— Я не должен говорить тебе об этом, — голос Кристоффа ворвался в ее мысли, — но если мы хотим победить, ты должна сосредоточиться. Но, ты ведь и так знаешь об этом? Танго — танец полный страсти, а не вялый и отвлеченный.
Проклятье, Кристофф наступил на больную мозоль.
Шанна подбоченилась.
— Если я не могу сосредоточиться, то это потому, что все еще пытаюсь придумать, как сделать так, чтобы диск не попал в руки судей. И знаешь что? Это не моя вина.
— Да, я совершил ошибку. Я извинился. Либо ты прощаешь меня, либо ищешь нового партнера. Или ты уже проводишь прослушивания за моей спиной?
Раньше одного такого комментария было достаточно, чтобы довести ее до кипения. Она бы "посоветовала" Кристоффу проводить свое время в «Смотреть — не запретишь» и прекратить тратить ее собственное. В тот же день она назначила бы пробы нового партнера. Ей не нужна эта хрень. Серьезно.
Но почему она не поступила так в этот раз?
Кристофф, одним словом, был удивительным. Сильный, преданный и уверенный танцор. Он добавлял в их танец изящества, которого так не хватало ее паре с Джонатаном. Женщины его обожали. Он излучал очарование, даже в образе матадора в пасадобле. Он был яркой, харизматичной личностью. К тому же, что скрывать — да, она уже давно хотела найти партнера, с которым могла бы закончить свою карьеру.
Но и не только поэтому она не хотела потерять Кристоффа. За то время, что они танцевали вместе, он стал ей… почти другом. Она очень старалась не испытывать нежных чувств к своему партнеру по танцам, и Шанна знала, что он тоже не собирался делать глупости. Она ненавидела саму мысль о том, чтобы повернуться к нему спиной и заставить поверить в то, что его подозрения о ней верны.
Раньше ее не волновало, что ее называют сучкой танцпола. Сейчас же, по некоторым причинам… ее это беспокоило. И сильно.
— Заткнись и давай танцевать, — отрезала она.
— У нас все еще есть шансы на победу.
Они могли бы победить, если бы не было диска, который висел как дамоклов меч над их головами. Но почему она снова подняла эту тему? Ведь это ничего не изменит. Тем не менее, обычно она бы продолжила напоминать ему, как он облажался, но сегодня она не станет мелочиться, особенно, когда он и так выглядит, как побитый щенок.
Проклятье, неужели те несколько оргазмов, которые доставил ей Алехандро, сделали ее настолько мягкой? Шанна застыла. Она не может позволить себе податься велению сердца, если хочет победить. Потому что победа была всем, чего она хотела, даже если это звучало как-то… пусто. Нет, она просто устала. Она слишком упорно работала, чтобы сейчас потерять концентрацию.
Если она не сможет найти шантажиста, то ей придется попрощаться с Кристоффом. Навсегда.
— Мы сможем победить, только если диск не попадет к судьям. Я работаю над этим.
— Так вот почему ты пошла в «Смотреть — не запретишь» и предстала перед зрителями с Алехандро Диазом?
Шанна чуть не подавилась. Ей и в голову не могло прийти, что Кристофф узнает об этом. Оглядываясь назад, она должна была это понимать. Он был членом клуба. Очевидно, кто-то рассказал ему об этом.
Он рассмеялся.
— Я слышал, это было очень жарко, у вас были очень внимательные зрители.
— Я сделала то, что должна была сделать.
Да, она сделала все, чтобы кончить в первый раз и во второй тоже. Она едва не согласилась и на третий, который он обещал ей подарить наедине в его постели с мягкими атласными простынями.
Плохая девочка!
— Слышал, ты была хороша.
Шанна закатила глаза и отвернулась, чтобы он не видел, как ее щеки подернулись румянцем.
Но она была не достаточно быстрой.
— Ты краснеешь. Ты? — в голосе Кристоффа слышалось удивление. — Я никогда не наблюдал этого за тобой.
Такое случалось крайне редко, и все потому, что Алехандро изменил ее, и она не была уверена, что станет прежней. Она никогда не жаждала заняться сексом и не испытывала страсть к мужчине. До встречи с Алехандро. Вчера вечером, она потеряла голову от удовольствия, ее волновало то, что делал с ней Алехандро, и почему она была им так очарована.
Как это возможно, что ему удалось так быстро заворожить ее?
Делая вид, что беспечно слоняется по студии, Шанна взяла бутылку воды и сделала большой глоток, а затем повернулась к Кристоффу.
— Судя по всему, наш план был не достаточно хорош. Мы не поймали шантажиста, хотя надеялись на это. Еще никто не присылал мне диск с компроматом. — Она пожала плечами. — Думаю, это была пустая трата времени.
Но она не считала, что это пустая трата времени, после того, что сделал Алехандро…
Когда сет закончился, Алехандро нажал кнопку и опустил шторку между ними и зрителями. Шанна услышала, как они покидают помещение и одновременно почувствовала сожаление и облегчение.
Алехандро развернул ее лицом к себе и прижал к своему телу. Просто обнимая. Он не сказал ни слова и ни о чем не просил. Просто обнимал и гладил по голове, всего несколько мгновений. Она не испытывала подобного очень долго. Годами. Ее отец и братья, никогда не показывали свою привязанность. А ей очень этого хотелось.
Она крепко зажмурилась, сопротивляясь желанию сильнее прижаться к нему и выплакать все свои страхи или же, наоборот, испытать блаженство в его руках. После секса, ее эмоции перемешались, она не могла в них разобраться. Для нее ни что не имело значения, только бы он продолжал держать ее в объятиях.
Каким-то образом ей удалось сдержать слезы, вырваться из его рук и собрать свою одежду.
Через нескольких минут в комнату вошел Дэл и сообщил, что служба безопасности не обнаружила шантажиста с камерой.
Когда он вышел, Шанна перестала сдерживаться. Слезы побежали по ее щекам. Молчаливые слезы. Она не думала, что Алехандро заметит.
Она ошиблась…
Он обнял ее.
— Не плачь.
Она была так слаба, а Алехандро ощущался таким сильным, когда усадил ее к себе на колени и принялся целовать лицо. Он был таким нежным, как будто бы точно знал, что ей нужно. Он сокрушил все ее хрупкие барьеры. Она открылась его словам, которые он шептал ей, и его нежному рту…
Затем он взял ее за руку и вывел из главного дома. Он вел ее по тропинке, скрытой тропическими растениями и увитой плющом в свете полной луны к роскошному коттеджу.
В свои личные апартаменты.
Не слишком умно находиться с ним наедине, пока она была настолько эмоционально чувствительной. Ей было очень страшно. Ее сердце бешено билось, ладони вспотели.
Сжимая ключи, Шанна пробормотала что-то об утренней тренировке и убежала.
Ее преследовала боль, появившаяся на лице Алехандро. Но что сделано, то сделано. Теперь ей нужно забыть о его многочисленных звонках и сосредоточиться на танце. Ей предстоит участвовать в самом большом конкурсе за всю карьеру и ей нужно готовиться. У него же был бизнес. Она не понимала, почему он продолжает преследовать ее. Их ничего не связывало.
