– Нам это все известно, Антор, – прервал его один их советников. – Ближе к делу.
Бросив на него убийственный взгляд, Трелиг продолжал:
– Марковиане оставили после себя одни лишь разрушенные здания. Ни мебели, ни механизмов, ни инструментов, ни произведений искусства – ничего. Почему? Над этим вопросом бились несколько поколений ученых. Казалось, что эта загадка, как и причина гибели гигантской межзвездной империи, неразрешима. Но у одного физика с Трегаллии родилась некая идея.
По залу пронесся шепот. Все уже догадались, о чем идет речь.
– Доктор Гилгам Вальдес Зиндер, – продолжал Трелиг, – понял, что все попытки решить загадку марковиан провалились из-за наших устаревших взглядов на Вселенную. Он предположил, что древние марковиане вообще не нуждались в предметах материальной культуры, так как обладали фантастической возможностью превращать энергию в материю. Превращения осуществлялись компьютерами, наполовину состоящими из органического вещества и запрятанными глубоко под кору каждой марковианской планеты. Доктор Зиндер стал работать над тем, чтобы повторить этот процесс.
По залу опять пронесся шепот. Слова Трелига подтверждали худшие предположения советников и их агентов.
– Далее Зиндер постулировал, что исходным материалом для превращения энергии в материю была основная, первичная энергия, единственный подлинно стабильный компонент Вселенной, – продолжал Трелиг. – Всю свою жизнь он посвятил поискам этой первичной энергии, стремясь доказать ее существование. Он описал ее свойства математически, построив обладающий самосознанием компьютер, который и помог ему на последней стадии исследований.
– Так он обнаружил эту энергию? – прервала его женщина, выглядевшая ребенком, но являвшаяся старейшиной одной из комм-рас.
Трелиг кивнул:
– Да. И в процессе работы он вывел ряд следствий, имеющих важнейшее значение для всего человечества. Если вся материя, вся реальность – лишь превращенная форма этой первичной энергии, то откуда появились мы?
Он откинулся на спинку кресла, наслаждаясь выражением лиц тех, кто сумел проследить за ходом его мысли.
– Вы хотите сказать, что нас создали марковиане? – воскликнул рыжебородый мужчина. – Но это же чушь! Марковиане мертвы уже миллион лет. И если одновременно с их мозгами погибли предметы их материальной культуры, то почему же не вымерли мы?
Лицо Трелига выразило удивление.
– Прекрасный вопрос, – заметил он. – На него нет четкого ответа, хотя доктор Зиндер и его сотрудники полагают, что в какой-то другой галактике установлен гигантский центральный компьютер, сохраняющий нашу стабильность. Его местоположение неизвестно. Но даже если бы мы его знали, попасть туда в обозримом будущем не представляется возможным. Однако такой компьютер существует, иначе не было бы нас. Разумеется, он разрешает, скажем, варьировать местные формы. Иначе локальные марковианские миры не могли бы использовать свои собственные богоподобные компьютеры. И доктор Зиндер открыл, как делать то, что могли делать они! Это – решающее доказательство справедливости его теории.
Несколько человек в зале почувствовали себя не очень хорошо; раздался нервный кашель.
– Вы имеете в виду, что вам удалось построить собственную модификацию этого божественного механизма? – спросила Мавра Чанг, Трели г улыбнулся:
– Да, доктор Зиндер и его сотрудник, Бен Юлин, сын моего ближайшего компаньона с Аль-Уадды, создали миниатюрный образец марковианского мозга. Я уговорил их перевезти компьютер сюда, на Новые Помпеи, чтобы он не попал в дурные руки, и они только что успешно закончили монтаж несравненно более крупной модели этого механизма.
Сделав паузу, Трелиг обвел глазами застывшие лица слушателей.
– Кажется, вы не верите мне, – бросил он, вставая из-за стола. – Ну что ж, пойдемте. На нижней стороне астероида я вам кое-что покажу.
Миновав заросший травой внутренний дворик, они подошли к маленькому сооружению, напоминающему мраморный бельведер, какой иногда возводят на крыше дома.
В архитектурном отношении оно представляло собой смесь новогреческого и романского стилей, но это было нечто вроде скоростного лифта.
Трелиг приложил ладонь к гладкой поверхности стены и надавил на что-то пальцами. Неожиданно стена растаяла, и перед удивленными гостями открылась внутренность большого скоростного автомобиля. Там было восемь сидений с подголовниками и ремнями.
– Придется совершить две поездки, – извинился Трелиг. – Пожалуйста, первая восьмерка, садитесь и пристегните ремни. Боюсь, что спуск будет очень быстрый и весьма неприятный, несмотря на искусственную силу тяжести, которая сводит этот эффект к минимуму. Как только отбудет первая группа, мы, оставшиеся, воспользуемся ремонтным автомобилем. И не тревожьтесь: выход на нижнюю сторону планетоида – двухуровневый.
Мавра попала в первую группу. Когда все уселись и пристегнули ремни, дверь, представлявшая собой какой-то вид силового поля с изображением окружавшей его стены, снова уплотнилась, и они почувствовали, что с не правдоподобной скоростью падают вниз.
Путешествие действительно оказалось малоприятным; двум или трем приглашенным даже потребовались маленькие пластиковые пакеты, специально заготовленные для таких случаев. Мавру восхитило устройство машины. Нечто подобное она видела на планетах, где жизнь по той или иной причине была возможна только под землей.
Хотя они мчались с огромной скоростью, им потребовалось почти десять минут, чтобы достигнуть цели. Наконец они почувствовали, что лифт замедляет ход, а затем останавливается. Некоторое время все сидели молча, нервничая при мысли о том, уж не случилось ли чего. Но вот наверху послышался какой-то шум, силовое поле, находившееся перед ними, исчезло, и они увидели улыбающегося Трелига.
– Извините за задержку. Я должен был вас предупредить, – сказал он весело, и это вовсе не прозвучало как извинение.
Отстегнув пояса, приглашенные вышли в узкий коридор и двинулись за хозяином по дорожке, выложенной стальными плитами. Она вела к большой металлической платформе, обнесенной перилами и помещавшейся в стволе гигантской шахты. Сооружение это выглядело таким грандиозным, что люди ощутили себя ничтожными пылинками, и всем стало чуточку не по себе.
Через шахту был перекинут длинный широкий мост, сделанный из того же металла, что и платформа; с обеих сторон он имел пластиковые стены полутораметровой высоты. Они поняли, что попали внутрь громадной машины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
