Читаем без скачивания Гостиница на берегу Темзы - Эдгар Уоллес

— Но почему, — несмотря на морскую болезнь, которой он был подвержен, Синнифорд всё же собрался в морское путешествие? Вот ещё одно свидетельство этого — жилет. Он подбит пробкой. Такие жилеты носят боязливые пассажиры, которые не надеются на спасательные пояса. Убийцы, видимо, не знали, что он носит такой жилет и что его тело будет держаться на поверхности. Часы его остановились без четверти час, то есть незадолго до отлива. Это значит, что убийство было совершено, примерно в шести часах расстояния от того места, где был найден труп.

— Вы — второй Шерлок Холмс, Джонни. А это что такое? — Эльк взял кольцо и внимательно осмотрел его. Мне кажется, оно мало для его пальцев!

— Кольцо было найдено в жилетном кармане, — спокойно объяснил Джон. — Оно никогда не предназначалось для него — ведь это обручальное кольцо.

Эльк присвистнул.

— Так он собирался жениться? — он положил кольцо на место и взглянул на озабоченное лицо Вэда. — Мне кажется, вы чем-то очень обеспокоены?

— Да, я стал нервным. Все мои теории и предположения рухнули. Я ведь думал, что они замышляли выдать девушку за этого человека и что ей в ближайшее время не угрожает опасность. А теперь… — он сокрушённо махнул рукой.

Не прошло и часа, как Вэда вызвали в Скотленд-Ярд. Несмотря на усталость, ему пришлось тут же отправиться в полицейское управление. У начальника Скотленд-Ярда Вэд застал Элька, который прибыл туда раньше него. Шеф протянул инспектору телеграмму.

— С «Печатью Трои» покончено, — сказал он. — По предложению адмиралтейства, один из крейсеров задержал этот пароход недалеко от побережья Бразилии. Вот отчёт об этом:

«По вашему предложению X.Ф. 43 АГ 9154283 я задержал „Печать Трои“ на третьем градусе широты, на 47 градусе долготы. Груз: сельскохозяйственные орудия и автомобили. Капитан: Сильвини. Первый офицер: Томас Трит из Сундсрленда. Ни капитана Айкнесса, ни первого офицера Риггита Лена на борту не оказалось. В каютах — 75, 76, 79 обнаружены три человека — два англичанина и один американец. Они пояснили, что вот уже шесть лет, как они находятся в плену, вынуждены переплавлять похищенные ценности. Каждый из трёх ювелиров засвидетельствовал, что пароход этот является своего рода тайником, на котором хранились краденные вещи. В капитанской каюте, в стенной обшивке обнаружен тайник, в котором оказалось 1250 каратов шлифованных бриллиантов, 750 каратов изумрудов, в том числе изумрудов очень крупных, 17 слитков платины, 55 слитков золота. Далее обнаружено большое количество ценных бумаг на общую сумму 83 тысячи фунтов и 187 тысяч фунтов стерлингов в банкнотах. Один из ювелиров показал, что эта сумма является добычей шести взломов. Мы держим курс на…»

Дальнейший текст телеграммы был зашифрован.

Далее следовало:

«Пересылаем вам засвидетельствованные показания арестованных. „Печать Трои“ продолжает плавание под командой одного из наших офицеров».

— Славный сюрприз для капитана Айкнесса, — сказал Эльк.

— Я полагаю, что он подготовился к этому, — возразил Джон. — Мне кажется, он ожидал, что пароход будет задержан и, должно быть, переправил часть денег в Южную Америку. С утратой этой он готов примириться при условии, что ему удастся скрыться. Но ваша задача и заключается в том, чтобы не дать ему выбраться из Англии.

— Я хотел бы знать, какое отношение ко всей этой шайке имеет Голли? Он, видимо, слепое орудие в их руках, — предположил Эльк.

Джон Вэд не стал обсуждать, кем был Голли во всей этой преступной истории, и направился в суд. Он должен был присутствовать на процессе матушки Эйкс.

Зал судебных заседаний был переполнен. Не было ни одного речного вора, который не посчитал бы нужным явиться сюда. Все они хорошо знали «Мекку» и полуразрушенную верфь. Для них арест матушки Эйкс был своего рода событием. Знали они и то, что совершается это по милости Вэда. Среди присутствующих был и Пролаза.

— Что ты здесь делаешь? — шутя осведомился у него Джон. — Что-то давно не попадался ты мне в руки.

— И больше не попаду, — ответил речной вор. — Я решил оставить прежнее ремесло и зажить честно. При моём знании реки я могу получить хорошую службу. Ведь я знаю реку не хуже любого лоцмана.

Он внезапно замолчал, как бы почувствовав, что сказал лишнее, и поспешил переменить тему.

— Что ты затеял против матушки Эйкс! Она ни в чём не виновата. Она заправская дама!

