— Врач? — переспросила Эглантайн. — Вы заболели?
— Не я…
— Тогда не понимаю…
— Как, ты ничего не знаешь?!! — набросилась на нее собеседница. — Значит, ни один из так называемых «друзей» не удосужился поставить тебя в известность, что твой жених чуть не вывихнул ногу в этом проклятом клубе любителей регби? Да уж! Чарлзу вообще не следовало ехать туда. Не понимаю, почему ты не запретила… почему не уговорила его остаться дома?
Потому что ты бы тут же обвинила меня в ущемлении свободы твоего сыночка! — чуть не вырвалось у Эглантайн. Но вместо этого она вежливо поинтересовалась:
— Это случилось во время игры?
— Если бы! — хмыкнула возмущенная миссис Боуди. — После матча они напились в каком-то кабаке, а потом завязалась драка. Конечно, мой мальчик не был пьян, как все его друзья-остолопы, но не вступиться за товарища по команде — это выше его сил. В результате он попал в больницу с сильнейшим растяжением мышц ноги, а дружки спокойно продолжили пьянку. Самое возмутительное, что никто больше не пострадал! — Миссис Боуди задыхалась от обуревавшего ее негодования. — Теперь он несколько недель проведет в постели, а потом, наверное, будет вынужден ходить на костылях.
Эглантайн облегченно вздохнула. Если Чарлз будет еще долго прикован к постели, значит, мне удастся выкроить несколько дней для встреч с Ником. Однако она тут же устыдилась своего эгоизма.
— Мне очень жаль, — грустно сказала она в трубку. — Пожалуйста, миссис Боуди, передайте Чарлзу, что я желаю ему скорейшего выздоровления.
— Как это — передайте? — опешила собеседница. — Ты что, даже не собираешься навестить его в такую трудную минуту? Ради него мы переоборудовали гостиную в нашей квартире в удобную спальню, ведь бедняжке теперь трудно взбираться, как раньше, к себе наверх. Так ты придешь? — напористо вопросила миссис Боуди.
— Конечно, приду, — быстро ответила Эглантайн. — Завтра после ланча у меня будет пара свободных часов…
— Не думаю, что Чарлзу понравится этот странный ответ. Узнав о случившемся с ним несчастье, ты должна была вылететь из дому сию же минуту! В общем, мы тебя ждем сегодня вечером. Знаешь, если бы подобное случилось с тобой, уверена, Чарлз не отходил бы от тебя ни на шаг.
Эглантайн обреченно вздохнула.
— Хорошо, вечером буду у вас.
— Но не раньше шести! — предупредила миссис Боуди. — Мальчик только что отобедал, и я хочу, чтобы он как следует выспался.
По дороге к Чарлзу Эглантайн думала, что надо сказать ему все, как есть. Конечно, последует масса упреков и вопросов, но лучше ужасный конец, чем ужас без конца, решила она.
Чарлз переживал свою травму со всем присущим ему трагизмом. Рассеянно поблагодарив Эглантайн за книги, которые та привезла ему почитать, он стал сетовать на свои злоключения.
— Никто даже не поинтересовался, как у меня дела! — возмущался Чарлз, закатывая глаза к потолку. — Всем будто наплевать, что я чуть не лишился ноги! Слава Богу, врач вовремя понял серьезность травмы и отправил меня домой, а тренер — вообрази только! — хотел снова поставить меня в основной состав!
— Какой беспредел, — фальшиво посочувствовала Эглантайн, гадая, с какой стороны подступиться к щекотливому разговору.
— Наш семейный врач просто чудотворец, — заметила миссис Боуди, расставляя на столе чайный сервиз. — Как только состояние Чарлза немного улучшится, ему пропишут специальный режим: оздоровительные прогулки, физические упражнения…
— Это хорошо, — отозвалась Эглантайн, с неудовольствием отметив, что миссис Боуди усаживается возле сына на диван.
Ровно через полчаса она уже ехала домой. Разговора с глазу на глаз так и не получилось. Вездесущая миссис Боуди ни на минуту не давала сыну и его гостье побыть наедине, вклиниваясь в беседу и меняя тему беседы по своему усмотрению.
А что, если она догадалась о моих намерениях и думает, что я хочу бросить Чарлза, пока он беспомощен? — пронеслось у Эглантайн в голове.
Сегодня в гостях у Боуди Эглантайн чувствовала себя неловко из-за царящей там атмосферы трагизма и скорбных физиономий хозяев. Она даже попыталась разрядить напряженную обстановку и предложила поставить свой автограф на забинтованной ноге обездвиженного Чарлза, но мать и сын хором заметили, что для шуток сейчас не время.
— Я думаю предъявить иск тем негодяям, что затеяли драку, — задумчиво произнес пострадавший, когда Эглантайн поднялась, чтобы поцеловать его на прощание.
А Чарлз даже не спросил, когда она сможет навестить его снова. Ему казалось само собой разумеющимся, что визиты Эглантайн должны быть регулярными, а неизменное присутствие миссис Боуди лишь укрепит их отношения.
Самое удивительное, думала Эглантайн, что всего месяц — нет, даже неделю — назад я бы ни на минуту не усомнилась в его правоте.
Однако теперь, после встречи с Ником, Эглантайн понимала, что в ее жизни появилось что-то новое и вместе с этим изменилось ее прежнее мировоззрение.
Все то, что раньше лишь немного досаждало и мешало ей жить, теперь словно вырвалось наружу, буквально выводя Эглантайн из состояния равновесия. Нервное напряжение, стремление изменить себя и тяга к переменам подталкивали ее оставить Чарлза и прежнюю жизнь за чертой и с головой окунуться в мир неизведанного.
Что у меня будет, если все останется в прошлом? — спрашивала себя Эглантайн. Будет работа, любимое дело и… свобода, с удовлетворением думала она, улыбаясь своим мыслям. Но только что я буду делать с этой свободой?
12
— Просто не знаю, куда деваться, — со вздохом завершил Ник рассказ о своих злоключениях и грустно посмотрел в глаза Аластеру Флетчеру.
Бывший шеф сочувственно улыбнулся. Пройдя почти полный курс лечения в частной клинике, он довольно быстро шел на поправку.
— Тебе нельзя больше оставаться в отделе светской хроники, это точно, — отозвался Аластер. — Пока Бриджит только оболванила тебя, как уголовника, но кто знает, что еще взбредет ей в голову?
— Ей-богу, лучше б я подох в этих проклятых джунглях! — в сердцах воскликнул Ник.
— Нет, не лучше. Поверь, я почти побывал на том свете и отправиться туда не пожелаю и врагу. Однако под начальством мисс Колверт повышения тебе не видать как своих ушей, это точно. Придется искать новую работу и начинать карьеру заново. Кстати, как тебе понравилось в Даниелсвилле?
— Там просто чудесно! Век бы оттуда не уезжал, — грустно сказал Ник.
Аластер понимающе кивнул.
— Я тоже. Честно говоря, у меня появилась мысль обосноваться в этом местечке, устроиться редактором в их газету и жить-поживать до самой пенсии. Да вот моя старушка ни в какую не желает уезжать из Нью-Йорка! Хотя, кто знает, может, тебе скорее меня удастся перебраться в Даниелсвилл?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
