Я избегала его, боясь, что он может уволить меня за то, что из-за меня вообще произошла драка в баре.
Мне следовало просто посидеть с девочками и спасателями или остаться с мальчиками у бильярдного стола, а не уходить одной вчера вечером. Чувство вины зарождается в моей груди, когда я смотрю, как они борются и дрожат в холодной воде, а я сижу на сухом песке, согреваясь под толстовкой.
Из-за меня и моего невезения они уже страдают.
Зажмуриваю глаза, прогоняя эту мысль из головы.
Я должна сделать им одолжение и просто уйти.
Когда чувство вины становится невыносимым, я пытаюсь отвлечься, проверяя социальные сети.
Сегодня утром я разместила свой первый пост на всех социальных платформах, представив себя подписчикам команды. Пока все идет хорошо, комментарии и лайки растут с каждой минутой.
Я также разместила сообщение, в котором попросила их высказать свои пожелания по поводу контента, который они хотели бы увидеть. Я не ожидала, что получу тысячи ответов, но именно это и произошло. Решаю просмотреть ответы сегодня вечером и начать планировать в первую очередь наиболее востребованный контент.
Пока листаю телефон, Зейл гребет к берегу и подбегает к своей куче вещей, лежащей на песке рядом со мной, вода капает с него на мое бедро и плечо. Я отстраняюсь от капающей воды и смотрю на него, пока он жадно пьет.
— Поздний вечер? — Зейл ухмыляется.
— Вовсе нет, — сухо отвечаю я. — Как ты думаешь, насколько Габриэль зол? — спрашиваю тихо, но клянусь, я вижу, как Габриэль вздрагивает.
— О, он в бешенстве.
Тревожное чувство в моей груди становится все тяжелее от его слов.
Я определенно теряю работу.
— Зейл, ты планируешь простоять здесь весь день? Или ты собираешься хоть раз заняться серфингом? — Габриэль кричит на него с берега, истерично размахивая своим планшетом.
Зейл бросает бутылку на полотенце и, ворча себе под нос, идет к воде, подхватывая по пути свою доску для серфинга.
Порыв утреннего воздуха раздувает мои волосы и посылает холодок по позвоночнику. Я натягиваю на голову капюшон и благодарю, что мои треники имеют флисовую подкладку. Судя по всему, погода в Сальтвотер-Спрингс обычно теплая, а в некоторые дни и вовсе палящая, но я заметила лишь утреннюю прохладу, пришедшую прямо из Арктики.
Я приближаю Коа и начинаю делать несколько снимков, решив, что не могу ошибиться, собирая кадры тренировок команды для социальных сетей.
— Отличный реверс переднего борта, Коа! — кричит Габриэль, хлопая в ладоши, в то время как его клипборд зажат под мышкой.
Насколько я могу судить, Коа — лучший серфер в команде. Он выполняет этот маневр так, будто это просто, и я потрясена каждый раз, когда он изящно приземляет свою доску, а не вытирается. Он делает это легко.
На женской стороне Малия — сила, с которой нужно считаться. Словно бросая вызов Коа, она выполняет противоположный ему маневр «воздушный реверс заднего борта» как назвал его Габриэль, и он кричит от восторга, когда она приземляет свою доску.
Я тоже фотографирую ее и замечаю через свой увеличенный объектив, что она высунула язык в сторону Коа, который в ответ закатывает глаза.
Не знаю, что произошло между ними после того, как она оттолкнула его после вчерашней драки в баре, но сегодня утром я почувствовала напряжение иного рода.
Вместо того чтобы игнорировать его, как обычно делает, она немного признала его присутствие, предложив ему вилку, не глядя на него, когда они закончили накладывать блинчики, ради которых я проснулась раньше. По крайней мере, она наконец-то признала его, и это уже хороший первый шаг.
Когда Кайри гребет к берегу и бежит к стойке для досок для серфинга, чтобы поменять свою доску на меньшую, Габриэль подходит ко мне, и мое сердце подскакивает к горлу так сильно, что кажется, меня сейчас вырвет.
Я сжимаю одну руку в кулак, впиваясь ногтями в ладонь, и смотрю на его недовольное лицо.
