Читаем без скачивания Радиус поражения - Артем Каменистый

Дверь соседской квартиры наконец распахнулась. Синий, рванув внутрь, развернулся уже за порогом, требовательно выкрикнул:

- Чего встал?! Бегом сюда!

- Так это… - замялся Рощин. - Остальным бы сказать, а то ведь пропадут.

- Кому говорить?! Да ты оглянись - никто, кроме нас, не вышел! Все по хатам сидят! Забились в углы и дрожат! Хоть кувалдой в двери им стучи - не откроют и слушать тебя не станут! Уходим!!!

И верно - не будь ситуация столь адреналиновой, Рощину стало бы стыдно за свой глупый альтруизм. Ведь действительно никто больше не показывался. На площадке четыре квартиры - пусть две уже необитаемы, но в остальных наверняка должен быть народ: утро ведь. Неужто думают, что удастся отсидеться за дверью? Да пусть думают что угодно - это уже их проблемы.

Окна соседской квартиры выходили на торцевую сторону дома. Стену здесь затеняли несколько здоровенных деревьев. Погромщиков видно не было, а если они и рядом, разглядеть сквозь листву подробности не смогут. Синий установил мировой рекорд по сооружению баррикады за входной дверью, а Рощин поставил аналогичный рекорд в связывании перерезанных кусков бельевых веревок.

Спуск с четвертого этажа прошел без травм. Повезло - веревка слова доброго не стоила. Все же хорошо, что Рощин не дослужился до генерала: генеральскую жирную тушу она бы точно не выдержала.

Плюхнувшись на землю, полковник неловко отпрыгнул в кусты, за которыми укрывался Игорь. Друг, нервно осклабившись, сообщил:

- Я там, на кухне, все горелки врубил на полную и духовку. Если не сразу ворвутся, то газ накопится и может хорошо шарахнуть от выстрелов или гранат.

- Ты что?! Сбрендил?! Дом же разнесет!

- Дом?! Серега, да ты по сторонам глянь! Тут не дом - тут всему хана!

Рощин и без того смотрел очень внимательно. За кустами начиналась детская площадка, за нею шла шеренга деревьев, тянувшаяся вдоль дороги, а по дороге почти непрерывным потоком шла техника. Бронетранспортеры, танки, самоходные гаубицы, зенитные ракетно-артиллерийские установки, КамАЗы с тепло одетыми автоматчиками в кузовах. И полковник только сейчас понял, что в том БТР, который обстреливал дома, глаз улавливал нечто очень знакомое и долго разыскиваемое. Но мозг, парализованный странностью происходящего, категорически отказывался это уяснять.

Номер!..

Это был тот самый новенький бронетранспортер, непостижимым образом пропавший семь лет назад. Вместе с тем самым пистолетом, из-за которого Рощин попал в Севастополь.

По дороге двигалось немало близнецов пропавшего бэтээра. Полных близнецов - номера одинаковые. И с танками та же история: у них свои номера, такие же одинаковые. У гаубиц аналогично. И даже у КамАЗов.

Номера танков и гаубиц Рощину были знакомы. Номер ракетно-артиллерийских зенитных установок тоже фигурировал в его записной книжке. Полковник в один миг вспомнил подробности допроса вчерашнего психа - и начал догадываться, что тот вовсе не псих. А если и псих, то псих очень необычный. И еще он понял, что, возможно, во всем городе он единственный, кто сейчас хоть что-то понимает. У него есть кусочек истины: найти еще несколько кусочков - и, будто мозаика, сложится цельная картина.

С одной стороны, надо бы уносить ноги - не хотелось бы рисковать своей шкурой лишний раз. С другой, в голову полковника запала загадочная фраза про четыреста миллионов свинок.

Ему очень не понравилась эта цифра - столько свиней в Севастополе не поместится. А еще его беспокоил тот факт, что модем ноутбука не мог связаться с сервером.

Плохое совпадение. Если предположить, что сервер умышленно выведен из строя, то…

Так это что - не только в Севастополе проблемы начались?!.

Рощин повернулся к другу:

- Синий, где здесь у вас первая больница?

Глава 5

Идеально сохраниться до, в течение и после конца света вам поможет герметичный бункер из свинца.

После конца света кроме вас, умного(ой), может никто не выжить, поэтому в бункере надо оставить место для лица противоположного пола с целью продолжения рода человеческого.

Озера Тохе не понравились. Неудивительно - ему вообще мало что здесь нравилось. Отдых выходил какой-то нервотрепный и утомительный.

