них этих станций больше, чем освоенных планет. Базис не соперник ни нам ни Конфедерации, уж очень он мал, однако если он выступит на чьей-то стороне, то проигрыш второй почти неизбежен. Как там политики решили, кто для нас враг, а кто нет, я не в курсе, только с Базисом у нас договор о ненападении, и между нами нейтральная зона.
— А почему технология порталов под запретом? — этот вопрос меня тоже интересовал.
— Тут тоже всё просто — с готовностью ответил доктор — в начале войны, было несколько крупных диверсий, с использованием этой технологии. Её использовали и мы, и колонии. Десанты в прошлое, бомбардировки и уничтожение освоенных миров, до того, как на них прибывали Ковчеги или сразу после прибытия, уничтожение лидеров и военачальников в детском возрасте или их родителей. Да много чего было, страшно вспомнить! Результат этих действий был настолько непредсказуем и разрушителен, что едва не погибли все стороны конфликта. Оказывается, из-за этих диверсий и нападений в прошлом, Конфедерация и вступила в войну с Содружеством, как только был установлен контакт! И все годы после них колонисты готовилась к войне! Они полностью перешли на военные рельсы, строя миллионы боевых роботов, корабли и обучая войска! Мы получили противника, который тысячелетиями ненавидел Содружество, ещё до того как с ним встретился, и готовился нас уничтожить. Ладно, это не важно. Короче в итоге, было объявлено перемирие и заключено соглашение о запрете использования во время военных действий перемещений во времени, и согласовано ограничение на количество имеющихся у сторон порталов. Хотя эти порталы до сих пор есть у всех, и у нас, и у Конфедерации с Базисом. Они служат как мера сдерживания и всегда готовы к действиям. Этот договор строго соблюдается, и опять же, обеспечивается Базисом. Согласно этого документа, все обнаруженные порталы на Ковчегах подлежат уничтожению, базы данных хранящих в себе технологию их постройки, обслуживания и ремонта, тоже идут в утиль. В случае нарушения договора одной из сторон, это будет являться автоматическим объявлением войны Базису.
Ничего себе! Я аж вспотел от волнения. Оружие массового поражения, которое и привело к войне! Прям как на Земле ядерное оружие, только в миллионы раз опаснее! А я ведь точно знаю, что один из рабочих порталов остался на Земле, ведь патрульный крейсер не высаживался на планету! А ещё, я знаю носителя запрещенной базы! Он как раз сейчас стоит и потеет перед доктором, который и должен был ему эту самую базу удалить. Чертов безумный Ковчег, напихал в меня знаний различных специальностей своего экипажа по самое небалуйся!
Вот чего теперь делать? Признаться, и избавиться от старого имплантата, или промолчать? Если не признаюсь, то если меня поймают, имплантат удалят у меня из организма вместе с головой, ведь я теперь знаю о запрете и промолчал! А с другой стороны, старый биокомпьютер знает координаты Земли, и то как восстановить безжизненный Ковчег, что остался болтаться в Солнечной системе, а с ним и портал, который сможет меня вернуть в то же самое время на болото, когда я в него вошёл. Неважно сколько я времени в космосе проведу, прежде чем сумею выбраться из этой жопы и попасть в родную систему, для моих близких всё это будет как один миг! Дилемма, и хороший шанс вернуть свою прошлую жизнь!
— Ладно рядовой, топай давай в кадры, скоро увидимся — лейтенанту видимо надоело выступать лектором для бывшего капитана древнего корабля — Ещё надоесть друг-другу успеем. Все новички в первый месяц обучения практически живут в медблоке.
Ну я и потопал, а точнее побежал. Видимо передвижение бегом придумали для штрафников чисто из гуманных соображений, а не для того, чтобы лишний раз поиздеваться над бывшими зеками. Это я понял, пока добирался до кабинета красивого лейтенанта. Чем быстрее ты с места на место передвигаешься, тем меньше проблем. В первый день моего пребывания на базе, мы с коллегами по несчастью попали как раз на время проведения очередных плановых учений бригады, и все коридоры и залы базы были пусты, а вот сейчас, я только и успевал, что замирать как истукан перед каждым встречным и докладывать, кто я такой и куда направляюсь. Моя грудь уже болела от постоянного стука по ней кулаком, на меня сыпались вопросы и оскорбления, к которым каждый обладатель хотя бы одного значка (что было ровно на один больше чем у меня), норовил прибавить пинок или удар.
«Медленно бегаешь рядовой!», «Куда ты несёшься так зэчара⁈», «Резче кулаком в грудь бей, жалеешь себя, что ли баба⁈», «Ты сего стучишь по своей фанере как по барабану дебил⁈», «Идиот!», «Кретин!», «Мясо!», «Урод!» Шваль!«, 'Падаль!». С каждой новой встречей я узнавал о себе что ни будь новенькое. Оказывается, у меня и сексуальная ориентация совсем не та, что нужно, и мама папе изменяла с каждым встречным на этом корабле, да и папа отметился в противоестественных связях, и даже бабушке с дедом досталось. Синяки на моём теле множились с геометрической прогрессией, настроение стремительно катилось вниз, а точка кипения поднялась на столько, что грозила в любой момент сорвать в моём мозгу предохранительный клапан.
До кабинета кадровой службы я добрался в состоянии чайника, забытого на огне. Пар у меня разве что из ушей и носа не шёл. Тут меня все ненавидят! Только из-за того, что я существую! Как будто я им воздух всем порчу, которым они дышат вместе со мной! Это не база, а филиал ада! Постаравшись успокоится, я нажал кнопку видеофона.
— Кого там черти принесли⁈ Валите нахер ублюдки! У меня обеденный перерыв! — знакомый голос лейтенанта кадровой службы известил меня о том, что она занята неотложными служебными делами.
— Приветствую госпожа лейтенант! Осужденный рядовой матрос Найдёнов, личный номер 668975, по вашему приказанию прибыл! — четко доложил я.
— Это когда я тебе Найдёнов приказывала ко мне во время обеда явится⁈ — возмущённо ответила мне красотка, сонно щурясь и смотря на меня в экран видеофона. Устала бедненькая, задремала, а я её разбудил…
— Приказано явится по выходу из медчасти! — не спасовал я. А чего? Сроки она не называла, а если их нет, то по уставу необходимо исполнять приказ немедленно!
— Чёрт! Точно… Вижу, что имплантат тебе переустановили и устав ты теперь знаешь Найдёнов — обреченно вздохнула лейтенант — ладно, заходи!
Дверь передо мной открылась, и я вошёл в знакомый кабинет. Тот же экран, та