То, как он смотрит на меня, напоминает мне моего отца. Строгий, но заботливый. Это заставляет меня чувствовать себя еще более дерьмово из-за драки в баре, особенно после того, как он сделал все возможное, чтобы доставить меня сюда.
— Как дела? Я слышал о прошлой ночи.
— У меня все хорошо, команда была рядом, чтобы помочь мне, — я делаю паузу. — Мне очень жаль, Габриэль.
— Не извиняйся за это дерьмо, ты не сделала ничего плохого, — хмурится он, — но вы, ребята, должны были позвонить мне.
— Все произошло очень быстро.
— Мне жаль, что тебе пришлось это пережить. Драки в барах и хищники — это не то, с чем мы часто сталкиваемся в Сальтвотер-Спрингс, но в тех случаях, когда они происходят, мы принимаем соответствующие меры, — он глубоко вздыхает. — Я хочу, чтобы ты знала, что все трое мужчин были задержаны и им будут предъявлены обвинения. Я позаботился об этом. Пожалуйста, пусть это не отпугнет тебя от этой должности.
Мое сердце замирает в груди от его слов. Он не увольняет меня, а просит не уходить.
Никогда еще работа не вызывала у меня такого желания остаться, обычно от меня быстро избавляются при первой же возможности, но Габриэль заставляет меня чувствовать, что то, что я делаю в команде, — важная работа.
Кроме того, он помог поймать этих мерзавцев и выдвинуть обвинения. У него такие связи, что это почти пугает. У него есть люди, которые могут стирать статьи из Интернета, и, похоже, он также приложил руку к работе правоохранительных органов.
— Как тебе удалось их найти?
— На записи с камеры наблюдения в баре видно, как они возились с напитком, прежде чем предложить его тебе. Я передал ее полиции сегодня утром, и они довольно быстро нашли всех троих мужчин.
— На записи также видно драку? — спрашиваю я, беспокоясь, что у мальчиков будут неприятности, поскольку они нанесли первые удары.
Он делает паузу и некоторое время изучает меня.
— Уже нет, — говорит он, — в любом случае, в ближайшие дни команда будет проводить больше водных тренировок, так что тебе нужно будет взять снаряжение для себя. Почему бы тебе не зайти в местный магазин для серфинга после тренировки, чтобы купить гидрокостюмы и водонепроницаемый чехол для камеры?
— Я могу пойти с тобой, — предлагает Кайри, подходя к нам со своей новой доской меньшего размера, зажатой под мышкой, — мне все равно нужно было посетить магазин и купить новый гидрокостюм.
— Было бы неплохо, спасибо, — говорю я, улыбаясь, пока она бежит обратно к океану и гребет к остальным.
— У тебя ведь осталась моя кредитная карта? Используй ее, чтобы заплатить за все.
Габриэль возвращает свое внимание к команде.
— Я не могу этого сделать, у тебя уже есть большой счет из бара, который нужно оплатить.
Он снова поворачивается ко мне, и его голубые глаза встречаются с моими, когда он хмурится.
— У меня есть деньги, чтобы их потратить, почему бы их не потратить?
— Такими темпами, как ты позволяешь нам тратить, можешь остаться без гроша к концу недели, — шучу я.
Он улыбается настоящей улыбкой, и я замечаю, что у него есть ямочки, которые каким-то образом делают его еще более ангельским, как будто это физически возможно.
— Я никогда не смогу остаться без гроша, Элиана.
Я сдерживаю желание спросить его, сколько зарабатывает тренер по серфингу, и решаю приберечь этот вопрос для Кайри, когда мы пойдем за покупками, надеясь, что она знает ответ.
Вернув свое внимание к камере, я направляю ее на океан в поисках Гриффина. Когда нахожу его, то замечаю, что он отстал от остальных, пытаясь удержать равновесие на своей доске.
Каждый раз, когда он встает, я вижу страх, написанный на его лице. Успеваю сделать несколько снимков, прежде чем Габриэль дает свисток и все начинают грести обратно.
Габриэль распускает всех, но кладет руку на грудь Гриффину, не давая ему уйти. Я остаюсь позади, делая вид, что очень медленно собираю свое снаряжение и подслушиваю.
— Останься еще на час, мы начнем с азов, — строгим голосом говорит Габриэль, — начнем с того, что выберемся на берег по белой воде.
