нее висят две цитаты Джейн Остин в рамках. На ее тумбочке стоят полупустые стаканы с водой и большая стопка книг.
Я мог бы задержаться, рассматривая каждую деталь, гораздо дольше, но хватаю из шкафа чистую футболку и иду обратно в ванную.
— У меня есть твоя футболка.
Дверь открывается. Вайолет стоит с другой стороны, обернув полотенцем свое маленькое тело. — Спасибо.
Я сглатываю, когда мой взгляд опускается на ее обнаженные плечи и ключицы. — Скажи, если я тебе понадоблюсь?
Она кивает и снова пытается отгородиться от меня, но я останавливаю это рукой. — Не запирай, ладно? Я не войду, если я тебе не понадоблюсь, но я не хочу выбивать дверь.
Ее брови вопросительно приподнимаются.
— Вопреки тому, что ты думаешь, Ви, я забочусь о тебе. Если бы я думал, что тебе что-то нужно, я бы сделал гораздо больше, чем просто выбил дверь, чтобы добраться до тебя.
* * *
Когда она выходит из ванны, она идет в свою комнату, а не вниз. Я приношу ей еще лекарств и воды, пока она ложится под одеяло. Уже поздно, час ночи. Из окна ее спальни я вижу, как дела в соседнем доме начинают утихать.
— Ты пропустил вечеринку, — говорит она, когда я сажусь на край кровати.
— В любом случае, мне не хотелось веселиться сегодня вечером.
Она изучает меня через край стакана, делая глоток. Ставя его на тумбочку, она падает обратно на подушки. — И все же ты был на вечеринке, и в твоей комнате была девушка.
— Она поднялась наверх. Я не отверг ее.
Она задумывается об этом на секунду. — С каких это пор ты не в настроении веселиться?
Я слегка пожимаю плечами. — Я буду спать внизу, на случай, если тебе что-нибудь понадобится.
Она начинает протестующе трясти головой.
— Я не оставлю тебя одну. Даже я не такой уж и придурок.
Она фыркает от смеха, а затем стонет.
Я натягиваю на нее одеяло. — Поспи.
Она протягивает мне руку, прежде чем я встаю, кладя свою горячую, липкую ладонь мне на предплечье. — У Джейн самая большая кровать. Она не будет возражать, если ты разобьешься там.
Я киваю. — Почему ты осталась дома, когда твои подруги уехали на весенние каникулы?
— На следующей неделе у меня очень важный университетский проект. — Она вздыхает. — Я так и не придумала дизайн. Я должна была сделать это сегодня вечером, чтобы начать работать над этим завтра. У меня заканчивается время.
— Ты разберешься, но сначала тебе нужно поправиться.
Ее глаза закрываются. — 7-up [Прим.: 7 Up — торговая марка газированного напитка со вкусом лимона и лайма, не содержащего кофеина], жареный сыр и день в постели.
— Что?
— Ничего. Это то, что делал мой отец, когда я болела в детстве. Обычно он оставался со мной дома, потому что его работа была более гибкой. Он ужасно готовит, но готовит сыр на гриле, и мы целыми днями вместе смотрим фильмы.
— А 7-up?
— Чтобы помочь успокоить желудок. Не знаю, действительно ли это работает или это просто то, что он сказал, но я всегда чувствовала себя лучше.
— Звучит неплохо.
— Что твои родители делали для тебя, когда ты болел?
Я вспоминаю, как моя мама оставалась дома со мной. В основном она позволяла мне быть в покое и проверяла меня. У меня есть еще несколько воспоминаний о тех днях, когда я разговаривал с отцом по телефону. Это один из немногих случаев, когда мы разговаривали, пока он был в дороге, путешествуя с командой. Ему нравилось сосредотачиваться, заглушать весь шум, пока он играл. Думаю, до сих пор я
