В некоторых мифологических сказках говорится о дочерях Кутха — Синаневт и ее сестре Анаракльнавт, причем нередко они появляются чудесным образом: в одном варианте он вырезает их из дерева, в другом они появляются из птичьих яиц.
Ходил как-то раз Кутх по берегу моря, собирал птичьи яйца: гусиные, и лебединые, и утиные, и чаячьи. Вдруг из двух яиц вышли две красивые девушки — Синаневт и Анаракльнавт. Построил Кутх для них дом и лабаз, посадил девушек на настил, а сам домой отправился.
Прошло время, Кутх про девушек совсем забыл, но однажды гулял он по берегу и увидел лабаз. Выбежали девушки ему навстречу, радостно закричали: «Наш отец пришел!» Завели его в дом, накормили килыкилом и разными ягодами.
Вернулся Кутх домой и говорит своему сыну Эмемкуту: «Живут на берегу моря две красивые девушки. Любая была бы для тебя хорошей невестой. Пойдем завтра к ним вместе, посмотришь и решишь, к которой из них ты хочешь посвататься».
Т. В. Муравьева. Девушка и медведь.
Архив автора
На другой день пришли они к девушкам вдвоем. Синаневт и Анаракльнавт захлопотали по хозяйству, приготовили угощение, хорошо накормили гостей. Смотрит на них Эмемкут и не может понять, которая ему больше нравится — обе хороши. Так ничего и не решил.
Но девушки догадались, что пришел он сватать одну из них, и, когда Кутх с Эмемкутом ушли, Синаневт сказала сестре: «Нельзя нам выходить замуж за Эмемкута. Ведь мы считаем Кутха своим отцом, стало быть, Эмемкут — наш брат. Надо нам уходить из этих мест».
Стали девушки собираться в дорогу. Насушили юколы и кипрея, сшили себе новые кухлянки, шапки и рукавицы. Потом пошли собирать ягоду голубику. Много набрали, сложили ягодку к ягодке — получился у них большой синий кит. Взяли сестры все, что могло понадобиться им на новом месте, а дом и лабаз подожгли. Потом забрались внутрь синего кита, и понес он их по волнам.
Пришли на другой день Кутх и Эмемкут на берег, а там никого нет, только следы к морю ведут.
А синий кит тем временем по морю плывет, далеко уплыл, никакой земли не видать, кругом одна вода. Подумали девушки и решили: «Попросимся-ка мы жить к Морскому владыке». Велели они киту опуститься на дно морское. Морской владыка принял их хорошо, спросил, кто они и откуда. Рассказали ему девушки, почему пришлось им покинуть родной берег. Морской владыка говорит: «Оставайтесь. Живите сколько хотите».
Прожили девушки на дне морском всю зиму, а весной затосковали по земле. Забрались снова в синего кита, Морской владыка дал им с собой много еды, и снова поплыл кит по волнам.
Однажды утром Анаракльнавт и Синаневт проснулись и почувствовали, что стоит кит на месте. Выглянули они наружу, а там земля зеленеет. Сошли девушки на землю и поселились на берегу. А синий кит рассыпался по воде, так что вынесло волной на берег много ягоды голубики. Построили сестры домик, стали рыбу ловить, ягоды и съедобные травы собирать.
Однажды говорит Анаракльнавт: «Живем мы здесь совсем одни. Как будем мужей себе искать?» Отвечает Синаневт: «А давай превратимся в диких зверей. Тогда рано или поздно выйдут на нас охотники».
Превратилась Анаракльнавт в оленуху, а Синаневт в медведицу, да такую большую и свирепую, что испугалась ее Анаракльнавт и сама она себя испугалась.
Говорит Синаневт сестре: «Привяжи меня ремнем покрепче к дереву, а не то я не удержусь и тебя разорву, а сама уходи в лес, ищи себе жениха, а меня мой жених здесь найдет. Только ты никому обо мне не рассказывай, пока тебя не спросят». Жалко было Анаракльнавт оставлять сестру одну. Три раза она уходила, три раза возвращалась. Но потом все-таки ушла.
Охотились в том лесу двое братьев, увидали молодую оленуху. Пустил старший брат стрелу, убил оленуху. Стал с нее шкуру снимать, а из шкуры вышла красивая девушка.
