Читаем без скачивания Поле боя – Пекин. Штурм Запретного города - Георгий Савицкий

– Товарищ командир, гравитонный локатор засек цель на удалении четырехсот километров, – доложил штурман-навигатор. – Цель по параметрам движения отличается от китайских космических кораблей «Шэньчжоу».

– Ладно, хрен с ним! Приготовиться к встречной атаке! – Майор Рахимов руководствовался древним изречением, которое произнес древнегреческий царь Агис II Спартанский: «Спартанцы не спрашивают, сколько врага, они спрашивают – где он»!

Сейчас как раз был такой случай, хотя сейчас война велась в космосе, а не на овеянном легендами Пелопонесском полуострове. Гравитонный локатор четко указывал пространственное положение целей, регистрируя своими сверхчувствительными детекторами локальное возмущение гравитационного поля в околоземном пространстве.

И «Язон» пошел в атаку, приготовив к решающему бою весь свой арсенал. Самонаводящиеся ракеты «Горгона» класса «космос-космос» ждали нажатия на гашетку, чтобы сорваться с ложементов стартовых электромагнитных катапульт и атаковать врага. Ствол электрокинетического орудия – первого в мире образца такого вооружения – холодно смотрел в холодную пустоту космоса. Высокоманевренные ракеты ближнего боя были готовы поразить цель с быстротой молнии.

Когда дистанция сократилась, космолетчики «Язона» смогли увидеть своего противника.

Черный треугольный силуэт с дельтовидным крылом и законцовками-хвостами двигался у самой границы атмосферы Земли. В кормовой части космоплана находился массивный блок маршевых и маневровых двигателей, предназначенных для полета в космосе. Нагромождением агрегатов и узлов он являл собой контраст с «зализанными» аэродинамическими поверхностями самого «космического самолета». Видимо, этот модуль отстыковывался при входе в атмосферу. За головным неопознанным аэрокосмолетом следовало еще три его «собрата» – целое звено против одного русского «Язона».

Как назло, сейчас все четыре русских ударных аэрокосмических корабля действовали каждый по своей цели и собраться вместе быстро не могли. Оставалось принимать неравный бой.

А китайские, в этом уже не было сомнений – на борту каждого из черных кораблей был нарисован извивающийся дракон боевые аэрокосмолеты перестроились в атакующую трехмерную конфигурацию и стремительно шли на сближение…

Аэрокосмический боевой корабль «Тяньлун» – «Небесный дракон» был копией американского проекта «Дайна Соар». Американский «динозавр» был создан еще 11 сентября 1961 года[9]. Но для китайцев, заполучивших от Америки развернутую технологическую документацию и даже один из образцов «Динозавра», принимавшего участие в летных испытаниях с бомбардировщика B-52, это было не главным.

Они хотели создать своего «космического динозавра», уже на новой элементной базе и с использованием новых двигателей (точнее, русских копий реактивных двигателей) и других систем.

Так они хотели восстановить «Статус-кво», тем более, что у истоков создания американского «космического динозавра» стоял китайский профессор Цянь Сюэсэнь.

Профессор Калифорнийского технологического института Цянь Сюэсэнь еще в 1949 году начал перспективные исследования по использованию аэробаллистических ракет в пассажирских перевозках. Впоследствии он вернулся в Китай и возглавил национальную космическую программу.

Таким образом китайцы вполне оправданно считали теперешнюю реализацию программы «Чайна Дайна Соар» возвращением к истокам.

И сейчас первые китайские аэрокосмолеты атаковали русский «Язон». Но сдаваться русские не собирались, даже несмотря на численное превосходство.

Майор Артем Рахимов отработал ручкой управления и педалями, заставив «Язон» резко перевернуться «с ног на голову», впрочем в невесомости понятие верха и низа отсутствовало по определению. Очередная манипуляция ручкой управления, педалями и рычагом управления двигателями, и русский боевой аэрокосмолет уже заходит в хвост китайскому «космическому динозавру»!

Действительно – бой в космосе, это – нечто особенное, ни на что не похожее действо со своими тактическими приемами, хитростями и возможностями.

Китайские аэрокосмолеты попытались перестроиться, чтобы атаковать «Язона», да не тут-то было! Оригинал по определению лучше копии, это касается и реактивных двигателей. А у русских они были лучшими в мире!

Плазменный факел форсажного пламени маршевого двигателя русского боевого аэрокосмолета казался оторвавшимся от солнечной короны протуберанцем. Вокруг основного сопла то и дело вспыхивали дюзы маневровых движков. Перегрузки пытались сдавить, скрутить, смять тела русских космолетчиков, но те, сквозь кровавую пелену в глазах, продолжали бросать вызов законам небесной механики. И они победили!

