Когда он закончил читать, в комнате повисла тишина. Все, что он видел — прелестный румянец, заливающий шею и лицо Аманды.
— Не могу сказать, что это стихотворение в моем вкусе, профессор Монтгомери, — отстраненным голосом произнес Тейлор. — Аманда! — резко окликнул он девушку, возвращая ее внимание к себе. — Я думаю, тебе следует прочесть еще что-нибудь.
Внезапно Хэнк почувствовал, что больше не в силах находиться в одной комнате с ними двумя.
— Извините, — произнес он и, не дожидаясь, пока его извинят, покинул гостиную. Он вышел на улицу, но и там не смог избавиться от комка в горле, от ощущения, будто он задыхается и не может глотнуть воздуха. Ноги понесли его к большому гаражу, где стояла машина, и, прежде чем он осознал, что делает, он уже сидел за рулем «мерсера» и катил прочь.
Холодный ветер, обдувающий лицо и тело, привел его в чувство. Он гнал по неровной пыльной дороге все быстрее и быстрее, выжимая из «мерсера» все, что возможно. Он знал, что тормоза у «мерсера» не годятся ни к черту, но ему были просто необходимы скорость и ощущение свободы. Ему было нужно оторваться от этого дома. «…скользят по бедрам, — проносились у него в голове мысли, — …слишком слаб отпор девичьих рук…"
Машина мчалась со скоростью шестьдесят миль в час, когда он заметил девушку. Она стояла посреди дороги, ошеломленная настигшим ее светом фар. Она не шевелилась, словно приросла к месту, а Хэнк приближался быстрее, чем что-либо, виденное ею ранее.
Хэнк обладал рефлексами хорошего гонщика и успел свернуть буквально в футе перед нею, врезавшись в изгородь. Машина снесла ограду футов на пятьдесят, пока Хэнк отчаянно жал на тормоза. Пропахав дорогу футов в двадцать в колденовских посадках хмеля, он в конце концов остановился.
Несколько секунд он неподвижно сидел, приходя в себя и глядя на поля, освещенные светом фар. Затем он задвигался, обрывая лозу и подвязки, чтобы выбраться с той стороны, где не было двери. Ноги подкашивались, но по мере того как он шел обратно к дороге, силы начали возвращаться, так что, когда он добрался до девушки, он уже бежал.
Было темно, но он различал фигуру, сидящую посреди дороги. Сперва ему показалось, что он избежал столкновения, но теперь он не был уверен в этом.
— С вами все в порядке? — обеспокоенно спросил он, опускаясь рядом с ней.
— В жизни не видела, чтобы кто-то так быстро ехал, — удивленно проговорила она.
Осматривая ее, Хэнк почувствовал запах спиртного и понял, что девушка пьяна. Бережно взяв ее за локоть, он поднял ее на ноги.
— Давайте я отвезу вас домой. Она с улыбкой повисла на нем, точно резиновая кукла.
— А ты тот тип, что приехал к Колденам?
— Он самый. Пойдем-ка. Если мне удастся вытащить машину, я отвезу тебя домой.
— Меня домой? Аманде это не понравится.
— Она даже не заметит, — ответил Хэнк, обняв девушку за талию и ведя ее к автомобилю.
Ему пришлось оборвать еще несколько лоз и подвязок, чтобы усадить ее на место пассажира.
— Славно, — пробормотала она и откинулась на кожаное сиденье.
Еще несколько минут Хэнку пришлось освобождать машину и осматривать грунт. Земля была сухая, так что он решил, что выберется и без посторонней помощи. Расчистив проход в сломанной изгороди, он сел за руль.
Свет шел только от луны да от фар автомобиля, но он все же разглядел, что девушка молода и красива немного кричащей красотой. Ее резко очерченное лицо покрывал густой слой косметики, а красная помада приковывала внимание к губам.
Заметив, что он смотрит на нее, она медленно, соблазнительно улыбнулась.
— Люблю мужчин, которые быстро ездят. Он завел мотор и начал задним ходом выбираться на дорогу.
— Куда тебя доставить?
— В «Придорожный домик Чарли», — ответила она.
С минуту Хэнк колебался, затем сказал:
— Поехали. — Может, в обществе живых людей ему станет полегче. — Только если там не устраивают чтения стихов.
Она рассмеялась так, что он сразу понял — она не впервые едет к Чарли и уверена, что стихов там читать не будут.
Он наслаждался поездкой в этот трактир, наслаждался видом женщины, сидящей в машине расслабленно, а не застыв, точно неживая. Ему просто нравилось видеть женщину, которая производила впечатление способной даже смеяться.
Трактир находился милях в пяти от города, чуть в стороне от дороги. Перед трактиром располагалась покрытая гравием стоянка для автомобилей. Сейчас там было три машины. Свет и взрывы смеха убедили Хэнка зайти.
Девушка уже выбралась из машины, когда Хэнк подошел к ней. На ней было дешевое платье из красного атласа, а помада в уголке крупного рта стерлась. Однако от быстрой езды у нее, по всей видимости, прояснилось в голове, потому что на ногах она стояла тверже, чем раньше.
Взяв его под руку, она тесно прижалась к нему. Сейчас она была приятно округлой, но через несколько лет неизбежно располнеет.
— Там все от зависти позеленеют, когда тебя увидят, — сказала она. — Как тебя звать?
— Хэнк Монтгомери, — ответил он, улыбнувшись ей. — А тебя?
— Рива Эйлер. — Она слегка потянула его за руку, увлекая к дверям.
Внутри находилось всего четверо посетителей. Вдоль трех стен трактира тянулись кабинки, вдоль четвертой — длинная барная стойка. Половину помещения занимали шаткие столики и множество стульев, вторая половина была отведена под танцы и для оркестровой площадки. Рива приветствовала мужчину за стойкой, не обращая внимания на остальных, и потянула Хэнка в угловую кабинку.
— Ну, расскажи-ка мне о себе, — потребовала она, доставая косметичку из маленькой сумочки и принимаясь за восстановление косметики на лице. Покончив с этим делом, она достала сигарету из посеребренного портсигаpa, на котором, впрочем, серебра почти не осталось. Хэнк взял у нее зажигалку, отделанную так же, как и портсигар, и дал ей прикурить. Девушка откинула назад копну волос. Волосы были острижены по плечи. Хэнку редко доводилось видеть так коротко стриженных женщин, и ее стрижка пришлась ему по душе. Он представил себе, как бы с такой стрижкой выглядела Аманда.
— Да не о чем рассказывать, — ответил он. — Преподаю экономику в…
— Экономику! — задохнулась она в тот самый миг, когда бармен ставил им на столик два пива. — Спасибо, Чарли, — пробормотала она. — Вот уж не похож ты на учителя экономики. Я решила, может, вы с Амандой любовники или что-то вроде того.
Хэнк отпил большой глоток из своей кружки.
— А ты знакома с Амандой?
Она посмотрела на него долгим взглядом. Что-то в нем привлекало ее. Он был хорош, просто необычайно — темно-русые волосы, голубые глаза, нос, благородный, царственный нос — и губы. Губы ей очень понравились. Но было в нем еще что-то. И это…
