- Дела,- подтвердила Лика выводы Принца. - Вот будь у нас болгарка, мы бы эти прутья в момент на куски порезали.
Ни Принц, ни Йока не имели не малейшего представления о том, что же из себя представляет эта самая болгарка. Принц предположил, что это нечто из высшей магии, а Йока вообще ничего не стала предполагать, просто уважительно посмотрела на подругу.
Если быть объективной, то и сама Лика имела относительно болгарки самые смутные представления. Просто в детстве она однажды присутствовала при разговоре соседа по лестничной площадке — дяди Коли с дворником Василием. Дядя Коля, облаченный в заношенные треники и майку-алкоголичку телесного цвета с пеной у рта доказывал дворнику, что при наличии болгарки он за неделю порежет Эйфелеву башню на куски.
- Поэтому французам-лягушатникам лучше с нами не связываться,- закончил свою тираду сосед.
Позже Лика поинтересовалась у тети Джейн, правда ли это. На что раздраженная родственница, которая отработала две смены подряд в поликлинике, ответила, что это чистый вымысел, поскольку помимо болгарки дяде Коле понадобится как минимум цистерна тормозухи, бояры или табуретовки. На выбор. А кто ему столько даст. Из всего вышеперечисленного Лика была знакома только с Боярой, которая продавалась в аптеке в стограммовых пузырьках. Так что прикинув сколько таких пузырьков понадобится для того, чтобы наполнить цистерну, девочка потеряла интерес к разговору. А вот название «Болгарка» так и осталось ассоциироваться у нее с порезкой металлоконструкций.
После этого Принц и Лика впали в тоскливую задумчивость, перебирая в голове один за другим самые нелепые варианты, направленные на то, чтобы выбраться из ловушки. А Йока недоуменно переводила взгляд с подруги на Принца, боясь ненароком оборвать их мыслительный процесс. Наконец, японке надоело праздное созерцание и она поинтересовалась у Лики, долго ли они собираются здесь сидеть и когда, наконец, отправятся спасать своих товарищей.
Далее произошел многозначительный обмен взглядами. Лика посмотрела на Йоку, как на последнюю идиотку и молча указала на решетку, преграждающую выход из помещения. В свою очередь Йока покрутила пальцем у виска и ткнула пальцем на амулет, предназначенный для сохранения одежды при трансформации во вторую ипостать.
Нетрудно было сообразить, на что намекала японка. Толстые прутья были надежно и крепко впаяны в камень подземелья, но расстояние между ними было довольно большое. Такое, что и кошке Лике и трехвостой лисе Йоке вполне могло посчастливиться попасть на другую сторону. Ну а Принца, с его Белым Волком, можно было пока и на хозяйстве оставить.
И тут Лика воспользовалась откровенно запрещенным приемом. Вместо того, чтобы вступить с Йокой в разговор и признать себя тормозом, она бросила Принцу короткое: «Ты пока здесь побудь, мы за тобой вернемся». И, быстро обратившись в кошку, юркнула между прутьями. Расчет делался на то, что в облике животного трудно, практически невозможно передать свою мысль словами. Ну это при условии, что на то нет особого желания. А вот когда Йока, обратившись в кицунэ застряла кормой в решетке, Лика не удержалась воспользовалась представленным шансом отыграться.
Ее короткое Мяу, только абсолютный недотепа, совершенно не разбирающийся в женщинах, мог трактовать иначе, нежели: «Ну ты, подруга, и задницу себе отъела. Не пора ли тебе перейти на диету?» Понятно, что Лика язвила, пытаясь компенсировать моральный ущерб полученный минутой раньше. Впрочем ответный Йокин лай в смысле: «Завидуй молча, подруга», тут же нивелировал Ликин успех.
После чего трехвостая лисица все-таки протиснулась сквозь прутья и оборотни помчались вперед в поисках своих похищенных товарищей.
