Читаем без скачивания Цементный сад - Иэн Макьюэн

Она хотела прочесть что-то еще, но передумала и захлопнула блокнот.

Несколько минут после этого мы вяло спорили о том, что сказала Джули за обедом.

— Не говорила она, что кого-то приведет домой! — говорил я.

— Нет, сказала.

— Нет, не говорила!

Сью надоело спорить, она присела на корточки и начала разбирать свои книги. Когда я выходил, она не подняла головы.

Внизу орало радио — так громко, как мы никогда не включали прежде. Спортивный комментатор вопил что-то о бегунах. На верхней площадке лестницы сидел Том. Сегодня на нем было туго подпоясанное бело-голубое платьице, а вот парик свой он где-то потерял. Когда я присел рядом, ноздрей моих коснулся слабый неприятный запах. Том ревел, прижимая кулаки к глазам, из носа у него свисала зеленая сопля. Глубоко вдохнув, он втянул соплю обратно. Несколько минут я молча смотрел на него. Кажется, из гостиной доносились голоса, но за воплями диктора ничего нельзя было разобрать. Я спросил Тома, что случилось. Сначала он зарыдал громче, затем, немного успокоившись, прохныкал:

— Джули на меня накричала и стукнула! — И заревел с новой силой.

Я двинулся вниз. Скоро стало понятно, почему так орет радио: Джули и Дерек ссорились. Я остановился у дверей и прислушался. Кажется, Дерек о чем-то упрашивал Джули — в его голосе слышались умоляющие нотки. Потом оба заговорили разом, почти крича друг на друга. Когда я вошел, оба сразу замолчали. Дерек стоял, прислонившись к столу, скрестив ноги и сунув руки в карманы. Сегодня на нем был темно-зеленый пиджак и шейный платок с золотой брошью. Джули стояла у окна. Я прошел между ними и выключил радио, затем обернулся, ожидая, кто из них заговорит первым. Интересно, подумал я, почему они не вышли в сад? Ругались бы там сколько влезет.

— Что тебе? — спросила Джули.

В отличие от Дерека она была одета по-домашнему: в пластиковых босоножках, джинсах и рубашке, завязанной узлом под грудью.

— Просто спустился посмотреть, отчего такой шум, — ответил я. И, глядя на Дерека, добавил: — И узнать, кто побил Тома.

Джули молчала, постукивая ногой по полу. Ясно было: она ждет, когда я уйду.

Я снова прошел между ними — нарочито медленно, приставляя носок к пятке, словно измерял расстояние шагами. Дерек негромко откашлялся и потянул из кармана часы. Открыл их, закрыл, снова убрал. С того дня, как он впервые пришел к нам домой — это было около недели назад, — я его больше не видел. Но несколько раз он заезжал за Джули на машине. Снаружи слышался мягкий рокот мотора. Джули выбегала из дому, а Сью и Том бросались к окнам, и только я делал вид, что мне все равно. Два или три раза Джули уезжала на всю ночь. Мне она ничего не рассказывала, но всякий раз на следующее утро долго пила чай со Сью, они часами сидели на кухне и секретничали. Небось Сью потом все записывает в свой блокнотик, думал я.

Вдруг Дерек улыбнулся мне и спросил:

— Джек, а ты как поживаешь?

Джули шумно вздохнула.

— Не надо, — сказала она.

— Да ничего, — ответил я с самым независимым видом.

— Чем сейчас занимаешься?

— Да так, ничем особенным, — ответил я, покосившись на Джули. Ее явно злило, что я разговариваю с ее Дереком. — А ты?

Дерек подумал, затем со вздохом ответил:

— Играю по маленькой. Ничего серьезного — так, для тренировки.

Я кивнул.

Дерек с Джули сердито смотрели друг на друга, а я переводил глаза с одного на другого, ожидая, кто из них заговорит первым. Наконец Дерек сказал, не отрывая взгляда от Джули:

— Ты сам когда-нибудь играл?

Не будь здесь Джули, я непременно ответил бы «да». Мне случалось видеть, как играют в бильярд, и правила я знал, но сам не играл никогда. Так что ответил честно:

— Да нет.

Дерек снова вытащил часы:

— Хочешь, поедем со мной, сыграем вместе?

Джули снова шумно вздохнула и быстро вышла из комнаты. Дерек проводил ее взглядом, затем добавил:

— Конечно, если ты сейчас ничем не занят.

Я тяжело задумался и наконец ответил:

— Да нет, я сейчас ничем особенно не занят.

Дерек отошел от стола, отряхнул пиджак. Я заметил, что руки у него очень маленькие и бледные. Он вышел в холл, чтобы поправить перед зеркалом свой шейный платок, и заметил мне через плечо:

— Провели бы вы здесь свет, что ли.

