но и себя, как физически, так и внутренне.
— Беги отсюда.
Несколько капель её слез капают на страницы книги.
— Здесь страшно. Очень страшно. Пока есть возможность, побежали вместе.
— Даже если мы сбежим, куда дальше? Неизвестная страна, из которой не знаешь, как выбраться. Да у нас даже документов нет! Я молчу о том, где нам жить и что есть?
Милана, ты же сама хотела сбежать и теперь сама же отговариваешь и себя, и девушку.
— Поверь, лучше на улице, чем здесь. Пока я была в городе, осмотрелась немного, мы найдем, где жить. Главное уйти подальше, чтобы нас не нашли. Потом отыщем Российское посольство и вернемся домой.
Звучит на самом деле маловероятно.
— Решай быстрее! Мы слишком долго стоим на одном месте, если здесь есть камеры, они могут что-то заподозрить.
— Я боюсь, — честно признаюсь.
— У тебя есть еще время подумать, потому что пересменка будет только завтра вечером. Если ты согласишься, то приходи завтра в 14:00 во двор к пруду и кивни мне, но близко не подходи.
— Хорошо, — у меня будет много времени на подумать.
— Я надеюсь, что ты не станешь рассказывать об этом своему хозяину, чтобы не подставить ни меня, ни себя.
Берет книгу и выходит из комнаты.
Я же сажусь в кресло, которое стоит неподалеку, и потихоньку осознаю на что я сейчас почти согласилась.
Резко встаю и иду к выходу из библиотеки.
Хватаюсь за ручку, делаю несколько вдохов-выдохов и спокойно выхожу. Не нужно привлекать внимание.
Поднимаюсь на свой этаж и захожу в комнату. Облокачиваюсь на дверь и выдыхаю.
Это же самоубийство.
Иду к кровати, бросаю на неё томик Пушкина, который забрала с собой и ложусь рядом. Смотрю в потолок.
Я безусловно хочу выбраться отсюда и поскорее вернуться домой, ну или хотя бы просто в безопасное место. Но я понимаю головой, что это не так просто, как хотелось бы. Здесь ведь неспроста столько охраны и небольшой огороженное помещение для двора. Мне кажется его ежедневно осматривают, чтобы уж точно никто не сбежал. И тут какая-то девушка смогла сделать дыру и её никто не заметил. Конечно, вполне вероятно, что она умело замаскировала, всё может быть.
Сажусь на кровать и запускаю руки в волосы. Это очень соблазнительно. И, честно, пофиг, где там жить и что есть, главное выбраться.
А вдруг там хуже?
Вдруг мы находимся в криминальном районе, где могут попасться люди гораздо хуже. А здесь хоть кормят вкусно, комната уютная и хозяин один.
Стоп! Что за мысли снова?! Ты же слышала, что здесь творится. То, что было со мной, оказывается совсем мелочи, потом уже начнут проверять на прочность.
И главное мое тело, сможет ли оно защитить ребенка.
В каком пиздеце я сейчас нахожусь! По-другому и не скажешь.
Спускаю ноги с кровати и смотрю вперед. Может девушка вообще подставная и это проверка для меня? Вряд ли, уж очень убедительно всё говорила и плакала.
Что будет если я доверюсь ей?
Если получится сбежать — я обрету свободу. Из плюсов — я буду не одна, вдвоем проще выжить. Устроимся на какую-нибудь работу неофициально, заработаем денег и доберемся до посольства. Правда я не знаю на каком языке говорят в этой стране, даже если бы я слышала разговор, я бы не определила. Ну, язык жестов никто не отменял.
А вот что будет если нас поймают при побеге? Или вообще в городе увидят? Боюсь даже представить.
Ладно, у меня еще есть время подумать.
Глава 11
Весь вечер провожу за чтением Пушкина, но мыслями я далеко не здесь. В голове прокрутила уже сто пятьсот картинок как все может обернуться.
Если все сложится удачно, и мы сможем выбраться, то уже совсем скоро мы доберемся до посольства и через несколько дней вернемся домой.
Но более вероятный вариант, что нас застукают, а потом, в лучшем случае, убьют. В худшем — пустят по кругу.
И вот второй вариант кажется мне более логичным, видя сколько здесь охраны. Даже если есть пересменка, ну не оставят же они это крыло совсем без охраны.
Поэтому, вот уже несколько часов, я больше склоняюсь к тому, чтобы остаться здесь. Ну не рисковый я совсем человек!
Мои размышления прерывает он. Входя, конечно же, без стука.
А я так надеялась, что его не будет еще несколько дней.
— Как дела, моя девочка? — спрашивает, рассматривая меня лежащую на кровати. — Чем занималась, пока меня не было?
А может он узнал о нашем разговоре в библиотеке? Блин, там же реально могли быть камеры.
— Читала… И гуляла немного.
— Подойди ко мне.
Кладу книгу на тумбочку и встаю с кровати. Медленно подхожу к нему. Если бы он узнал про разговор, он бы, наверное, по-другому себя вел?
— Раздевайся.
Неужели снова придется брать его член в рот? Фу.
Или он захочет в другое место…
Пока делаю как говорит, если он захочет сделать то, о чем я подумала, то начну сопротивляться. Это делать с собой я точно не позволю.
Вижу, как поднимается его правая рука и хочется убежать на другой конец комнаты. Да что же я пугливая то такая?! Почему у меня рядом с ним появляется такое ощущение, что он собирается меня ударить? Видимо, потому что один раз это уже произошло.
Начинает гладить меня по голове, смотря только мне в глаза. Опускает руку к щеке и большим пальцем надавливает на нижнюю губу, слегка натягивая её. Видимо придется все-таки снова отсасывать. Ну, это не худший вариант.
— Я дал тебе несколько дней, чтобы смириться с тем, что ты теперь моя. В моей власти. Я даже к тебе не прикасался, так как хотел бы. Думаю, теперь пришло время. Но не волнуйся, я не буду еще больше травмировать твою маленькую дырочку, я сделаю так, что ты будешь полностью готова меня принять, — говорит, тщательно рассматривая мое лицо, не пропуская ни сантиметра.
Что он имеет в виду?
— Сядь на кровать.
Просто сесть, даже не лечь?
Сажусь на край.
А сам идет к той самой тумбе у стены. О, нет…
Возвращается с чем-то черным и продолговатым. Это не плетка, и на том спасибо.
Толкает меня так, что спиной я падаю на кровать. Поднимает мои ноги, раздвигает их, сгибает в коленях и ставит ступни на кровать.
Та поза, в которой я сейчас нахожусь, мне совершенно не нравится. Лежу, раздвинув ноги и сверкая самым сокровенным прямо перед ним.