Сразу же стало понятно, что лаборатория алхимика находится в самом конце длиннющего коридора. А сам коридор проходит мимо многочисленных тюремных камер, расположенных по обеим его сторонам. Все камеры были выдержаны в этаком единообразном архитектурном стиле и представляли из себя небольшие квадратные помещения, отделенные друг от друга каменными стенами. А вот от коридора камеры отделяла все та же мощная решетка из стальных прутьев. Так что при желании охрана, всегда могла рассмотреть, чем же занимаются заключенные у себя в камерах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В отличии от помещения, в котором остался томиться Принц, в решетки камер были встроены массивные железные двери, снабженные огромными висячими замками. При этом замки не производили впечатления изделий, изготовленных великими мастерами-гномами.
А так как сквозь прутья заключенные вполне могли руками дотянуться до замков на дверях, то Лика пришла к выводу, что каждому узнику с «прямыми» руками при наличии минимальной оснастки в виде кривого гвоздика, на худой конец, острой щепки, было по силам обрести свободу. А тех неудачников, у которых руки растут не из того места, и не жалко - подвела итог своих наблюдений Лика.
Похоже, что таковых, у которых руки из попы растут, в наличии не оказалось. Поскольку все камеры были совершенно пусты.
Впрочем, не все помещения в тюрьме оказались пустыми.
Коридор изогнулся под прямым углом и оборотни, осторожно выглянув из-за угла, увидели нечто принципиально новое.
Представшее перед ними помещение было очень похоже на обычную камеру для заключенных. Только размером раза в четыре больше. К тому же, вместо стандартного тюфяка в углу оно было плотно уставлено различными конструкциями и агрегатами самых жутких и замысловатых форм. Догадаться о назначении этого помещения было нетрудно.
- Это же самая настоящая Пыточная, - охнула Лика.
А Йоко махнула у нее перед глазами хвостом, мол, ты не туда смотришь, дура. И тогда и кошка увидела, что в отличии от пустых тюремных камер, здесь имелся в наличии заключенный. И этим несчастным был Рон. Понятно, что для такого мастера как Рон разобраться с навесным замком амбарного типа было делом считанных минут. Тем более, что огромное число металлических финтифлюшек в помещении, представляли возможность в выборе необходимого инструмента на любой вкус.
Вот только на этот раз тюремная администрация не ограничилась одним лишь навесным замком на двери помещения. Немного в стороне находился самый настоящий сторожевой пост, представляющий из себя скамью, на которой вольготно развалился огромный тролль с огромной дубиной. Своими обязанностями стражник откровенно манкировал. Тролль банально спал, оглашая раскатистым храпом окружающее пространство. На первый взгляд могло показаться, что с такой охраной из тюрьмы можно не напрягаясь вынести все имущество, включая скамью под задом у сторожа. Но стоило Йоке негромко тявкнуть, пытаясь привлечь внимание Рона, как храп тут же утих, и тролль приоткрыл правый глаз. Он внимательно пошевелил ушами, демонстративно взмахнул палицей в сторону Рона и снова вернулся в свое прежнее храпяще - почмокивающее состояние.
- Тихо ты, - фыркнула на кицунэ кошка Лика, - постой пока здесь,- а потом, прижавшись к полу буквально распластавшись в блин, поползла к Пыточной.
Глава восьмая. Насмешки ушедших богов
Проникновение в Пыточную прошло для кошки еще легче, чем в алхимическую лабораторию: прутья в решетке здесь были несколько толще, зато промежуток между ними тоже увеличили.
К счастью, не оправдались и опасения в том, что Рон, при виде оборотня, резко отреагирует и, тем самым, выдаст их дремлющему троллю. Юноша в очередной раз подтвердил свою выдержку и незаурядные умственные способности. При виде рыжей кошечки он незаметно, кивнул в сторону очередного монструозного аппарата, за которым можно было спрятаться от глаз тролля, а потом не поворачиваясь к Лике лицом прошептал: «Босс, я рад вас видеть. Как вы тут оказались?»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В отличии от Йоки, Рон плохо понимал, что должно было обозначать короткое Мяв. Но все же сообразил, что возвращаться в человеческий облик в ближайшее время Лике не стоит, и получить внятный ответ он не сможет. Поэтому коротко и по существу изложил историю похищения.