«Сначала победи, а затем сражайся»! – гласит известная китайская поговорка. Русские победили. Ракеты, запущенные с китайских аэрокосмолетов, в очередной раз прошли мимо. А вот комбинированные обзорно-прицельные комплексы русского «Язона» надежно держали цель.

На поляризованной лицевой пластине гермошлема майора Артема Рахимова перекрестье прицельной метки раздвоилось: светящиеся крестики легли на две независимые цели. «Захват произведен. Пуск разрешаю», – подтвердила система голосового оповещения. Майор Рахимов нажал гашетку отправив залпом сразу четыре «Горгоны» по двум целям одновременно.

Один из атакованных китайских «динозавров» сумел уйти от первой ракеты класса «космос-космос». Но зато вторая попала прямо в его кормовой двигательный отсек. Микрокумулятивно-стержневая боеголовка поразила двигательный отсек. Камера сгорания сдетонировала, выпустив на волю ревущий рукотворный протуберанец. Сдетонировали баки с гептилом, ракетным топливом и окислителем – азотным тетраоксидом. Они разнесли вдребезги китайского «космического динозавра». Второй «Тяньлун» «поймал» сразу две ракеты, превратившись в пылающее облако плазмы.

Но китайцы, несмотря на потерю сразу двух боевых единиц, продолжали космический бой. Они попытались сблизиться с русским боевым аэрокосмолетом и взять его в «клещи».

Резким маневром Артем Рахимов ушел от атаки. Выполнив разворот с большой перегрузкой, он поймал в поле зрения оптико-электронного комбинированного прицела еще одного китайского «космического динозавра» и ударил по нему из пушки. Электрокинетическое орудие выплюнуло очередь 45-миллиметровых корректируемых снарядов с инфракрасными головками самонаведения.

Разогнанный до скорости 12 километров в секунду стальной рой обрушился на несчастного «динозавра». Снаряды буквально аннигилировали китайский аэрокосмический корабль. На такой скорости не требуется даже взрывчатка – чудовищная кинетическая энергия снаряда гарантирует стопроцентное поражение цели.

Четвертого, и последнего, «Тяньлуна» нигде не было видно, видимо, китайские космолетчики почли за благо ретироваться с поля боя.

– Бой завершен. Штурман-навигатор, просчитайте курс и параметры входа в атмосферу Земли, – сказал по переговорному устройству майор Артем Рахимов.

– Вас понял, выполняю необходимые расчеты, – ответил Игорь Савиных. – Внимание, начать торможение… Угол атаки – шестьдесят пять градусов. Вход в атмосферу через три, две, одну секунду!

И в этот самый момент штурман-оператор Тарас Убийвовк прокричал по переговорному устройству:

– Командир, справа по корме – ракета!

А в следующий момент «Язон содрогнулся от страшного удара!

Это оставшийся, четвертый «Тяньлун» нанес удар. Китайцы, как всегда, взяли хитростью: они ушли в верхние слои атмосферы для того, чтобы образующаяся при трении о воздух плазма скрыла их корабль от локаторов «Язона». Поэтому-то вероломная атака и не была вовремя обнаружена системами предупреждения о нападении.

Аэрокосмолет «проваливался в атмосферу Земли, и это было смертельно опасно. Если угол и скорость входа в газовую оболочку планеты не будут соответствовать заданным параметрам, то русские аэрокосмолетчики повторят печальную судьбу Тунгусского метеорита.

«Язон» с трудом управлялся, системы одна за другой выходили из строя. Но Экипаж отчаянно боролся за живучесть космического аппарата.

– Командир, поврежден основной теплозащитный экран двигателя, перегрев канала инжектора. Мощность главного двигателя упала на сорок процентов, – доложил штурман-оператор. – Включаю резервный контур охлаждения. Повреждены отсеки правого борта, перебиты магистральные трубопроводы с хладагентом. Утечка газовой смеси во внешнюю среду.

– Понял тебя, – коротко ответил командир экипажа голосом, абсолютно лишенным интонаций. На чувства времени просто не оставалось. Ежесекундно «Язон» мог взорваться.

И нужно было принимать непростое, жизненно важное решение: попытаться сориентировать «Язон» в атмосфере, сбросить скорость до расчетной и продолжать торможение с последующим переходом на атмосферный полет. Существовала теоретическая возможность дотянуть до Уссурийска. А там – совсем недалеко, естественно – для многоцелевого ударного воздушно-космического корабля, находится Хороль с мощной посадочной полосой, резервным местом приземления для другого, еще советского аэрокосмолета «Буран».