– Все, что ты считаешь нужным, Нико. Твое слово для меня закон.
Нико, сияя от гордости, достал фирменный пакет.
– Нет, Нико. Упаковывать не надо. Ты ведь пойдешь прямо в этом? – обратился он к Паоле.
– А как же иначе. Но кое-чего все же не хватает. Нет ли у вас чего-нибудь из белья?
– Что вы имеете в виду, синьорина Паола? – церемонно спросил Нико.
– Я имею в виду дамские трусики. Ну, знаете, такой предмет женского туалета, который надевают на…
– Я понял, – почему-то покраснев, сказал Нико.
– А то я свои где-то потеряла. Ты не помнишь где, Роберто?
– Ума не приложу. – Роберто сокрушенно покачал головой. – Жаль, хорошие были трусики. Но ничего, не расстраивайся, Паола, я уверен, что Нико поможет нам. Не так ли, Нико?
Нико стоял красный, как рак, не понимая, шутят они или всерьез.
– Извини, Роберто, но мы не торгуем женским бельем. Есть один магазин чуть дальше по улице…
– Ни за что. Больше никаких магазинов, кроме этого, для меня не существует. Придется сегодня обойтись без трусиков. А что делать? – Паола всем своим видом изобразила растерянность.
– Об этом ведь никто, кроме нас, не знает, – сказал Роберто. – Нико никому не скажет, верно? Значит, аппетит пропадет только у меня, а это не так страшно. Я и не на то готов ради тебя, любимая.
– Что прикажете делать со старым платьем? – спросил Нико.
– Оставим здесь? – Роберто повернулся к Паоле.
– Нет, нет, ни за что. Это слишком дорогая для меня вещь. Отправьте, пожалуйста, в отель «Тремеццо» на имя Роберто Орицио, номер 56.
– Прощай, Нико, и спасибо за все.
– Роберто, одна просьба. Оставь автограф на память.
– Охотно. Где?
– Да хоть на этой стене. – И Нико протянул ему фломастер.
Роберто размашисто расписался.
– И вы, синьорина, прошу вас.
Паола просто приписала внизу «и Паола».
Они еще раз попрощались и вышли на улицу.
Ресторан «Колумб» располагался на самом берегу озера. По дороге все прохожие оборачивались и смотрели им вслед.
– Странно мы, должно быть, выглядим, – сказал Роберто. – Ты просто великолепна, как сверкающий изумрудный факел, а я, наверное, смотрюсь оборванцем рядом с тобой. Я так увлекся покупкой этого костюма, что совершенно забыл о себе. Но ничего уже не изменишь. Придется тебе смириться с моим соседством.
– Ты прекрасен, милый. И какое нам дело, что думают люди.
– Ты права. И в контрасте есть своя прелесть. Сегодня все будут особенно завидовать мне.
У входа их встретил метрдотель. Сначала он неодобрительно посмотрел на потрепанные джинсы Роберто, хотел уже что-то сказать, но узнав его, расплылся в улыбке и воскликнул:
– Синьор Орицио, какой сюрприз! Добро пожаловать, синьорина. Ваш любимый столик, синьор, как раз свободен. Прошу.
Он провел их через зал на террасу, увитую диким виноградом, и усадил за угловой столик у самой воды. Паола огляделась. Почти все столики были уже заняты. Отовсюду раздавался разноголосый приглушенный говор. Из зала доносились нестройные звуки, там музыканты проверяли свои инструменты. Официант зажег свечку под розовым кружевным колпачком и принес меню.
– Не надо, – остановил его Роберто. – Принесите нам для начала целую гору королевских креветок с фирменным соусом и вина на ваше усмотрение. Не возражаешь? – спросил он Паолу.
Она кивнула. Ей было так хорошо, что ничего не хотелось говорить. Просто смотреть на его лицо в мерцающем розовом свете свечи.
– Люблю это место, – нарушил молчание Роберто. – Когда сидишь вот так, спиной ко всем, кажется, что…
– Плывешь на корабле в неведомые страны, – подхватила Паола.
– Именно. Может быть, даже в неоткрытую еще Америку, как Колумб. Только мне повезло больше, чем ему. Его окружали только грубые матросы, а у меня есть ты.
Он потянулся через стол и взял ее руку. Словно электрическая искра пробежала между ними. Роберто вздрогнул и убрал руку.
– А это, оказывается, небезопасно. Можем спалить все это заведение. Интересно, где у них тут огнетушители. Так, на всякий случай.
Официант принес блюдо с креветками, соус и высокие бокалы на тонких ножках. Разлил вино и величаво удалился.
Роберто обмакнул креветку в соус и протянул Паоле. Она откусила нежную ароматную мякоть.
– М-м-м, восхитительно. Видишь, я уже ем у тебя из рук. Ты меня приручил. Помнишь «Маленького принца» Сент-Экзюпери? Там Лис сказал: «Мы в ответе за того, кого приручили». Так что ты теперь отвечаешь за меня. Тебе не страшно?
– Немного. Боюсь, не надоест ли тебе.
– Как знать? Все может быть, но ты первый узнаешь об этом. Ты можешь обещать мне то же?
– Обещаю. Но имей в виду, я так просто от тебя не отстану. Я слишком долго ждал тебя.
Роберто поднял бокал.
– За нас.
– За нас, – эхом отозвалась Паола. – Значит, есть уже такое понятие «мы». Как новое созвездие в небе.
– За то, чтобы оно долго светило.
Они выпили. Вино было терпким и освежающим. Оркестр в зале заиграл медленную обволакивающую мелодию.
– Потанцуй со мной, – попросила Паола.
Роберто встал, отодвинул ее стул и они вошли в зал. Под потолком медленно вращался огромный зеркальный шар, отбрасывая на стены сверкающие блики. По всему залу на разных уровнях висели подсвеченные модели парусников. Паола положила руки на плечи Роберто, он слегка прижал ее к себе, и они закачались в такт музыке.
Через тончайшую, невесомую ткань она чувствовала, как вибрирует, наливается желанием его сильное тело. Сознание своей власти над ним возбуждало ее. Прохладное прикосновение шелка к коже только усиливало чувственность. Я становлюсь Мессалиной, со сладким ужасом думала Паола. Я готова заниматься с ним любовью круглые сутки, где угодно и как угодно, хоть здесь, на танцевальной площадке. Паола подняла голову, нашла губами его губы и принялась целовать. Он прижал ее к себе так крепко, что у нее перехватило дыхание, и горячечно зашептал:
– Сладкая моя, любимая, уйдем отсюда, иначе я не выдержку и возьму тебя прямо здесь. Плевать мне на всех этих людей.
– Как раз к этой мысли я тебя и подвожу.
– Ты сумасшедшая, Паола, я обожаю тебя.
Его нетерпеливые пальцы пробрались под шелк и дотронулись до ее напрягшейся груди.
– А ведь ты тоже очень хочешь меня, правда?
– Да.
– Скажи мне это.
– Я очень хочу тебя, Роберто.
Он нагнулся и поцеловал набухший сосок. Тут неожиданно зажегся свет. Паола быстро привела в порядок свой костюм и огляделась.
У микрофона стоял знакомый метрдотель и пытался привлечь к себе внимание присутствующих.
– Синьоры, дамы и господа, уважаемые гости. Сегодня среди нас находится восходящая звезда нашего рока. Наверняка его имя многим хорошо известно. – Он выдержал эффектную паузу. – Синьор Роберто Орицио!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