Пляж в этой части косы действительно оказался абсолютно пустынным - даже туристов с палатками не видно. Но зато признаков человеческой деятельности хоть отбавляй. Море выбрасывало тонны пластикового мусора, свою лепту в этот грязный процесс вносили машины, оставившие сплошную полосу следов у кромки воды. Видимо, автомобилисты, уставая от прелестей местной дороги, иногда ехали прямиком по ровному песочку, останавливаясь с целью выпить, перекусить и насвинячить. Вода в озерах, как и было обещано, оказалась чудовищно соленой, и утонуть в ней действительно затруднительно. Даже нырнуть сложно - как пробку назад выбрасывает. Вот только попадание маленькой капли этой жидкости в рот вызывало рвотный рефлекс, а высыхая, она неприятно стягивала кожу - пришлось обмываться в море. А еще вода там кишела миллионами карликовых креветок. Видимо, бедолаги мутировали из-за неприятных особенностей среды обитания. Мутация вызвала у них чувство глобального пофигизма - эти твари безостановочно с разбега ударялись о тела пловцов, что не доставляло удовольствия.

После дружных водных процедур компания сама собой развалилась - все занялись разными делами, на свой вкус. Ввиду полуденной жары с шашлыками решили повременить - жарить их на таком пекле было бы изощренной пыткой. Вот когда зной хоть чуток спадет, тогда и соберутся: к этому моменту голод как раз всех до позвоночника проберет.

Наташка (самка собаки) вместе с Пашкой (кобель-глистонос) удалилась куда-то в сторону Керченского полуострова. Видимо, местный пляж показался им слишком оживленным или чем-то раздражал чувство прекрасного. Олег, вооружившись трезубой острогой, в ластах и маске плавал по соленому озеру, азартно охотясь на местную камбалу. Алка с Юлькой залегли за кустами, загорая голышом и наблюдая из своего укрытия за его успехами. Лысый обставил весь берег спиннингами, закинув столько снастей, что рыбы должно было попасться не меньше тонны. Интересно, что с ней потом будет делать этот забавный дегенерат? Тоха бы на его месте не ерундой страдал, а пахал бы на трех работах, зарабатывая деньги на пластическую операцию. Пусть даже простенькую, ржавым скальпелем у пьяных студентов мединститута - лишь бы передняя часть лица хоть немного перестала напоминать плохо выбритую задницу. Даже жалко парня - он в общем-то неплохой человек.

Тохе не хотелось загорать. Гоняться за камбалой с копьем тоже не хотелось - она ему ничего плохого не сделала. И без того бог эту рыбу беспощадно изуродовал - не надо ей лишних проблем добавлять. Сидеть у спиннингов - тоже занятие не для него, - он, конечно, дурак еще тот, но не настолько. Да и закидывать их не умеет, а просить Лысого - унизительно.

Присев в тени машины, Тоха лениво цедил пивко, абстрактно подумывая, что с алкоголем пора бы завязывать: давно надо оздоровительный перерыв в этой нескончаемой пьянке сделать. С другой стороны, если не пить, то куда использовать высвободившееся время и силы? И чем заливать пессимистичные мысли? Среди людей, входивших в круг общения Тохи, трезвенников не было, а если и встречались, то все как один моральные уроды - вроде Паши. Не хотелось иметь с такими выродками ничего общего, да и невозможно противостоять натиску компании: «Тоха, ты что - нас не уважаешь?!»

Вдалеке послышался шум моторов, вскоре мимо Тохи на большой скорости промчались две машины - из окон как-то странно таращились тоскливые гуманоиды разных возрастов и полов. Чего это они так вылупились? Честных парней никогда не видали? Тоха взялся за очередную банку. Не успел ее добить до середины, как мимо пролетела еще одна машина - крутой внедорожник с тонированными стеклами. Чихнув от поднятой пыли, Тоха в миллионный раз проклял Пашку - этот мешок стероидного дерьма мог бы «припарковаться» и подальше от дороги. И вообще - откуда здесь столько транспорта появилось? Не было ведь никого.

Четвертая машина - какая-то древняя развалюха - на миг притормозила. Водила, высунув башку, нервно выкрикнул:

- Валите отсюда бегом! Они уже рядом!

Машина, нервно разгоняясь до своего максимума, смешно рыскала задом на песчаных кочках. Тоха, проводив ее ленивым взглядом, буркнул под нос:

- Лучше бы ты сказал, где достал такую резкую траву.

Поняв, что спокойно посидеть в тени машины не получится, Тоха, отбросив опустевшую банку, направился к Лысому полюбоваться его рыболовными успехами. Делать-то все равно нечего.

Приятель, полностью увлеченный процессом рыбалки, появления зрителя не заметил. Все его спиннинги уже валялись на берегу, остался последний. Держа его в руках, Лысый остервенело крутил катушку. Тоха не слишком разбирался в рыбалке, но вид согнутого дугой удилища заставил его предположить, что на крючке находится нечто внушительное. Так и оказалось - Лысый, резво отскочив от воды, уверенно выволок на песок увесистую серебристую рыбину.