Увел охотник Анаракльнавт в свое селение, стала она его женой.
Живет она с мужем, ни в чем отказа не знает, только очень скучает по сестре. Заметила свекровь, что невестка каждый день на закате выходит из дома, смотрит в сторону моря и плачет. Спрашивает старуха: «Что за печаль у тебя?» — «Есть у меня сестра. Превратилась она в медведицу и осталась привязанной на берегу моря. Кто ее добудет, за того она замуж выйдет». — «А сестра твоя такая же красивая, как ты?» — «Еще красивее».
Услыхали об этом братья ее мужа, стали собираться на охоту. Самый младший, Кечи, считался в семье дураком. Не было у него ни силы, ни красоты, ни оленей, ни нарт, ни собак.
Увидали братья, что он тоже собрался на охоту, стали насмехаться: «На чем же ты, дурень, поедешь? Из чего стрелять будешь?» А Кечи сделал лук из тонкой ветки, взял деревянное корыто, запряг в него, как в нарты, мышей и поехал вместе со всеми.
Вот приехали охотники на берег. Поднялась им навстречу медведица, рванулась с привязи, но крепкий ремень ее удержал. Заревела медведица страшным голосом, свирепым огнем загорелись ее глаза. Вскинули охотники луки, полетели в медведицу стрелы. Да только она все их зубами поймала и перекусила.
Пустил тогда стрелу Кечи, засвистела стрела в воздухе, упала медведица мертвой на землю. Стали охотники с нее шкуру снимать, и вышла из шкуры красавица Синаневт.
Начали охотники наперебой ее звать: «Садись, красавица, ко мне в нарты! Отвезу тебя в селение, станешь моей женой!»
Но Синаневт ответила: «Кто меня добыл, к тому в нарты и сяду!» Села к Кечи в его нарты-корыто, и поехали они домой. По пути остановил Кечи мышей и говорит: «Здесь рядом моя бабушка живет. Подожди немножко, я зайду ее проведаю».
А бабушка Кечи была колдуньей. Услыхала она, что у внука появилась невеста, обрадовалась. Вышла из дома и громко свистнула. Прибежали на ее свист два оленя, запряженные в красивые нарты. Велела бабушка внуку залезть оленю в одно ухо, а из другого вылезти. Послушался Кечи и вылез из оленьего уха красивым и статным молодцем. Оделся он в новую кухлянку, сел в красивые нарты и поехал туда, где оставил Синаневт.
Говорит Кечи своей невесте: «Пересаживайся сюда» — и протягивает ей руку. Но Синаневт его не узнала и сердито сказала: «Не буду я к тебе пересаживаться. У меня жених есть, он сейчас придет!» Объяснил Кечи, что он и есть ее жених, они поехали домой и стали жить хорошо.
«ДРУГИЕ» КУТХИ
В ительменских сказках кроме Кутха встречается еще один ворон по имени Челькутх. Возможно, этого персонажа имел в виду Стеллер, передавая рассказ «о некоем Лжекутке, который будто бы вызвал большой переполох среди потомков настоящего Кутки». Этот «Лжекутка» пытался «во всем подражать» настоящему, но тот сумел разоблачить самозванца. Сделал он это так: развел у подножия прибрежной каменной скалы огромный костер, а когда скала раскалилась, вызвал из моря некоего «полипа» и приказал ему побороться со скалой. Полип бросился на раскаленные камни и изжарился. «Лжекутка» захотел повторить деяние настоящего Кутхи, но другой полип, вызванный им из моря, «извиняясь, заявил, что ему неведомо искусство борьбы и он хотел бы поучиться ему от Лжекутки». Самозванец, не подумав, обхватил скалу руками и тоже изжарился. «И все по этой глупой выходке, — заканчивает свой рассказ Стеллер, — распознали настоящего Кутку».
В одной из сказок Челькутх связан с мухоморным племенем. Согласно поверью мухоморы считались живыми существами, а мухоморные девушки могли соблазнять людей и уводить их в свое царство.
Выдал Кутх свою дочь Синаневт за Челькутха. Родился у них сын, но Челькутх вскоре охладел к жене, ушел в лес и стал там жить с красивыми девушками из племени мухоморов. Синаневт послала сына, чтобы тот уговорил отца вернуться домой, но тот отказался и отстегал мальчика плетью.
