Здесь редкий случай, когда можно увидеть, что отсутствие обращения одной из сторон (конкретно – незаявление стороной защиты ходатайства) влечет известные процессуальные последствия. Наверное, чтобы толком в деле разобраться, надо прочитать весь приговор. Приговор стоит того во всех отношениях.
– Суд применяет законодательство, соответствующее конституционным критериям.
– Судебные акты, включая важнейший из них – итоговый акт правосудия, – принимается только судом и не нуждается ни в парафировании, ни в согласованиях, ни в одобрении, ни в утверждении.
– Не существует актов, принимаемых судом совместно с каким бы то ни было субъектом властных полномочий.
– Судьи и суды не вправе принимать на себя ни роль координаторов совместных с другими юридическими институтами мероприятий, ни участников такого рода кампаний. Исключением является научная и преподавательская деятельность.
– Инициативные законопроекты судей по вопросам суда и правосудия, а также заключения и замечания судей по таким вопросам, должны рассматриваться в приоритетном порядке. И следовало бы такой порядок установить нормативно.
– Акты других властей проверяются (в порядке, установленном Федеральным законом) судом, а не наоборот. Действует общий принцип судебной подконтрольности нормативно‑правовых и ненормативных актов, затрагивающих интерес гражданина и общества.
– Проверка судебного решения, приговора, других актов суда осуществляется также судом, институтом судебной власти, и не иначе. Другие, несудебные, власти и иные структуры судебных дел не рассматривают, полномочий по их проверке, пересмотру, изменению или отмене не имеют.
– Интересы законности требуют, при сохранении действующей вертикальной системы обжалования, создания системы и перманентного развития горизонтальных средств обжалования, с наделением суда и судьи первой инстанции правом самоконтроля, не противоречащего началам диспозитивности, равенства прав сторон и благоприятствования интересам защиты.
Желательно установить право судьи не мотивировать самоотвод и также дать стороне альтернативное право… заявлять отвод без приведения обоснования.
В перспективе было бы желательно перейти к системе выбора судей сторонами. Тогда будут значительно реже и отводы и жалобы на судебные акты. Но это вопрос времени и денег (финансирования судов).
– Судья не подотчетен никаким структурам, никаким официальным лицам ни по должности, ни по своему социальному статусу, ни по вопросам судебной деятельности, предстоящего, рассматриваемого или завершенного процесса.
– Полномочия судьи являются исключительными.
– Независимо от уровня суда и судебной инстанции не существует судебных процедур или судебных актов, по которым допускается санкция или согласование судебных действий и решений с каким бы то ни было публично‑властным лицом или структурой.
– Статус судьи защищен Конституцией и законами.
– Чем выше степень защиты судьи, тем менее судья подвержен влияниям и попыткам воспрепятствовать правосудию.
Судья должен выработать в себе иммунитет против человеческой неблагодарности, против того, чтобы «выходить из себя», сталкиваясь в процессе с заведомо лживыми уверениями и обращениями, с фиктивными исками, чрезмерными или несостоятельными обвинениями, с надуманными жалобами, в которых факты сдвинуты с места, ситуация искажена до неузнаваемости.
Судья, читая жалобу на свое решение, не гарантирован от гиперболизации допущенных в процессе судебных ошибок и погрешностей, неизбежных при сверхнагрузках. От судьи требуется нечеловеческое самообладание, когда за неимением критических аргументов против обжалуемого решения в ход идет даже клевета на судью. Невозможно быть судьей без сильнейшего иммунитета против посула (предложений взятки в прямой или в прикрытой форме).
Судья, опасаясь провокации взятки или оставления посетитетелем в его кабинете вещественного знака внимания, наверное, мог бы, – но только по его желанию – быть обеспечен и техническими средствами, которые сигнализируют его в тот самый момент, когда незаметно для него будет оставлен некий «дар».
Судья должен быть и оставаться жизнелюбивым (но не в понимании этого слова на блатном жаргоне: «жизнелюб»‑взяточник).