Мы вышли черным ходом. Проходя через кухню, я заметил, что дверь в подвал распахнута, и остановился, думая, не подняться ли наверх и не спросить ли об этом Джули, но Дерек захлопнул дверь ногой и проговорил:

— Пошли, пошли. Я и так уже запаздываю.

И мы поспешили — вокруг дома, через сад, к его низко посаженной красной машине.

К моему удивлению, ехал Дерек очень медленно. Он сидел прямо, на расстоянии вытянутой руки от руля, держа его двумя пальцами, словно ему неприятно было к нему прикасаться. За рулем он молчал. Почти всю дорогу я смотрел на приборную доску, где чернели два ряда циферблатов с блестящими белыми стрелками. Стрелки почти не двигались — кроме секундной стрелки часов. Ехали мы с четверть часа. Наконец свернули с дороги и оказались на узкой улочке, с какими-то складами по обеим сторонам. Кое-где виднелись кучи гнилых овощей, так я понял, что это овощехранилища. На тротуаре мы увидели человека в помятом пиджаке, с масляно блестевшими волосами и свернутой газетой, торчащей из кармана, он равнодушно смотрел на нас. Дерек остановил машину возле него и вышел, не выключая мотора. За спиной у незнакомца начиналась дорожка. Мы прошли мимо него, и Дерек бросил на ходу:

— Припаркуй машину. Увидимся внутри.

В конце дорожки обнаружились зеленые двустворчатые двери с процарапанной по краске надписью: «Бильярд Освальдов». Дерек вошел первым и, не оборачиваясь, одним пальцем придержал для меня дверь. Мы оказались в бильярдном зале. На двух дальних столах шла игра, остальные были пусты и темны. Ярко освещен был только один стол в центре, разноцветные шары на нем блестели, разложенные по порядку и готовые к игре. Какой-то человек прислонился к этому столу, спиной к нам, и курил сигарету. За нами я увидел ярко освещенное квадратное окошко, а в нем — старика в белом пиджаке, смотрящего на нас. Перед ним на узкой полочке стояли чашки и блюдца с голубой каймой и еще пластмассовая тарелка, на которой лежала одна булочка. Дерек наклонился к окошку переброситься парой слов с буфетчиком, а я подошел поближе к одному из столов и прочел на латунной табличке в его центре, прямо за центральной лузой, город и фамилию мебельщика, который его изготовил.

Дерек пощелкал языком, подзывая меня. Держа в обеих руках по чашке с чаем, он кивком показал мне, куда идти, и толкнул ногой дверь в той же стене. Рядом с дверью я только сейчас заметил окно, в котором недоставало одного стекла. В тесной комнатушке за письменным столом сидела женщина в очках с толстыми стеклами, углубившись в разграфленную тетрадь, а в другом углу в кресле мужчина вертел в руках сигаретную пачку. В воздухе висел густой табачный дым. Освещалась комнатка только тусклой настольной лампой. Дерек поставил обе чашки на стол, возле лампы, и сделал шутливый боксерский выпад в сторону человека в кресле. И мужчина и женщина встретили Дерека радостными возгласами. Они называли его сынком, но он представил их мне как «мистера и миссис Освальд, для друзей просто О».

— А это брат Джули, — добавил он, но имени моего не назвал.

Присесть было некуда. Дерек взял из пачки у мистера О сигарету. Миссис О скорчила недовольную гримасу и причмокнула губами, словно голодный младенец. Дерек взял еще сигарету, сунул ей в рот, и все трое засмеялись.

— Что-то ты задержался, сынок. Грег уже почти час тебя дожидается, — проговорил мистер О.

Дерек кивнул. Он присел на край стола, а я стоял у дверей. Миссис О погрозила Дереку пальцем:

— Кто у нас такой плохой мальчик?

Дерек чуть отодвинулся от нее и принялся за свой чай. Мне мою чашку он не передал.

— Что же ты, сынок, вчера не приходил? — заботливо поинтересовалась миссис О.

— Нашел себе другую рыбку, пожирнее, — ответил мистер О и подмигнул мне.

Дерек молчал и прихлебывал свой чай.

— Здесь целая толпа собралась, все тебя ждали, — продолжала миссис О.

— Вот как? Хорошо, — сказан Дерек и кивнул.

— Он сюда ходит с двенадцати лет, — пояснила миссис О, — и ни разу мы не брали с него платы за столик. Верно, сынок?

Дерек допил чай и встал.

— Мой кий, пожалуйста, — обратился он к мистеру О.

Только тут я заметил у стены, за спиной мистера О, стойку с несколькими киями и одним длинным, суженным к концу кожаным футляром. Мистер О вытер руки желтой салфеткой, открыл футляр и достал оттуда кий — темно-коричневый, почти черный. Прежде чем передать его Дереку, он пояснил мне:

— Свои кии он доверяет только мне.

— И мне! — вставила миссис О, но мистер О улыбнулся и покачал головой.