Симз откинулся назад, вытащил из кармана трубку и задумчиво пососал ее. Затем медленно встал, все еще заглядывая в камеру через окно в полу, пробормотал что-то про себя, и когда Соумс спросил, что он сказал, советник повторил:
— Я думаю, нам в руки попало что-то такое, обо что можно здорово обжечься.
Соумс понимающе кивнул:
— Вы сумели что-нибудь понять из того, что он уже говорил?
Симз покачал головой.
— Нет. Почему мы вас и пригласили. Похоже, он повторяет одну и ту же фразу, но говорит слишком неразборчиво. Это не похоже на какой-то из известных нам языков или диалектов.
— Я бы хотел попробовать, — мягко улыбаясь, сказал Соумс. Он любил бросать вызов. Простота вызывала у него удовлетворенность, он стремился искать новые, неразрешимые проблемы.
Симз в знак согласия кивнул, но по выражению глаз и по сжатому рту можно было судить о его мыслях.
— Полегче с ним, Соумс. У меня сильное предчувствие, что это что-то совершенно новое, такое, чего мы не понимаем…
Соумс снова улыбнулся, на этот раз снисходительно.
— Будет вам, мистер Симз. В конце концов, он всего-навсего «чужак». Все, что нам нужно сделать — это выяснить страну, из которой он приехал.
— Вы уже слышали его речь?
Соумс отрицательно покачал головой.
— Тогда не решайте сгоряча. Слово «чужак» может оказаться более уместным, чем вы думаете. Только не так, как вы думаете.
На лице Соумса отразилось замешательство. Он слегка пожал плечами, словно не имел представления о том, что имеет в виду Симз, и не слишком-то заинтересован, успокаивающе похлопал Симза по плечу, чем сильно разозлил советника, заставив того еще чаще затягиваться своей незажженной трубкой.
Секретарша оставила их, чтобы напечатать комментарии советника, а Симз отвел психолога в комнату с мягкой обивкой, еще раз попросив обращаться с задержанным помягче.
— Не забывайте, мы не знаем, откуда он появился. Резкие движения могут его напугать. Наверху будет охранник, за дверью тоже мой человек, но кто знает, что от него можно ожидать?
Соумс испуганно посмотрел на Симза:
— Вы говорите так, словно он туземец-каннибал. С таким костюмом он должен быть вполне цивилизованным. Вы что-нибудь подозреваете, не так ли?
Симз махнул рукой.
— То, что я подозреваю, слишком невероятно. Просто будьте помягче и постарайтесь выяснить, что он говорит и откуда появился.
Симз уже давно решил, что до поры до времени лучше никому не рассказывать о могуществе брандельмайера, но он был абсолютно уверен, ни одна из иностранных держав не способна изготовить ничего похожего. Испытательные стрельбы на полигоне просто ошеломили его.
Соумс открыл дверь и нерешительно вошел. Симз уловил, как изменилось выражение лица незнакомца, когда появился психолог. Похоже, им долго придется ждать.
Соумс был белым, как зубная паста. Его лицо вытянулось, а самодовольное выражение, не покидавшее его лицо с момента прибытия в Вашингтон, исчезло. Симз покопался в кармане, выудил помятую пачку и небрежно перебросил ее через стол. Психолог вынул одну сигарету, засунул ее в рот и, забыв прикурить, заговорил:
— Вы знаете, что вы поймали?
Симз не ответил, зная, что бы он ни услышал, его уже ничто не испугает. Он ждал чего-то фантастического.
— Тот человек… вы знаете, откуда… тот солдат… клянусь богом, он солдат… появился из… теперь вы подумаете, что я сошел с ума… но каким-то непостижимым образом я убежден… он прибыл из будущего!
Симз поджал губы. Несмотря на то, что он был подготовлен, новость его шокировала. Он знал, это — правда, единственное объяснение, соответствующее всем фактам.
— Что вы можете мне рассказать? — спросил он психолога.
— Ну, во-первых, я попытался поговорить с ним, задавая простые вопросы, указывая на себя и говоря «Соумс», потом я ткнул в него и смотрел вопросительно, но он ответил строчкой белиберды. Я несколько часов пытался сравнить его тон и произношение с диалектами всех известных языков, но ничего не получалось. Он слишком проглатывал звуки. А потом до меня дошло. Я заставил его написать. Надписи я не понял, но она дала мне ключ. Я заставил его повторить фразу. Вы знаете, на чем он говорит?
Симз покачал головой.
Тогда лингвист объявил:
— Он говорит по-английски. Всего лишь по-английски. Но этот английский сильно искажен и слитен. Он стал неузнаваемый. Так и должно быть в будущем. Что-то вроде извлечений из уличного слэнга, сжатого до фантастических пределов. Во всяком случае, мне удалось разобрать его речь.
Симз склонился вперед, крепко сжав незажженную трубку.
— Что именно он говорил вам?
Соумс прочитал с листа бумаги:
— Меня зовут Куарло Клобрегни, рядовой, шесть-пять-один-два-два-девять.
Симз пробормотал:
— Боже мой… имя, звание и…
— И воинский номер, — закончил Соумс. — Да, вот все, чем он наградил меня за трехчасовую работу. Я задал ему несколько безобидных вопросов: откуда он прибыл, каковы его впечатления от нового места… К тому времени я уже понял с кем имею дело, хотя я и не догадывался, откуда он прибыл. Но когда он начал рассказывать о Войне, где он сражался, прежде чем очутился здесь, я сразу понял, что он из другого мира, из другого времени. Это само по себе слишком фантастично… Черт возьми, я просто не знаю, что подумать.
Симз понимающе покивал головой:
— Как вы думаете, из какого времени он явился к нам?
— Не могу сказать. Он говорит, что его год — а он еще не понимает, что попал в прошлое — его год — К-79. Он не знает, когда стал применяться иной стиль летоисчисления. Насколько он понимает, период «К» длится уже достаточно долго, хотя он слышал истории о событиях, происшедших во времена, которые они называют «ГВ». Лишено какого-либо смысла для нас, но могу поручиться, нас разделяет больше тысячелетий, чем можно себе вообразить.
Симз нервно пригладил волосы. Проблема оказалась намного серьезнее, чем он думал.
— Послушайте, профессор Соумс, я хочу, чтобы вы остались с ним и обучили современному английскому. Попробуйте выудить из него побольше информации и дайте ему понять, что мы не причиним ему вреда. Хотя один бог знает, — добавил специальный советник с дрожью в голосе, что он может вытворить. Какими знаниями он может обладать!
Соумс согласно кивнул:
— Не возражаете, если я несколько часов посплю? Я пробыл с ним не менее девяти часов и уверен, он нуждается в отдыхе не меньше меня.
Симз согласился, и психолог отправятся спать в комнату отдыха. Но когда Симз заглянул в смотровое окно двадцать минут спустя, солдат все еще бодрствовал, все еще нервно оглядывался. Похоже, отдых ему не требовался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
