— С какой стороны?! — всхлипнула Рысь. — У него насквозь!..
Что ответил Ван, я не услышал. Голова закружилась и веки опустились сами собой. Рысь всё-таки попыталась остановить уходящую толчками из ран кровь.
— Не надо, — сказал я. — Больно, киса.
Она подняла голову и на заплаканном лице отразилась надежда. Я проследил за её взглядом и начал медленно вставать на ноги, преодолевая бессилие. Вдоль дороги, стремительно снижаясь, на пределе скорости, стоя на воздушном сёрфинге, который бывал только у этой расы… летел золотоволосый эльф. Вот только одет он был странно — во всё чёрное, что среди эльфов считалось открытым вызовом собственной расе. Да ещё черты лица и телосложение — явная принадлежность к княжескому роду, столь совершенны бывают те, в ком есть кровь Князя.
Эльф резко затормозил возле меня, спрыгнул с сёрфинга и вымолвил до безумия, до боли отдавшейся дрожью во всём теле голосом:
— Живой, слава небу…
— Ван… ха-ха… я не думал, что ты успеешь… но ждал…
Ноги перестали держать, но эльф не позволил мне упасть, подхватив быстрее. Капитану, наконец-то удалось завести машину, выскочив на улицу, он несколько мгновений смотрел на эльфа держащего на руках тёмного, потом открыл заднюю дверцу и помог Вану забраться.
— В больницу? — спросил капитан.
— К нему домой, — отрицательно мотнул золотоволосой головой остроухий эльф. — И побыстрее. Малыш, ты сейчас где живешь?
Гад остроухий!!! Я не малыш!!! Но вместо воплей возмущения, я назвал адрес. Юля, севшая на переднее сидение коротко объяснила отцу где это и машина сорвалась с места. А мой остроухий побратим самым наглым образом оккупировал мой сотовый.
— Шон? Это Ван. Твой брат умирает у меня на руках, мы везём его домой, так что будь там. Без твоей помощи мне не справиться, он отравлен заражением «перехода». И родителям позвони. Да быстрее ты, твою мать!!!
Пока машина мчалась по городу на бешеной скорости, Ван что-то делал с моими ранами, сорвав жалкие останки моей любимой чёрной рубашки. Оглушающая, сводящая с ума боль то отступала, то снова накатывала волнами и тогда эльф негромко уговаривал меня ещё немного потерпеть.
— Ван… знаешь… а я знал… — вымучено улыбнулся я, понимая что и правда знал, о том, что Апокалипсис эльф, только упорно отказывался верить в очевидное.
Проведя ладонью по лбу, сделал видимым тонкий чёрный обруч.
— И я знал, — печально улыбнулся эльф. — Ты, главное держись, брат.
Очередной приступ дикой боли едва не вывернул мои нервы наизнанку, не сдержавшись, я глухо завыл. Когда в глазах снова прояснилось, я осознал, что Ван, снова схватив мою безвольную тушку в охапку, уже бежит к моему дому, а на встречу так же бегом направляется мой старший брат.
— Я не хотел разбивать твою пластинку, Шон… правда не хотел…
— Да плевал я на пластинку! — рявкнул бледный и перепуганный братец.
Меня положили прямо на пол в прихожей и Шон склонился рядом с Ваном, положив раскрытую ладонь на чёрное пятно, расползающееся по моей коже. Обжигающий холод и чувство пустоты внутри.
Дверь слетела с петель, когда родители ворвались в дом. Мать застыла на пороге с искажённым лицом, отец прыгнул вперёд, оттеснил брата и я увидел в его глазах чёрное отчаянье.
— Ирдес, сынок…
Я хотел ответить, но не смог. Мертвенный холод сковывал всё сильнее.
— Ирдес!!! Не смей подыхать!!! Ты меня слышишь?! НЕ СМЕЙ!!!
Ван… опять психует… чего же ты такой нервный, а, эльф? И, кстати говоря, не эльфийский у тебя голос, совсем не эльфийский. Не бывает у светлых таких ни разу не мелодичных голосов, не бывает. Судорожно всхлипнув, Ван прижал меня к себе и всё вокруг залил ослепительно сияющий золотом свет.
— Не смей…
…Императрица застыла на пороге, увидев на полу любимого сына, лежащего в луже собственной крови. Откуда в этом худом теле столько крови, великое небо?! Что же с собой снова сделал этот малыш?! Илина была опытной целительницей и смертельные раны видела сразу. И пять ран в груди малыша Ирдеса были смертельны. Золотоволосый эльф, стоящий на коленях возле её сына отчаянно заорал и, поднимая с пола, обнял её ребёнка, крепко прижав к себе.
— Не смей… — прошептал эльф, от которого волнами расходилось золотое сияние.
Сквозь пелену боли Императрица узнала голос лучшего друга Ирдеса — Вана. Ван — эльф?! Это золотое сияние — Княжеская сила остроухого рода, единственное что могло вырвать сейчас из лап смерти её малыша, щедро разливалась вокруг. Ван не жалел себя, отдавая всё до капли и вытягивая взамен холод смерти из Ирдеса. Через несколько томительных минут бледный до прозрачности эльф поднялся на ноги, взглянул сначала на Императора, потом на Императрицу:
— Я сделал всё, что мог, — прошептал светлый.
— Спасибо тебе… Светлый Хранитель ллиэни'Вэйванлин, — правильно назвала титул и имя двоюродного племянника Светлого Князя Тёмная Императрица.
Эльф кивнул и потерял сознание…
…— а ещё, тут такой Ветер, Ван, ты даже не представляешь!..
— Ещё как представляю, — усмехнулся эльф. — Встречал уже.
Я покосился на друга и зачерпнул ложкой из отлитой в виде цветка тарелки ещё мороженного. Ван устремил взгляд нереально синих, таких, какие бывают только у эльфов, глаз на город внизу. Мы сидели в удобных креслах на веранде — весь перебинтованный я и всё ещё не восстановивший силы Ван.
— Ван, а если честно, почему ты сбежал из Священного Леса?
— Жена дяди, Светлейшая Княгиня — редкостная, самоуверенная и самовлюблённая дура, считающая, что мир должен вращаться вокруг неё, — хмыкнул эльф. — Большинство эльфов последнего поколения и я, ясное дело, в первых рядах, увлекаются человеческими и тёмными технологиями. Ну и конечно, Интернет, ноуты у каждого первого всегда с собой, компы, рок-н-ролл, металл и прочая современная музыка в колонках и поголовное пренебрежение старыми традициями. Лиониэлле, скандальной бабе пришедшей ещё из прежнего Мира, конечно это всё не нравилось. Ну, я не выдержал и высказал на Собрании этой дуре всё, что думаю о её умственных способностях, о предложении ограничить нам доступ к технологиям и о запрете на интернет в частности.
Зная горячий характер Вана, я представил себе эту картину и расхохотался до слёз.
— Ну и пришлось мне на сверхзвуковой уматывать с ноутом в зубах прямо с Собрания — Княгиня визжала как резаная! Угнал дядин «глайдер» и ходу с континента как был. Еле добрался до Свободных Земель, чуть с голоду по дороге не помер. В «глайдере» оказался запас драгоценных камней, так что я сразу устроился. Ну а дальше сам знаешь — Свободный Город за последние два года дал мне немало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