Джон собирался пройти дальше, но речной вор остановил его и, потянув за рукав, прошептал:

— Я бы на вашем месте не разгуливал в одиночестве. Нехорошая компания подобралась здесь, сударь…

Это предупреждение, несмотря на всю его обоснованность, было излишним. Джон тут и сам видел недоброжелателей, которые за его спиной обменивались таинственными знаками.

Матушку Эйкс он застал в небольшой комнате, где обычно арестованные ожидали заседания. Она полюбопытствовала, не побывал ли он в «Мекке». Услышав, что он там не был, она сказала:

— Надеюсь, что сегодня моё дело придёт к концу, и вы отпустите меня. Никак не пойму, в чём вы меня обвиняете? У меня есть самые лучшие адвокаты, они принудят вас оставить меня в покое. Я не хочу, чтобы вы осрамились перед лицом суда, поэтому было бы лучше, если бы вы взяли жалобу обратно. Я тогда не скажу ни слова.

Вэд покачал головой.

— Теперь поздно.

Матушка Эйкс забеспокоилась, и на её щеках проступили красные пятна.

— Тем хуже для вас. Не думайте, что у меня нет друзей. Лорд Синнифорд…

— Он мёртв.

Лицо её стало очень бледным.

— Мёртв? — прошептала она. — Когда он умер?

— Он был убит прошлой ночью, — спокойно сказал Вэд. — Тело его нашли в реке.

Ноги миссис Эйкс подкосились, и, если бы Джон не подхватил её, она бы рухнула на землю.

Но в обморок она не упала, в глазах засверкали молнии.

— Они убили его… Он должен был жениться на Лиле… Почему он допустил до этого?

— Потому что Голли сам хочет жениться на ней, — сказал Вэд.

Матушка подняла руки, словно защищаясь от удара.

— Нет… нет… Это невозможно! — простонала она.

Сыщик пытался успокоить её.

— Матушка Эйкс, вы всего лишь маленькое колесико в этой организации. Я хочу поговорить с вами по душам. Почему бы вам не сознаться и не сказать правду. Я предоставлю вам возможность загладить свои прежние прегрешения. Я знаю, что вы находитесь в денежной зависимости от Айкнесса, но известно ли вам, что «Печать Трои» задержана? Известно ли вам всё о Лиле Смиз?

Она продолжала молчать.

— Я готов помочь вам. Вы лично для меня особого значения не имеете.

Матушка тупо глядела на сыщика.

— Не знаю, что сказать вам… Пожалуй, я больше не настаиваю на том, чтобы выпустили меня на поруки. Может быть, завтра я окажусь вам…

Она прошла в зал судебных заседаний, разбитая, сразу постаревшая женщина. Она перемолвилась с адвокатом и не стала возбуждать вопроса о том, чтобы её отпустили на свободу.

Почему она всё-таки предпочла тюрьму, об этом знал только один человек, находящийся в зале заседаний. Разумеется, это был не Джон Вэд.

— Это она, — сказал один из незнакомцев, неизвестно откуда появившийся здесь в эти дни. — Она выглядит совсем иначе, чем мы предполагали.

Его спутник ничего не ответил. Лишь когда ему показалось, что за ним следят, он опустил руку в карман и проверил, на месте ли револьвер.

Глава 18

Голли в новом свете

Тайна, окутывавшая «Печать Трои», рассеялась. Кто-то поспешил обратиться с протестом к бразильскому правительству за задержку судна, на что адмиралтейство опубликовало причины. Вечерние газеты запестрели сообщениями об этом романтическом корабле банковских громил.

Затем последовали новые сенсации — известие об аресте миссис Эйкс и сообщение о розысках Голли. Имя Лилы Смиз не упоминалось так же, как не назывались причинные связи между всеми этими событиями.

В день заседания «великой четвёрки» Джону Вэду суждено было явиться в Скотленд-Ярд и предстать перед ними. Они не прощали оплошностей. И все же он надеялся, что они не осудят его за случай в Леффберри-Банке.

— Ловкие ребята, — сказал шеф. — По-видимому, они пытались взломать кладовую, но увидели, что их попытка безуспешна, устроили с вами гениально разыгранную комедию. Они послали за директором, на их счастье оказалось, что директор лично знает вас, что усыпило малейшие подозрения. Мы вас ни в чём не виним, но вы должны приложить все старания к тому, чтобы наконец поймать Айкнесса и Эйкса.

Один из четвёрки заметил:

— Я знаю Эйкса вот уже двадцать лет. В своё время он был одним из ловких скупщиков краденного во всём Лондоне. Я думаю, что он успел скопить немалое состояние. Это — продувная бестия и, в довершение всего, свободно владеет языками.

Джон удивлённо посмотрел на говорившего.

— Эйкс? — недоверчиво спросил он. — Я всегда считал его очень необразованным и даже почти малограмотным человеком.