Оптимизм судьи внешне неотличим от пессимизма.
Судебные дела располагают преимущественно к пессимизму. И потому что при всем желании помочь человеку найти выход из запутаной ситуации одними лишь судебными средствами бывает нереально (например, нужны материальные ресурсы, помощь с жильем, с лечением и т. п.). И потому, что условия, при которых предоставляется судебная защита, отличаются известной жесткостью. И от судьи, при всем желании, не зависит их преодоление[41]. И уже потому, что человек на те же грабли наступает не один раз. Не успели ему помочь по максимуму, создали режим наибольшего благоприятствования, суд назначил наказание условно, как та же история повторилась. На сей раз подход должен быть строгим. Внутренне судья к этому может и не готов. Но ex oficio обязан.
Применительно к суду социальные ожидания связаны не с оптимизмом судей, а с оптимальностью судебных постановлений.
Найти оптимальное судебное решение – сверхзадача (поскольку законодатель ее и не ставит перед судом), или, иначе говоря, задача сверхсложная. Решение оптимально при условии, что удовлетворяет многим критериям, в том числе, учитывается его последействие.
Даже без претензий на оптимальность решатель не может абстрагироваться от дальнейшего развития спорных отношений. А из этого следует, что должны быть просчитаны варианты динамики ситуации, в том числе с учетом вероятного влияния факторов, которые остаются за пределами того, что установлено в судебном разбирательстве. За категорией относимости обстоятельств дела (как и относимости судебных доказательств) в процессе обычно кроется рассогласованность интересов участников дела. Многие ходатайства одной стороны встречают возражения другой. Относимость обстоятельства, значимость которого с очевидностью не следует из нормы материального права, подлежащего применению, – камень преткновения, который препятствует стороне, заявившей ходатайство о его выяснении, добиться этого из‑за противодействия контрагента. Вопрос решается судом, и при отказе в ходатайстве, не исследованная в судебном заседании фактическая информация, остается белым пятном. Исходя из элементарных формально юридических представлений об относимости обстоятельств дела, это нормально. Суд не может принимать к рассмотрению все предлагаемое сторонами. Учитывается и возражение процессуального противника, и степень значимости информации, которую предполагал извлечь из процессуального действия субъект отклоненного судом ходатайства.
От суда требуется принять решение законное, обоснованное, не противоречащее представлениям о социальной справедливости. И только. Отвечающее указанным критериям решение суда может оказаться оптимальным, приближающимся к оптимуму или определенно неоптимальным.
Исходя из неразработанности проблемы оптимального судебного решения, было бы заведомо нереалистично ставить вопрос так, что общество признает превосходство судебной власти, когда законные решения будут признаваться оптимальными.
На данном этапе судебного правоприменения можно считать ценным такой результат, когда тот, против кого состоялось решение (кому оно невыгодно, обременительно и т. п.), внутренне согласится с ним. А) ознакомившись с решением; и отказавшись от обжалования; Б) после обжалования и в результате процедуры прохождения дела в проверочной инстанции; В) спустя длительное время, путем собственных размышлений, консультаций специалистов или с учетом последействия судебного акта.
Чем выше степень защищенности судьи, тем реальней судебные гарантии сограждан от принижения и девальвации их прав, формально безразличного отношения к обращениям с исками о предотвращении угрозы нарушения прав, о пресечении длящегося или продолжающегося правонарушения, о восстановлении ответчиком права истца. За всю историю судов ими никогда не выдвигался лозунг всевластия судов. Ничего подобного не предвидится и в обозримом будущем. Чем сильней судебная власть, тем надежней правовое положение человека в обществе. Включая и положение функционера других властных и управленческих структур.
Попробуем разобраться, так ли это, нет ли в приведенном рассуждении преувеличения положительного влияния судебной власти на состояние законности и правовые ориентиры лиц, причастных к исполнительной власти. В их нелегкой работе без претензий и нареканий не обойтись. По Конституции РФ, ч. 2 ст. 46, решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
