class="p1">Виктор любил выражаться заковыристо, сочными метафорами – «массаж деревянной ноги», «как слепому микроскоп», «короче медвежьего хвоста», «тут и новые батарейки не помогут»… Хотелось ходить за ним с блокнотом и записывать перлы.
Работал замечательный мастер с девяти утра до семи вечера, с недолгим перерывом на обед, всегда состоявший из подковы краковской колбасы и половины белого батона. Мария разрешала пользоваться плитой и посудой, но Виктор отмахивался – время слишком дорого, чтобы на готовку его тратить. Если Мария успевала вернуться с работы до семи, то она варила в джезве кофе и выставляла нехитрое угощение из разломанной на куски шоколадной плитки и чернослива. Виктор неторопливо смаковал кофе, съедал один кусочек шоколада, благодарил и уходил.
Впечатление от Виктора было настолько хорошим, что на второй неделе ремонта Мария поручила ему закупку материалов – вы лучше меня разбираетесь, вам проще быстро съездить и купить то, чего не хватило, так что вот вам деньги на расходы… В субботу вечером, накануне выходного, Виктор представил ей отчет на двойном тетрадном листе – слева перечислялись покупки с подведением итога, а справа были пришпилены скрепкой чеки. Мария прямо при Викторе проверила отчет и порадовалась тому, что все сошлось.
Недостаток у замечательного мастера был один – работал он медленно, но, зато, делал все основательно. Мария со сроками не торопила – ну, закончится ремонт на две-три недели позже и что с того? К тому же объем работ вырос из-за сыплющейся штукатурки, а еще Виктор предложил установить дополнительные розетки, чтобы по полу не тянулись бы удлинители, и Мария с этим предложением согласилась.
На почве ремонта произошел первый с соседкой по лестничной площадке, старой ведьмой из категории «заслуженный педагог». Закончив работу, Виктор выставлял мешки с мусором на лестничную площадку, а затем по одному (лифта в доме не было) относил их к мусорному контейнеру. Относил быстро, дольше десяти минут мешки на площадке не стояли, но если хочется устроить скандал, то сгодится любой повод, разве не так?
– Шумите целыми днями, покоя от вас нет, так еще и захламили тут все! – орала старая ведьма. – В квартиру войти невозможно из-за вашего мусора!
Мешки стояли у стены и совершенно не мешали проходу.
– Жили же раньше культурные люди, кандидаты наук, а теперь понаехали не поймешь кто!
Попытки утихомирить соседку добрым словом не имели успеха и тогда Мария послала ее в деревню Йух Калгановского уезда. А что еще оставалось делать?
– Я тебя отсюда выживу! – пригрозила старая ведьма. – Знай, что жизни спокойной тебе не будет, пока я жива! Да ты знаешь, кого я учила?!
Мария показала ей оттопыренный средний палец и захлопнула дверь. Виктора она попросила больше не выставлять мешки на площадку, а выносить их прямо из квартиры. Проще лишний раз дверь открыть-закрыть, чем такие показательные выступления выслушивать. Для того, чтобы преградить путь исходившему от соседки злу, Мария начала совершать утром и вечером охранительный ритуал саданга-ньяса. Дело несложное, всего шесть мантр, а результат превосходный – даже во сне обеспечивается энергетическая защита. На стену, отделявшую ее от квартиры старой ведьмы, Мария повесила изображение всерадующего Рамы, седьмого воплощения Вишну-охранителя. Перед сном, после саданга-ньясы, Мария произносила хвалу Раме и спала спокойно. Старая ведьма могла строить любые козни, но все козни мира вместе взятые не могут навредить тому, кого охраняет Рама, всегда достигающий победы. Всякий раз, когда Мария произносила: «Я прославляю Господа Раму, Который является источником божественного блаженства для всех, воспевающих Его святые имена», в груди разливалось приятное тепло, так Рама давал понять, что она находится под его защитой.
– Во время ремонта с соседями всегда бывают проблемы, – успокаивал Виктор. – Ваш вариант еще не самый плохой. Лучше уж пусть по поводу мусора выступает, чем на каждое включение перфоратора реагирует… Долбанутых пол-Москвы, а если присмотреться, то и все девяносто процентов. Ничего, когда ремонт закончится, все уляжется, еще пирогами друг дружку угощать станете…
Пирогов Мария не пекла, у нее вообще были крайне напряженные отношения что с тестом, что с духовкой. Но ради такой замечательной соседки тянуло освоить сложную науку выпекания, чтобы преподнести ей пирог с рвотным корнем (привет четвертому сезону «Фарго»!). Ишь ты – «жизни спокойной тебе не будет»… Дурные мысли отравляют жизнь, но что поделать, если по поводу некоторых людей ничего хорошего подумать невозможно? При каждой встрече соседка обжигала таким яростным взглядом, что мурашки пробирали до печенок. Хорошо еще, что у Марии всегда был при себе охранный амулет – маленькая статуэтка бога Рамы, сделанная мастером с пробужденной кундалини[6] из глины, собранной в окрестностях священного города Бадринатх. Того, к кого есть такой амулет, не жалят ядовитые змеи и все хищники обходят стороной. Соседка тоже демонстративно сторонилась Марии, словно та была прокаженной. Но взгляд… Короче говоря, опасности для правильно защищенного человека соседка-ведьм не представляла, но душевное равновесие нарушала изрядно.
Видимо из-за нарушенного душевного равновесия Мария позволила себе то, что выходило за рамки ее принципов – сблизилась с Виктором, несмотря на категорическое неприятие смешивания деловых отношений с личными. Все произошло как-то само собой – очередное кофепитие вдруг закончилось потрахушками на диване… Приятный опыт располагает к повторению. Через неделю Виктор толсто намекнул, что если он не будет каждый день тратить по три часа на дорогу, то ремонт заметно ускорится, но эту инициативу Мария решительно пресекла. В постели покувыркаться – это одно, а жить вместе – совсем другое. Мужское присутствие дома дает ощущение защищенности и вообще радует, но Виктор совершенно не годился в спутники жизни. Мужчина должен быть победительным, а что победительного в инженере, штукатурящем стены и выкладывающем плитку? И ведь ни какой-нибудь Мухосранский политехнический закончил, а Бауманку. Нет, совсем не тот кадр, с которым хотелось бы спеть на два голоса: «Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала, в расплавленных свечах мерцают зеркала…».[7]
Впрочем, какое-то небольшое очарование в Викторе все же было, иначе у Марии с ним ничего не было бы. Но, как это часто бывает, небольшое очарование сменилось большим разочарованием. На майские Виктор попросил пятидневный отпуск для того, чтобы перевезти на дачу свою тетку и что-то ей там по-быстрому вскопать-посадить. Мария не возражала – ей и самой хотелось взять паузу, поскольку ремонт задолбал неимоверно. Оставалось доделать последнюю комнату, самую большую, которая имела общую стену с квартирой старой ведьмы. Но если закрыть дверь, то можно представить, что ремонт уже закончился. Мария так и сделала. Ну а раз ремонт условно
